Конец света

Конец света

В романе `Конец света` международная организация уничтожает очевидцев катастрофы НЛО. Разыскивает их секретный агент, который, выполнив задание, сам оказывается в положении мишени: его ищут, чтобы убить.

Книга первая. Охотник

 Воскресенье, 14 октября – 21.00 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. АГЕНТСТВО НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 3АМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ ШВЕЙЦАРИИ. в ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ.

 ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ. СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА». ПРИСТУПАЙТЕ К ДЕЙСТВИЯМ. УВЕДОМИТЕ СООТВЕТСТВУЮЩИЕ СЛУЖБЫ ВОЗДУШНОГО ОБНАРУЖЕНИЯ. КОНЕЦ.

 

 Воскресенье, 14 октября – 21.15 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АГЕНТСТВО НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 3АМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА УПРАВЛЕНИЯ ВОЕННО-МОРСКОЙ РАЗВЕДКИ 17-ГО ОКРУГА В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: НЕМЕДЛЕННО ОРГАНИЗУЙТЕ ВРЕМЕННЫЙ ПЕРЕВОД КОММАНДЕРА РОБЕРТА БЕЛЛАМИ В РАСПОРЯЖЕНИЕ АГЕНТСТВА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ. КОНЕЦ.

Глава 1

День первый. Понедельник, 15 октября

 Он снова лежал в переполненной палате госпиталя военной базы Ку-Чи во Вьетнаме, а Сюзан склонилась над его койкой – такая прекрасная, в накрахмаленном белоснежном халате. Она шептала: «Проснись, моряк. Ты не должен умереть».

 И когда он услышал волшебные звуки ее голоса, то почти забыл о боли. Сюзан что-то еще шептала ему на ухо, но громко зазвенел звонок, и он не смог разобрать ее слов. Протянув руку, чтобы прижать ее к себе, он ощутил пустоту.

 Это был звонок телефона, и именно он окончательно разбудил Роберта Беллами. Он неохотно открыл глаза, не желая расставаться с видением. Телефон рядом с кроватью продолжал настойчиво звонить. Роберт посмотрел на часы: четыре часа утра. Злой от того, что кто-то прервал сон, он схватил трубку.

 – Черт побери, вы знаете, который сейчас час?

 – Коммандер Беллами? – спросил низкий мужской голос.

 – Да…

 – У меня сообщение для вас, коммандер. Вам приказано к шести утра явиться в штаб-квартиру Агентства национальной безопасности в Форт-Мид к генералу Хиллиарду. Вы все поняли, коммандер?

 – Да. И нет, скорее даже нет.

 Коммандер Роберт Беллами медленно положил трубку телефона и задумался. Какого черта нужно от него Агентству национальной безопасности? Ведь он служил в штабе военно-морской разведки. И что за срочность такая, если встреча назначена на шесть утра? Он лег и снова закрыл глаза, пытаясь вспомнить сон. Ведь сон этот был таким реальным, и Роберт, конечно, понимал, что вызван он был вчерашним звонком Сюзан.

 – Роберт…

 При звуке ее голоса у него, как всегда, перехватило дыхание.

 – Привет, Сюзан.

 – У тебя все в порядке, Роберт?

 – Конечно, все великолепно. А как поживает семья денежных мешков?

 – Пожалуйста, не надо.

 – Хорошо. Как дела у Монте?

 Роберт не мог заставить себя сказать «у твоего мужа», потому что не так давно и сам был ее мужем.

 – У него все хорошо. Я просто хотела сказать тебе, что мы некоторое время будем отсутствовать, так что ты не беспокойся.

 Это было так похоже на Сюзан. Роберт старался говорить спокойно.

 – Куда вы на этот раз отправляетесь?

 – Мы летим в Бразилию. На личном «Боинге-727» этого денежного мешка.

 – У Монте там какие-то деловые интересы.

 – Серьезно? А я думал, что он просто владеет этой страной.

 – Не надо, Роберт, пожалуйста.

 – Извини.

 Оба некоторое время молчали.

 – Мне бы хотелось, чтобы настроение у тебя было получше, – сказала Сюзан.

 – Так оно и было бы, если бы ты была здесь.

 – Мне хотелось бы, чтобы ты нашел хорошую женщину и был счастлив с нею.

 – Я уже нашел прекрасную женщину, Сюзан. – Этот чертов комок в горле мешал ему говорить. – И знаешь, что случилось? Я потерял ее.

 – Если ты будешь постоянно вспоминать об этом, то я перестану тебе звонить.

 Внезапно Роберта охватил страх.

 – Не говори так, пожалуйста. – Она была его жизненной силой, он даже и думать не хотел, что может больше никогда не услышать ее. Роберт постарался придать своему голосу беспечность и бодрость.

 – Я собираюсь выйти на улицу, найти какую-нибудь аппетитную блондинку и затрахаться с нею до смерти.

 – Я хочу, чтобы ты нашел.

 – Обещаю тебе это.

 – Я очень тревожусь за тебя, дорогой.

 – Не стоит, у меня действительно все отлично. – Он почти задохнулся от собственной лжи. Если бы только она знала правду. Но он ни с кем не мог говорить об этом, особенно с Сюзан, он и в мыслях не мог допустить, чтобы она жалела его.

 – Я позвоню тебе из Бразилии, – сказала Сюзан.

 Потом наступила долгая пауза, никто из них не мог говорить, потому что им надо было так много сказать, но было бы лучше, если бы все это осталось невысказанным.

 – Мне пора, Роберт.

 – Сюзан?

 – Да?

 – Я люблю тебя, детка, и всегда буду любить.

 – Я знаю это и тоже люблю тебя, Роберт.

 И в этом было все – и горечь и радость. Они по-прежнему так сильно любили друг друга.

 «Вы такая прекрасная пара», – говорили им все друзья. Что же произошло?

 Коммандер Роберт Беллами вылез из кровати и босиком прошел через гостиную, где все напоминало ему о Сюзан. Здесь было с десяток фотографий их с Сюзан – застывшие моменты их жизни. Вот они вдвоем ловят рыбу в Хайлендс в Шотландии, стоят перед статуей Будды в таиландском храме, едут в карете по садам Борджиа в Риме. На всех фотографиях они обнимались и смеялись – два безумно влюбленных человека.

 Пройдя на кухню, Роберт включил кофейник. Часы на кухне показывали пятнадцать минут пятого. Поколебавшись секунду, он снял трубку телефона и набрал номер. После шестого гудка трубку сняли, и он услышал голос адмирала Уиттакера.

 – Слушаю.

 – Адмирал…

 – Да?

 – Это Роберт. Извините великодушно, что разбудил вас, сэр. Но ко мне сейчас был какой-то странный звонок из Агентства национальной безопасности.

 – Из АНБ? А что им нужно?

 – Не знаю. Мне просто было приказано в шесть утра прибыть к генералу Хиллиарду.

 В трубке некоторое время стояло молчание.

 – Возможно, что тебя переводят туда.

 – Этого не может быть, в этом нет никакого смысла. Почему они…

 – Совершенно ясно, что дело срочное, Роберт. Ты позвонишь мне после встречи с генералом?

 – Я так и сделаю. Спасибо.

 На этом их разговор закончился. «Не стоило беспокоить старика», – подумал Роберт. Два года назад адмирал ушел в отставку с поста начальника военно-морской разведки, вернее сказать, его вынудили уйти. Ходили слухи, что в качестве подачки ВМС США предоставили адмиралу где-то небольшой кабинет и предложили заниматься какими-то пустяковыми делами резервного флота. Адмирал не знал текущих дел разведки, но он был покровителем Роберта и самым близким в мире человеком, не считая, конечно, Сюзан, а Роберту необходимо было с кем-то поговорить. После ухода жены он замкнулся в себе, жил в каком-то выдуманном мире, в другом измерении, времени, пространстве, где они с Сюзан были счастливой супружеской парой, смеялись и любили друг друга. «А может быть, все и не так», – подумал Роберт, – «просто я не представляю, как все может быть по-другому».

 Кофе был готов, он немного горчил, и Роберт подумал, что это, наверное, бразильский кофе.

 Он взял чашку с собой в ванную, где внимательно посмотрел на себя в зеркало. На вид слегка за сорок, высокий, стройный, развитый физически, мужественное лицо, волевой подбородок, умные, проницательные темные глаза, темные волосы. Длинный глубокий шрам на груди – последствие авиационной катастрофы. Но все это в той жизни, где была Сюзан, а в этой жизни ее нет. Роберт побрился, принял душ и подошел к шкафу с одеждой. «Интересно, что надевать? Морскую форму или гражданский костюм?» В конце концов он выбрал темно-серый костюм, белую рубашку и серый шелковый галстук. Он очень мало знал об Агентстве национальной безопасности – только то, что «Дворец Загадок», как называли АНБ, стоял над всеми другими американскими разведывательными службами и был самой секретной из них. «Что им надо от меня? Ладно, скоро выясню».

Глава 2

 Агентство национальной безопасности тщательно укрыто на территории в восемьдесят два акра в Форт-Мид, штат Мэриленд, и располагается в двух зданиях, которые вместе в два раза больше всего комплекса ЦРУ в Лэнгли, штат Виргиния. Оно было создано для обеспечения и защиты средств связи Соединенных Штатов, а также для сбора данных электронной разведки со всего мира. В Агентстве работают несколько тысяч человек, и туда поступает такое количество информации, что объем документации составляет каждый день свыше сорока тонн.

 Было еще темно, когда коммандер Роберт Беллами подъехал к первым воротам. Перед ним была стена высотой восемь футов, поверх которой проходила колючая проволока, и караульная будка с двумя вооруженными охранниками. Один из охранников остался в будке, наблюдая за тем, как его напарник подошел к машине.

 – Что вам угодно? – спросил охранник у Роберта.

 – Коммандер Беллами по вызову генерала Хиллиарда.

 – Разрешите посмотреть ваше удостоверение, коммандер?

 Роберт Беллами вытащил бумажник и достал из него удостоверение офицера военно-морской разведки. Охранник внимательно изучил удостоверение и вернул его Роберту.

 – Благодарю вас, коммандер.

 Он кивнул охраннику в будке, и ворота открылись. Охранник в будке поднял трубку телефона и сказал:

 – К вам следует коммандер Беллами.

 Спустя минуту Роберт подъехал к воротам, приводимым в движение с помощью злектропривода.

 К машине снова подошел вооруженный охранник.

 – Коммандер Беллами?

 – Да.

 – Разрешите, пожалуйста, посмотреть ваше удостоверение.

 Роберт хотел было возмутиться, но потом подумал:

 «Какого черта возмущаться, ведь это же их вотчина». Он снова достал бумажник и предъявил охраннику удостоверение.

 – Благодарю вас, коммандер. – Охранник сделал какой-то незаметный жест, и ворота раскрылись.

 Роберт поехал дальше и увидел впереди третью стену. «Боже мой», – подумал он, – «такое впечатление, словно я нахожусь в стране Оз» [Страна Оз – сказочное королевство, в котором проживают герои сказок американского писателя-сказочника Лимана Фрэнка Баума].

 К машине подошел очередной вооруженный охранник. Роберт полез за бумажником, но охранник взглянул на номер автомобиля и сказал:

 – Поезжайте, пожалуйста, прямо к административному корпусу, коммандер. Вас там встретят.

 – Спасибо.

 Ворота раскрылись, и Роберт подъехал к громадному белому зданию, у входа в которое, дрожа на октябрьском ветру, его поджидал человек в штатском.

 – Можете оставить машину прямо здесь, коммандер, – крикнул он. – О ней позаботятся.

 Беллами оставил ключи в замке зажигания и вылез из машины. Встречавшему его мужчине было за тридцать, он был высок, худощав и бледен. Выглядел так, будто годами не бывал на солнце.

 – Меня зовут Гаррисон Келлер. Я провожу вас в кабинет генерала Хиллиарда.

 Они вошли в большой холл с высоким потолком, где за столом сидел мужчина в штатском.

 – Коммандер Беллами?

 Роберт обернулся и услышал щелчок затвора фотоаппарата.

 – Благодарю вас, сэр.

 Беллами повернулся к Келлеру.

 – А что…

 – Это займет у нас всего минуту, – поспешно заверил его Келлер.

 Через шестьдесят секунд на пиджак Беллами прикололи сине-белую карточку с его фотографией.

 – Пожалуйста, все время носите эту карточку, пока будете находиться в здании.

 – Хорошо.

 Они двинулись вперед по длинному белому коридору. Беллами заметил, что по обе стороны коридора с интервалом в двадцать футов в стенах были вмонтированы скрытые камеры.

 – Как велико это здание? – спросил Роберт.

 – Его площадь свыше двух миллионов квадратных футов, коммандер.

 – Что?

 – Да. Этот коридор – самый длинный коридор в мире, девятьсот восемьдесят футов. У нас здесь полная автономная система самообеспечения: есть торговый центр, кафетерий, почта, восемь закусочных, больница с операционной и зубоврачебным кабинетом, отделение банка, химчистка, обувной магазин, парикмахерская и прочее.

 «Да тут целый город», – подумал Роберт. Он находил это довольно унылым.

 Они вошли в огромный зал, заполненный бесчисленным множеством компьютеров. Роберт остановился в изумлении.

 – Впечатляет, не правда ли? Это только один из наших компьютерных залов. В этом комплексе на три миллиарда компьютеров и дешифровальных машин.

 – А сколько людей здесь работает?

 – Около шестнадцати тысяч.

 «Так какого же черта им надо от меня?» – подумал Роберт Беллами.

 Келлер подвел его к отдельному лифту, который открыл собственным ключом. Поднявшись на нужный этаж, они пошли по другому длинному коридору и наконец оказались у кабинетов, расположенных в конце холла.

 – Сюда, коммандер. – Они вошли в большую приемную, в которой стояло четыре стола для секретарей. Две секретарши уже находились на своих рабочих местах. Гаррисон Келлер кивнул одной из них, она нажала кнопку, и дверь в кабинет распахнулась со щелчком.

 – Проходите, пожалуйста, джентльмены. Генерал вас ждет.

 – Сюда, пожалуйста, – сказал Келлер.

 Роберт проследовал за ним в рабочий кабинет генерала. Потолок и стены большой комнаты были звуконепроницаемыми, она была хорошо обставлена, украшена фотографиями и личными вещами. Было ясно, что хозяин кабинета проводит в нем большую часть своего времени.

 Генералу Марку Хиллиарду, заместителю директора Агентства национальной безопасности, было за пятьдесят. Очень высокий, с холодными стальными глазами, генерал был одет в серый костюм, белую рубашку с серым галстуком. «Похоже, что я правильно подобрал одежду», – подумал Роберт.

 – Генерал Хиллиард, это коммандер Беллами, – сказал Келлер.

 – Спасибо, что пришли, коммандер.

 «Можно подумать, что это было приглашение на чай», – мелькнуло в голове у Роберта.

 Они с генералом обменялись рукопожатиями.

 – Садитесь, держу пари, что не откажетесь от чашки кофе.

 – Да, сэр. «Похоже, что этот человек умеет читать мысли».

 – А вы, Гаррисон?

 – Нет, благодарю вас. – Гаррисон сел в кресло, стоящее в углу кабинета.

 Генерал нажал кнопку звонка, и мужчина с восточной внешностью внес в кабинет поднос с кофейником и датским печеньем. Роберт отметил про себя, что на пиджаке человека не было идентификационной карточки. Он разлил чудесно пахнущий кофе.

 – Как вы пьете кофе? – спросил генерал Хиллиард.

 – Черный, пожалуйста. – На вкус напиток был отменным.

 Двое мужчин сидели в мягких кожаных креслах и смотрели друг на друга. – Директор попросил меня встретиться с вами, – сказал генерал. Директор. Эдвард Сандерсон. Человек-легенда в шпионских кругах. Блестящий, безжалостный мастер закулисных интриг, осуществивший ряд дерзких операций по всему миру. Человек, который редко показывается на публике, о котором говорят шепотом.

 – Как долго вы служите в отделе военно-морской разведки 17-го округа, коммандер? – спросил генерал Хиллиард.

 Роберт принял его игру. Он готов был поспорить на месячное жалованье, что генералу известен день и час его поступления на службу в военно-морскую разведку.

 – Пятнадцать лет.

 – А до этого, насколько мне известно, вы командовали эскадрильей морской авиации во Вьетнаме.

 – Да, сэр.

 – Там вас сбили, и доктора не ожидали, что вы выкарабкаетесь.

 Доктор тогда сказал: «Забудьте о нем. Он не выживет». Роберт был обречен, такую боль невозможно было переносить. И тогда над ним склонилась Сюзан: «Открой глаза, моряк. Ты не должен умереть». Он заставил себя открыть глаза и сквозь пелену боли увидел самую прекрасную женщину, которую ему когда-либо доводилось видеть. У женщины было мягкое, округлое лицо, густые черные волосы, сверкающие карие глаза, лучезарная улыбка. Он попытался заговорить, но это было выше его сил.

 Генерал Хиллиард что-то сказал.

 Роберт отвлекся от своих мыслей и вернулся к действительности.

 – Прошу прощения, генерал.

 – У нас возникла проблема, коммандер, и мы нуждаемся в вашей помощи. – Слушаю, сэр.

 Генерал поднялся и принялся расхаживать по кабинету.

 – То, что я сейчас скажу вам, является совершенно секретным.

 – Понял вас, сэр.

 – Вчера в швейцарских Альпах разбился метеозонд, принадлежащий НАТО. На зонде было установлено несколько экспериментальных военных приборов, строго засекреченных.

 Роберту все еще было непонятно, куда он клонит.

 – Швейцарские власти сняли эти приборы с метеозонда, но, к сожалению, на месте падения зонда оказались свидетели. Очень важно, чтобы ни один из них не проговорился о том, что видел, поскольку информация может попасть в другие страны. Вы понимаете меня?

 – Думаю, что да, сэр. Вы хотите, чтобы я поговорил со свидетелями и предупредил их о необходимости не распространяться о том, что они видели? – Не совсем так, коммандер.

 – Тогда непонятно…

 – Я хочу, чтобы вы просто разыскали этих свидетелей, а о необходимости держать язык за зубами с ними поговорят другие люди.

 – Я понял вас. Все свидетели находятся в Швейцарии?

 – В этом-то и заключается проблема, коммандер. Дело в том, что мы не знаем, ни где они, ни даже кто они такие.

 Роберт подумал, что прослушал что-то из объяснения генерала.

 – Простите?

 – Единственная информация, которая у нас есть, заключается в том, что эти свидетели находились в туристическом автобусе. Они просто проезжали мимо в тот момент, когда метеозонд упал возле маленькой деревушки под названием… – Генерал повернулся к Гаррисону Келлеру.

 – Утендорф.

 Генерал снова обратился к Роберту.

 – Пассажиры на несколько минут вышли из автобуса, чтобы посмотреть на место катастрофы, а потом продолжили путь. А когда поездка закончилась, все туристы разъехались.

 – Генерал Хиллиард, – медленно начал Роберт, – вы хотите сказать, что нет никакой информации об этих людях и о том, где они сейчас?

 – Да, это так.

 – И вы хотите, чтобы я отправился на их поиски?

 – Совершенно верно. У вас прекрасные рекомендации. Мне сказали, что вы бегло говорите на шести языках и блестяще проявили себя как оперативный работник. Директор организовал ваш временный перевод в Агентство национальной безопасности.

 – Наверное, мне придется работать по этому вопросу в контакте со швейцарскими властями?

 – Нет, вы будете работать один.

 – Один? Но…

 – Мы не должны больше никого посвящать в эту операцию. Я не могу сказать вам, насколько важен этот вопрос с метеозондом, коммандер. Время не ждет, я хочу, чтобы о своей работе вы докладывали мне каждый день. Генерал написал на карточке номер телефона и протянул карточку Роберту.

 – По этому номеру до меня можно дозвониться в любое время суток. Вас ожидает самолет, которым вы полетите в Цюрих. Сейчас вас отвезут домой, чтобы вы собрали вещи, а потом – в аэропорт.

 Роберта так и подмывало спросить: «А кто в мое отсутствие будет кормить моих рыбок?», но он знал, что услышит в ответ: «У вас нет никаких рыбок».

 – Я уверен, коммандер, что за время работы в разведке у вас появились контакты за границей.

 – Да, сэр, у меня есть несколько друзей, и они могут быть чрезвычайно полезны…

 – Вы не должны вступать в контакт ни с одним из них. Вам не разрешается иметь никаких служебных контактов вообще. Нет сомнений, что свидетели, которых вам предстоит разыскать, живут в различных странах. – Генерал повернулся к Келлеру. – Гаррисон…

 Келлер подошел к шкафу, стоящему в углу, открыл его, достал оттуда конверт и протянул его Роберту.

 – Здесь на пятьдесят тысяч долларов в различных европейских валютах и двадцать тысяч долларов США. В конверте вы также найдете несколько комплектов фальшивых документов, которыми сможете воспользоваться.

 Генерал Хиллиард достал плотную блестящую черную пластиковую карточку с белой полосой.

 – Это кредитная карточка…

 – Сомневаюсь, что она понадобится мне, генерал. Наличных вполне достаточно, а кроме того, у меня есть кредитная карточка, выданная в военно-морской разведке.

 – Возьмите эту.

 – Хорошо. – Роберт осмотрел карточку. Она была выписана на банк, о котором он никогда не слышал, вверху имелся телефонный номер.

 – На карточке не проставлено имя, – сказал он.

 – Эта карточка аналогична открытому чеку, и указание имени владельца не требуется. Просто после каких-либо расходов вам надо позвонить по номеру, указанному на карточке. Очень важно, чтобы она все время находилась при вас.

 – Понял вас.

 – И еще, коммандер.

 – Да, сэр?

 – Вы должны найти этих свидетелей. Всех до одного. Я проинформирую директора, что вы приступили к выполнению задания.

 Совещание было закончено.

 Гаррисон Келлер проводил Роберта в приемную, где сидел человек в морской форме. При их появлении моряк встал.

 – Это капитан Доуэрти, он проводит вас в аэропорт. Желаю удачи.

 – Благодарю вас.

 Роберт обменялся рукопожатием с Келлером, который вернулся в кабинет генерала Хиллиарда.

 – Вы готовы, коммандер? – спросил капитан Доуэрти.

 – Да.

 Но к чему он был готов? За время службы в разведке у него было много сложных заданий, но никогда не было таких сумасшедших типа нынешнего. Ему предстояло отыскать неизвестное количество неизвестных свидетелей из неизвестных стран.

 – Мне приказано отвезти вас прямо домой, а оттуда на базу ВВС Эндрюс, – сказал капитан Доуэрти. – Там ждет самолет…

 Роберт покачал головой.

 – Сначала я должен заехать к себе на работу.

 Доуэрти замялся.

 – Ладно, я поеду с вами и подожду.

 У Роберта создалось впечатление, что ему не доверяют. Из-за того, что он узнал о падении метеозонда? Чепуха. Оставив свою идентификационную карточку на столе при выходе, Роберт вышел на холодный воздух предрассветного утра. Машины его у входа не было, ее место занял длинный лимузин.

 – О вашей машине позаботятся, коммандер, – объяснил ему Доуэрти. – Мы поедем на этой.

 Роберт почувствовал, что его буквально зажимают в тиски, и это ему здорово не понравилось.

 – Отлично, – сказал он.

 Они поехали в Управление военно-морской разведки. Бледное утреннее солнце скрылось за дождевыми тучами. «Похоже, что будет поганый денек. Во всех отношениях», – подумал Роберт.

Глава 3

Оттава, Канада – 24.00

 У него был псевдоним Янус, и сейчас он обращался к двенадцати мужчинам, собравшимся в тщательно охраняемом помещении военной казармы.

 – Как вы уже знаете, операция «Конец света» началась. Есть несколько свидетелей, которых нужно разыскать как можно быстрее, но без лишнего шума. Мы не можем действовать по обычным каналам секретных служб, так как есть опасность утечки информации.

 – А кто этим займется? – спросил русский (массивный мужчина, вспыльчивый).

 – Коммандер Роберт Беллами.

 – Почему выбор пал на него? – (Немец. Аристократичного облика, грубоват.) – Его выбрал компьютер после проверки досье ЦРУ, ФБР и еще нескольких спецслужб.

 – Простите, могу я поинтересоваться сведениями о нем? – (Японец. Вежлив, хитер.) – Коммандер Беллами опытный оперативник, бегло говорит на шести языках, отличный послужной список, неоднократно доказывал свои способности, не имеет родственников.

 – Осведомлен ли он о срочности дела? – (Англичанин. Сноб, насторожен.) – Да. У нас есть основания надеяться, что он быстро разыщет свидетелей.

 – Он знает конечную цель операции? – (Француз. Любит поспорить, упрямый.) – Нет.

 – А когда он отыщет свидетелей? – (Китаец. Рассудительный, спокойный.) – Будет по достоинству вознагражден.

Глава 4

 Штаб-квартира Управления военно-морской разведки занимала весь четвертый этаж здания Пентагона -этого крупнейшего в мире учреждения, длина коридоров которого составляет семнадцать миль и в котором работает двадцать девять тысяч военных и гражданских.

 Внутренняя обстановка Управления военно-морской разведки отражала морские традиции: столы и шкафы с папками были коричневато-зелеными – времен второй мировой войны – или имели серую окраску боевых кораблей времен войны во Вьетнаме. Стены и потолки выкрашены в светло-желтый или кремовый цвета. В начале службы Роберта раздражала эта спартанская обстановка, но с годами он привык к ней.

 Поднявшись на свой этаж, Роберт подошел к проходной, где сидел знакомый охранник.

 – Доброе утро, коммандер, – сказал охранник. – Могу я взглянуть на ваше удостоверение?

 Роберт работал здесь уже семь лет, но установленный порядок строго соблюдался. Он послушно предъявил удостоверение.

 – Благодарю вас, коммандер.

 По пути к своему кабинету Роберт подумал о капитане Доуэрти, ожидавшем его на автомобильной стоянке у входа со стороны реки. Он ждал его, чтобы сопроводить на аэродром, откуда самолет доставит его в Швейцарию, где и начнется эта невероятная охота.

 Когда Роберт зашел в свой кабинет, его секретарша Барбара была уже на месте.

 – Доброе утро, коммандер. Заместитель директора ждет вас в своем кабинете.

 – Подождет. Соедините меня, пожалуйста, с адмиралом Уиттакером.

 – Хорошо, сэр.

 Через минуту Роберт уже говорил с адмиралом.

 – Думаю, что ты уже закончил свою встречу, Роберт?

 – Несколько минут назад.

 – И как она прошла?

 – Интересно. Вы не могли бы позавтракать со мной, адмирал? – Он старался говорить спокойно, придавая своему голосу безразличный тон.

 – Да. Встретимся у тебя? – Адмирал ни секунды не колебался.

 – Отлично. Я закажу вам гостевой пропуск.

 – Очень хорошо. Встретимся через час.

 Роберт положил трубку и задумался. «По иронии судьбы, я должен заказывать для адмирала гостевой пропуск. Всего два года назад он был здесь главным, шефом военно-морской разведки. Интересно, как он должен себя чувствовать?»

 Роберт снял трубку внутреннего телефона и вызвал секретаршу.

 – Слушаю, коммандер.

 – Я ожидаю адмирала Уиттакера, закажите пропуск для него.

 – Займусь этим прямо сейчас.

 Теперь пора было идти на доклад к заместителю директора, к этому чертову Дастину Торнтону.

Глава 5

 Дастин Торнтон, заместитель начальника Управления военно-морской разведки, прославился как один из величайших спортсменов, когда-либо выпускавшихся из стен университета Аннаполиса. Своим теперешним высоким положением Торнтон был обязан американскому футболу, а если быть точным, то играм между армией и флотом. Однажды Торнтон, этот человек-скала, выступал защитником в самом важном матче года. В начале четвертого периода при счете 13:0 в пользу армейских два прорыва и приземления мяча в поле противника круто изменили жизнь Дастина Торнтона. Он перехватил передачу армейских игроков, развернулся, прорвался сквозь ряды противника и приземлил мяч в зачетном поле, а вскоре флотским удалось забить гол с игры. Армейские начали с центра, но их постигла неудача, мяч был объявлен вне игры. Время неумолимо двигалось к концу, а счет был 13:9 в пользу армейских.

 Как только мяч был снова введен в игру, он оказался у Торнтона, но на него навалилась куча игроков противника, так что ему с трудом удалось подняться на ноги. На поле даже выбежал доктор, но Торнтон сердито помахал ему рукой, чтобы он уходил.

 После вбрасывания, когда до конца игры уже оставались считанные секунды, Торнтон перехватил мяч на своей половине. Он был неудержим, словно танк прорывался сквозь ряды противника, сбивая всех, кому не посчастливилось оказаться на его пути. За две секунды до окончания игры Торнтон пересек зачетную линию и приземлил мяч, что позволило команде флота впервые за четыре года одержать победу над спортсменами армии. Однако само по себе это событие мало повлияло на жизнь Торнтона, в вот тот факт, что из ложи для привилегированных гостей за матчем наблюдали Уиллард Стоун и его дочь Элинор, имел громадное значение для дальнейшей судьбы Торнтона. Когда ликующая толпа вскочила на ноги, приветствуя своего героя, Элинор повернулась к отцу и спокойно сказала: «Я хочу с ним познакомиться».

 Элинор Стоун была женщиной с большим аппетитом. Будучи некрасивой, она обладала роскошным телом и большой любвеобильностью. Наблюдая за Дастином Торнтоном, варварски прокладывающим себе путь на футбольном поле, она представила себе, каков он будет в постели, и если его член такой же большой, как и тело… Ей не пришлось разочароваться.

 Спустя шесть месяцев Элинор и Дастин Торнтон поженились. Это было начало. Торнтон начал работать вместе со своим тестем и попал в тайные сферы, о которых не смел даже мечтать.

 Уиллард Стоун, тесть Торнтона, был загадочным человеком. Миллионер, имеющий связи среди влиятельных политиков и загадочное прошлое, он был теневой фигурой, влияющей на политику многих стран. Ему было уже к семидесяти, но это был дотошный человек, тщательно выверяющий каждый свой поступок. Резкие черты лица и глаза, по которым невозможно что-либо прочитать. Уиллард Стоун предпочитал не тратить ни слов, ни эмоций, но, действуя жестко, всегда добивался того, чего хотел.

 О нем ходили самые фантастические слухи. Говорили, что он убил своего конкурента в Малайзии, имел пылкую любовную связь с любимой женой одного из эмиров, удачно организовал революцию в Нигерии. Правительство несколько раз выдвигало против него обвинения, но они всегда загадочным образом снимались. Ходили разговоры о взятках, подкупе сенаторов, похищениях деловых секретов, о свидетелях, которые исчезали. Стоун был советником у президентов и королей, в горах Колорадо у него было громадное уединенное имение, где ежегодно на семинары собирались ученые, руководители промышленности и политики со всего мира. От непрошеных гостей имение защищала вооруженная охрана.

 Уиллард Стоун не только одобрил выбор дочери, но и восхищался своим напористым, честолюбивым, и самое главное, легко поддающимся его влиянию зятем.

 Спустя двенадцать лет после женитьбы Стоун устроил зятю назначение послом в Южную Корею, а еще через несколько лет президент назначил Дастина Торнтона представителем США в ООН. Когда адмирала Ральфа Уиттакера убрали с поста руководителя военно-морской разведки, Торнтон занял его место.

 В этот день Уиллард Стоун пригласил зятя к себе.

 – Это только начало, – пообещал Стоун. – В отношении тебя у меня более крупные планы, Дастин. Громадные планы.

 И Стоун начал осуществлять свои планы.

 Двумя годами раньше Роберт впервые познакомился с новым руководителем военно-морской разведки.

 – Садитесь, коммандер. – Сердечности в голосе Дастина Торнтона не чувствовалось. – Судя по вашему личному делу, вы представляете собой что-то вроде бунтаря.

 «Черт побери, что он имеет в виду?» – подумал Роберт и решил держать рот на замке.

 Торнтон посмотрел на него.

 – Не знаю, как руководил этим учреждением адмирал Уиттакер, когда был его начальником, но отныне все будет делаться строго по уставу. Я хочу, чтобы мои приказы выполнялись абсолютно точно. Я понятно объясняю?

 «Боже», – подумал Роберт, – «а для чего же еще мы здесь находимся?»

 – Вам ясно, коммандер?

 – Да. Вы хотите, чтобы ваши приказы выполнялись абсолютно точно. – Роберт подумал, ожидает ли новый начальник, чтобы он козырнул при этих словах.

 – Тогда у меня все.

 Но это было далеко не все.

 Спустя месяц Роберта отправили в Восточную Германию помочь ученому, который хотел сбежать на Запад. Это было опасное задание, так как Штази – служба безопасности Восточной Германии – знала о предполагаемом побеге и тщательно следила за ученым. Но несмотря на это, Роберту удалось тайно переправить ученого через границу и укрыть в безопасном месте. Он уже договорился об отправке его в Вашингтон, когда позвонил Дастин Торнтон и сказал, что задание отменяется, так как ситуация изменилась.

 – Но мы не можем просто бросить его здесь, – запротестовал Роберт. – Ведь они убьют его.

 – Это его личная проблема, – ответил Торнтон. – Вам приказано возвращаться домой.

 «Пошел к черту», – подумал Роберт, – «я не собираюсь бросать его здесь».

 Он позвонил своему другу из британской разведки МИ-6 и объяснил ситуацию.

 – Если он вернется в Восточную Германию, они убьют его, – сказал Роберт. – Может, ты заберешь его?

 – Посмотрю, что можно сделать, старина. Оставляй его.

 И ученого переправили в Англию.

 Дастин Торнтон не простил Роберту того, что он нарушил его инструкции, в результате между ними возникла открытая неприязнь. Торнтон обсудил этот случай со своим тестем.

 – Разболтанные типы вроде Беллами опасны, – предостерег Уиллард Стоун. – Они наносят ущерб безопасности. Таких людей не следует жалеть, помни об этом.

 И Торнтон помнил.

 А теперь, направляясь по коридору в кабинет Дастина Торнтона, Роберт не мог удержаться от сравнения Торнтона и Уиттакера. В его работе нельзя было действовать без доверия, а он не доверял Дастину Торнтону.

 Когда Роберт вошел в кабинет, Дастин Торнтон сидел за столом.

 – Вы хотели видеть меня?

 – Да, садитесь, коммандер. – Их отношения никогда не достигали стадии «Роберт».

 – Мне передали, что вы временно переводитесь в Агентство национальной безопасности. Когда вы вернетесь…

 – Я не вернусь. Это мое последнее задание.

 – Что?

 – Я ухожу в отставку.

 Рассуждая позже об этом разговоре, Роберт подумал, что не был уверен в том, какая реакция последует на его заявление. Наверное, он ждал какой-то сцены: Дастин Торнтон мог удивиться, или возразить, или разозлиться, или даже облегченно вздохнуть. Но нет, он просто мельком взглянул на Роберта и кивнул.

 – Тогда все, не так ли?

 Вернувшись в свой кабинет, Роберт обратился к секретарше. – Меня не будет некоторое время, я уезжаю через час.

 – А с вами можно будет как-нибудь связаться?

 Роберт вспомнил приказ генерала Хиллиарда.

 – Нет.

 – Но вы назначили несколько встреч…

 – Отмените их.

 Роберт посмотрел на часы. Пора было встречать адмирала Уиттакера.

 Они завтракали во дворе Пентагона в кафе под названием «Нулевая отметка». Оно называлось так потому, что считалось, что первый ядерный удар против США будет нанесен именно по Пентагону. Роберт занял угловой столик, где они могли бы спокойно побеседовать. Адмирал был пунктуален. Когда Роберт смотрел, как он направляется к столику, ему показалось, что адмирал стал старше и вроде ниже ростом. Вероятно, эта вынужденная отставка как-то состарила и согнула его. Однако он все еще выглядел молодцом: мужественные черты лица, римский нос, копна седых волос. Роберт служил под его началом во Вьетнаме, потом в военно-морской разведке и очень уважал его, признаваясь себе, что это даже больше, чем уважение. Адмирал Уиттакер заменял ему отца.

 Адмирал сел за столик.

 – Доброе утро, Роберт. Значит, они перевели тебя в АНБ?

 Роберт кивнул.

 – Временно.

 Подошла официантка, и они принялись изучать меню.

 – Я уже и забыл, насколько плоха здесь пища, – сказал с улыбкой адмирал. Он оглядел зал, и на его лице отразилась невысказанная ностальгия.

 «Он хотел бы вернуться сюда», – подумал Роберт.

 Они сделали заказ, и, когда официантка отошла достаточно далеко, чтобы не слышать их, Роберт сказал:

 – Адмирал, генерал Хиллиард срочно отправляет меня за три тысячи миль разыскать каких-то свидетелей падения метеозонда. Мне показалось это несколько странным, но есть кое-что еще более странное. Генерал сказал мне, что время не ждет, но при этом запретил мне пользоваться моими разведывательными каналами за границей.

 Адмирал удивленно посмотрел на него.

 – Наверное, у генерала были на это свои причины.

 – Не могу представить себе подобных причин.

 Адмирал Уиттакер хорошо изучил Роберта. Коммандер Беллами служил под его командованием во Вьетнаме и был лучшим летчиком в эскадрилье. Сын адмирала Эдвард был стрелком в экипаже Роберта, и в тот ужасный день их самолет сбили. Эдвард погиб, а Роберт чудом остался жив. Адмирал навестил его в госпитале.

 – Он не выкарабкается, – сказали доктора. А Роберт лежал на койке, корчась от боли, и шептал: «Простите меня за Эдварда… Простите».

 Адмирал взял Роберта за руку.

 – Я знаю, ты сделал все, что мог. Теперь ты поправишься, все будет хорошо. – Ему очень хотелось, чтобы Роберт остался жив, он думал о нем, как о своем сыне, о сыне, который заменит ему Эдварда.

 И Роберт выкарабкался.

 – Роберт…

 – Да, адмирал?

 – Я надеюсь, что ты успешно выполнишь это задание в Швейцарии.

 – Я тоже. Ведь это мое последнее задание.

 – Ты все-таки решил уйти?

 Адмирал был единственным человеком, с кем Роберт делился своими планами.

 – С меня хватит.

 – Торнтон?

 – Дело не в нем, а во мне. Я устал вмешиваться в жизнь других людей. Я УСТАЛ ОТ ЛЖИ, ОБМАНА, ОТ ОБЕЩАНИЙ, КОТОРЫМ НИКОГДА НЕ СУЖДЕНО БЫТЬ ВЫПОЛНЕННЫМИ. Я УСТАЛ ИГРАТЬ ЛЮДЬМИ, УСТАЛ ОТ ТОГО, ЧТО ИГРАЮТ МНОЙ. Я УСТАЛ ОТ ЭТИХ ИГР, ОТ ОПАСНОСТИ И ПРЕДАТЕЛЬСТВА.

 – Ты уже думал о том, что будешь делать?

 – Постараюсь сделать свою жизнь полезной, найти что-нибудь хорошее.

 – А что, если они не отпустят тебя?

 – Но ведь у них нет выбора, не так ли?

Глава 6

 Лимузин поджидал его на стоянке у входа со стороны реки.

 – Вы готовы, коммандер? – спросил капитан Доуэрти.

 «Готов, как всегда», – подумал Роберт.

 – Да, – ответил он.

 Капитан Доуэрти отвез его домой, чтобы Роберт мог собрать вещи. Беллами совершенно не знал, сколько времени он будет отсутствовать. А сколько времени может занять выполнение невыполнимого задания? Он упаковал вещи в расчете на неделю и в последнюю минуту положил в чемодан фотографию Сюзан в рамке. Глядя на эту фотографию, Роберт подумал о том, хорошо ли сейчас Сюзан в Бразилии, и сам попытался убедить себя, что ей там плохо и скучно. И сразу же устыдился собственных мыслей.

 Когда лимузин прибыл на базу ВВС Эндрюс, самолет уже поджидал Роберта. Это был реактивный самолет ВВС С2ОА.

 Капитан Доуэрти протянул на прощание руку.

 – Желаю удачи, коммандер.

 – Спасибо. «Мне она понадобится».

 Роберт забрался по лесенке в кабину, где экипаж уже проводил предполетную проверку. Экипаж состоял из пилота, второго пилота, штурмана и стюарда, все члены экипажа были в форме ВВС США. Роберт был знаком с этим типом самолетов. Машина была оснащена электронным оборудованием, возле хвостового оперения, словно громадная удочка, торчала высокочастотная антенна. На стенах кабины располагалось двенадцать красных телефонов и белый телефон открытой связи. Все радиопереговоры самолета кодировались, радар работал на частоте, используемой военными. Преобладающим цветом в кабине был цвет ВВС – голубой, а кресла были комфортабельные, как в клубе.

 Роберт обнаружил, что является единственным пассажиром. Пилот приветствовал его:

 – Добро пожаловать на борт, коммандер. Если вы сядете и пристегнете ремень, мы запросим разрешение на взлет.

 Роберт пристегнул ремень и откинулся в кресле, а самолет начал выруливать на взлетную полосу. Спустя минуту Роберт ощутил знакомое чувство отрыва от земли, и самолет взмыл в воздух. Он не управлял самолетом с того самого момента, как был сбит, и тогда ему сказали, что он больше никогда не сможет летать. «Черт побери, не буду летать», – подумал Роберт. – «Да они говорили, что я не выживу. Но помогло чудо… Нет, помогла Сюзан…»

 Вьетнам. Его отправили туда в чине капитан-лейтенанта, он служил на авианосце «Рейнджер» в качестве офицера управления, ответственного за подготовку летчиков-истребителей и разработку планов авиационных налетов. А еще он командовал эскадрильей бомбардировщиков А-6А «Интрудер», и у него было очень мало времени, чтобы отдохнуть от войны. Однажды он получил недельный отпуск, который провел в Бангкоке, и за всю эту неделю ему удалось очень мало поспать. Этот город был просто Диснейлендом, в котором все было предназначено для удовлетворения мужских страстей. В первый же час своего пребывания в городе Роберт познакомился с девушкой, которая оставалась рядом с ним все время его отпуска. Девушка научила его нескольким фразам на тайском языке, и язык показался ему мягким и мелодичным.

 Когда Роберт вернулся на «Рейнджер», Бангкок показался ему далекой мечтой, а война была реальностью, и она была ужасна. Кто-то показал ему листовку из тех, что авиация разбрасывала над Северным Вьетнамом. Он прочитал ее:

 "Дорогие граждане.

 Морская пехота США сражается на стороне Южного Вьетнама, чтобы дать людям Вьетнама шанс жить свободной, счастливой жизнью, без страха умереть от голода и страданий. Но многие вьетнамцы поплатились своими жизнями и домами за то, что они поддерживали Вьетконг.

 Поэтому были уничтожены деревни Хаймон, Хайтан, Сабинх, Табинх и многие другие. Мы без колебаний уничтожаем любую деревню, жители которой помогают Вьетконгу, бессильному перед мощью правительственных войск и их союзников. Выбор зависит от вас. Если вы не позволите Вьетконгу превращать ваши деревни и селения в поле битвы, то ваши дома и ваши жизни будут спасены".

 «Да, мы спасаем жизни этих бедных ублюдков, – угрюмо подумал Роберт, – но при этом уничтожаем их страну».

 Авианосец «Рейнджер» был оснащен самым современным оборудованием, на нем базировались 16 самолетов, служили 40 офицеров и 350 матросов. Полетные задания выдавались экипажам за три или четыре часа до вылета. Отдел планирования боевых действий разведслужбы авианосца снабжал стрелков-радистов бомбардировщиков последней информацией и данными аэрофотосъемок, а они затем разрабатывали полетные задания.

 – Боже, ну и хорошенькое же дельце нам сегодня досталось, – сказал Эдвард Уиттакер, стрелок-радист из экипажа Роберта.

 Эдвард Уиттакер выглядел, как его отец в молодости, но совершенно отличался от него по характеру. Если адмирал был величественным, строгим, суровым, то сын его был простым, добродушным и дружелюбным парнем. Он служил, как и все остальные, так что сослуживцы и не ощущали того, что он был сыном их командира. Эдвард был лучшим стрелком в эскадрилье, и они были очень дружны с Робертом.

 – Куда мы летим? – спросил Роберт.

 – За все наши грехи нам досталась «программа №6». Это было самое опасное задание. Оно означало полет на север в район Ханоя, Хайфона, до дельты Красной реки, где зенитный огонь противника был наиболее плотным. При этом не разрешалось бомбить любые стратегические цели, если рядом находилось гражданское население, а вьетконговцы, не будь дураками, быстро разместили гражданское население вокруг военных объектов. Военные были недовольны таким приказом, но он исходил от президента Линдона Джонсона. Соединенные Штаты двенадцать лет сражались во Вьетнаме, и это был самый большой период их участия в войне. Роберт Беллами попал на эту войну в конце 1972 года, когда морская авиация стояла перед своей главной проблемой. Эскадрильи F-4 были уничтожены, несмотря на то, что американские самолеты превосходили русские МиГи, американцы теряли один самолет за два сбитых МиГа. Это было недопустимое соотношение.

 Роберт был вызван в штаб-квартиру к адмиралу Уиттакеру.

 – Вы меня вызывали, адмирал?

 – У вас репутация опытного летчика, мне требуется ваша помощь.

 – Слушаю, сэр.

 – Этот чертов противник бьет нас. Я тщательно проанализировал положение вещей и пришел к выводу, что дело не в наших самолетах, а в обучении людей, которые летают на них. Вы меня понимаете?

 – Да, сэр.

 – Я хочу, чтобы вы набрали группу и заново занялись ее подготовкой…

 Новая группа получила наименование «Топ Ган», и уже до конца подготовки соотношение потерь в самолетах изменилось с 1:2 до 1:12, то есть если американцы теряли два F-4, то противник – двадцать четыре МиГа. Выполнение задания заняло восемь недель интенсивных тренировок, после чего коммандер Беллами снова вернулся на свой корабль, где его встретил адмирал Уиттакер.

 – Черт побери, отличная работа, коммандер.

 – Благодарю вас, адмирал.

 – А теперь возвращайтесь к прежней работе.

 – Я готов, сэр.

 С авианосца «Рейнджер» Роберт совершил тридцать четыре удачных вылета.

 Тридцать пятым вылетом была «программа №6».

 Они пролетели над Ханоем и взяли курс на северо-запад в направлении Пхутхо и Йенбай. Зенитный огонь становился все интенсивнее. Эдвард Уиттакер сидел справа от Роберта, глядя на экран радара и прислушиваясь к низким сигналам, означающим действие вражеских следящих радаров.

 Небо прямо перед ними было расцвечено, словно салютом в День независимости: белый дымок от выстрелов легких пулеметов, темно-серые разрывы 55-мм снарядов, черные облака разрывов 100-мм снарядов, разноцветные трассы крупнокалиберных пуль.

 – Приближаемся к цели, – сказал Эдвард. В наушниках казалось, что голос его звучал откуда-то издалека.

 – Понял тебя.

 А-6А «Интрудер» двигался со скоростью 450 узлов, но даже на этой скорости и при полной бомбовой загрузке он отлично слушался штурвала. Роберт протянул руку и повернул выключатель боевой готовности, теперь двенадцать 500-фунтовых бомб готовы были обрушиться на цель, на которую Роберт вел самолет.

 Раздался голос в наушниках:

 – Ромео, над тобой самолет противника, 120".

 Роберт повернулся и посмотрел в указанном направлении. МиГ несся на него со стороны солнца. Роберт выполнил вираж и бросил машину в пике, но МиГ успел зайти в хвост и выпустил ракету. Роберт бросил взгляд на приборную доску, ракета быстро приближалась: тысяча футов… шестьсот… четыреста…

 – Боже мой! – воскликнул Эдвард. – Чего мы ждем?

 Роберт ждал до последней секунды, потом выбросил из самолета струю металлической стружки, резко вывел машину из пике и начал набор высоты по крутой траектории. Ракета, устремившись вслед за стружкой, врезалась в землю.

 – Слава Богу, – сказал Эдвард, – и тебе, парень.

 Продолжая набирать высоту, Роберт зашел в хвост МиГу, летчик МиГа, маневрируя, попытался выйти из-под удара, но было уже поздно. Роберт выпустил ракету «Сайдвиндер», которая врезалась в хвост МиГу и взорвалась. В наушниках послышался голос:

 – Отличная работа, Ромео.

 Теперь самолет Роберта был над целью.

 – Вот она, – сказал Эдвард, нажал красную кнопку, сбрасывая бомбы и наблюдая за их полетом к цели. Задание было выполнено, Роберт развернул самолет и взял курс на авианосец.

 И в этот самый момент они почувствовали глухой удар, и бомбардировщик начал терять управление.

 – В нас попали! – крикнул Эдвард.

 Загорелись обе красные лампочки сигнализации пожара, самолет уже совсем не слушался штурвала.

 Снова раздался голос в наушниках:

 – Ромео, я Тигр. Прикрыть вас?

 Роберт моментально принял решение.

 – Нет, идите на свои цели, я постараюсь дотянуть до базы. Бомбардировщик медленно снижался, удерживать его становилось все труднее.

 – Быстрее, – нервно сказал Эдвард, – иначе мы можем опоздать к завтраку.

 Роберт бросил взгляд на высотомер, стрелка быстро опускалась. Он взял микрофон.

 – Я Ромео, возвращаюсь на базу, нас подбили.

 – Ромео, я База, насколько серьезно повреждение? – Точно не знаю, но думаю, что сумею дотянуть.

 – Держитесь, ваш позывной «посадка для Чарли».

 Это означало, что им разрешена немедленная посадка на авианосец.

 – Вас понял.

 – Желаю удачи.

 Самолет начало кренить, Роберт отчаянно пытался выровнять его и набрать высоту. «Ну давай же, крошка, ты можешь это сделать». Лицо Роберта было напряженным.

 – Какое расчетное время посадки? – спросил он.

 Эдвард взглянул на карту.

 – Семь минут.

 – Пожалуй, ты получишь горячий завтрак.

 Роберт пытался использовать все свое мастерство, стараясь с помощью рулей и газа удержать самолет на нужном курсе. Высота продолжала угрожающе падать, и наконец Роберт увидел впереди сверкающие голубые воды Тонкинского залива.

 – Мы дома, приятель, – сказал Роберт, – еще всего несколько миль.

 – Отлично, я и не сомневался…

 И вдруг на них спикировали неизвестно откуда взявшиеся два МиГа, по фюзеляжу защелкали пули.

 – Эдди! Выручай! – Роберт повернулся, чтобы посмотреть на Эдварда, и увидел, что тот обмяк в кресле, повиснув на привязных ремнях, а из раны в правом боку хлещет кровь.

 – Нет! – закричал Роберт.

 И в этот момент он почувствовал страшный удар в грудь, комбинезон моментально пропитался кровью. Неуправляемый самолет, вращаясь, полетел вниз. Роберт почувствовал, что теряет сознание, из последних сил расстегнул привязной ремень и, повернувшись, бросил последний взгляд на Эдварда.

 – Прости, – прошептал он.

 Роберт погрузился в темноту и потом никак не мог вспомнить, каким образом ему удалось катапультироваться и опуститься на парашюте в воду. Их уже поджидали, и в этом районе кружил спасательный вертолет. Экипаж вертолета видел, как к месту падения Роберта устремились джонки с вьетконговцами, чтобы убить летчика, но они опоздали.

 Когда Роберта загрузили в вертолет, фельдшер из экипажа только взглянул на его рваную рану и сказал:

 – Боже, мы его даже не довезем до госпиталя.

 Роберту сделали укол морфия, наложили на грудь тугую повязку и отвезли в 12-й эвакогоспиталь на базу Ку-Чи.

 В этом госпитале, обслуживающем три базы, было четыреста коек, которые размещались в двенадцати палатах. Имелось две палаты реанимации – одна для хирургических больных, другая для раненых с ожогами, но обе были здорово переполнены. Когда Роберта внесли в госпиталь, за ним по полу тянулась струйка крови.

 Немедленно прибывший хирург разрезал повязку на груди Роберта, бросил один-единственный взгляд на рану и сказал тихим голосом:

 – Он не выкарабкается. Несите его в холодильник.

 С этими словами доктор удалился.

 До Роберта, то теряющего сознание, то приходящего в себя, как бы издалека донеслись эти слова доктора. «Ну вот», – подумал он, – «как жаль умирать подобным образом».

 – Ты не должен умереть, моряк, правда? Открой глаза. Давай, открывай. Он открыл глаза и как в тумане увидел белый халат и лицо женщины. Она что-то еще говорила, но он не мог разобрать слов. В палате было слишком шумно, раздавались вопли и стоны больных, крики докторов, отдающих приказания, сестры метались между стонущими людьми.

 Следующие двое суток сплелись в памяти Роберта в сплошную боль и горячку, и только позднее он узнал, что именно сестра Сюзан Уорд убедила доктора прооперировать его и сама дала кровь для переливания.

 Когда операция закончилась, хирург вздохнул:

 – Мы только зря потеряли время. Шансов выкарабкаться у него не более десяти процентов.

 Но доктор не знал Роберта Беллами, и он не знал Сюзан Уорд. Роберту казалось, что, когда бы он ни открывал глаза, Сюзан всегда сидела рядом, гладила его руку, вытирала лоб, заботилась о нем, желая вернуть его к жизни. Роберт почти все время бредил, а Сюзан просиживала рядом с ним в темной палате длинные ночи, слушая его бред.

 – …начальные и конечные точки маршрута неправильны, ты не можешь брать курс

 перпендикулярно цели, иначе попадешь в реку… передайте им, чтобы довернули несколько градусов до курса на цель… передайте…

 – Я передам, – ласково успокаивала его Сюзан.

 Тело Роберта все время покрывалось потом, и Сюзан постоянно обтирала его.

 – …надо убрать все пять предохранителей, иначе катапульта не сработает… проверь их…

 – Все в порядке, а теперь поспи немного.

 – …одному Богу известно, куда попали бомбы…

 Сюзан не понимала половину из того, о чем говорил ее пациент.

 Сюзан Уорд работала старшей операционной сестрой. Родилась она в маленьком городке в штате Айдахо и росла вместе с соседским мальчишкой Фрэнком Прескоттом, который был сыном мэра. Все в городе были уверены, что в один прекрасный день они поженятся.

 У Сюзан был младший брат Майкл, которого она обожала. Когда ему исполнилось восемнадцать лет, его забрали в армию и послали во Вьетнам, и сестра каждый день писала ему письма. Через три месяца после призыва семья Сюзан получила телеграмму, и, даже не прочитав ее, девушка уже поняла ее содержание.

 Услышав эту новость, Фрэнк Прескотт примчался к Сюзан.

 – Мне очень жаль, я ведь так любил Майкла, – сказал он и тут же совершил ошибку, добавив: – Давай прямо сейчас поженимся.

 Тогда девушка посмотрела на него и приняла решение.

 – Нет. Я должна посвятить свою жизнь более важному делу.

 – Ради Бога! Что может быть важнее женитьбы?

 Ответом был Вьетнам.

 Сюзан поступила в школу медсестер.

 Она уже работала во Вьетнаме одиннадцать месяцев, когда в госпиталь привезли чуть живого коммандера Роберта Беллами. Сортировка была обычной процедурой в эвакогоспитале, доктора осматривали двух или трех пациентов и выносили свое суждение, за чью жизнь стоит побороться. Сама не зная почему, Сюзан только взглянула на окровавленное тело Роберта Беллами и сразу решила для себя, что не позволит ему умереть. Может быть, в его лице она пыталась спасти своего брата? Или кого-то еще? Сюзан была перегружена работой и очень уставала, но, несмотря на это, вместо того чтобы отдыхать, она каждую свободную минуту проводила возле Роберта.

 Она просмотрела карточку пациента: летчик-ас и инструктор авиации морской пехоты, награжденный военно-морским крестом. Родился в Харвее, штат Иллинойс, в небольшом промышленном городке к югу от Чикаго. На службу в военно-морские силы поступил после окончания колледжа и подготовки в Пенсаколе, штат Флорида. Холост.

 Все дни, пока Роберт Беллами балансировал на грани жизни и смерти, Сюзан шептала ему:

 – Держись, моряк. Я тебя жду.

 На шестой день пребывания в госпитале, когда Роберт ночью, как обычно, метался в бреду, он неожиданно сел на кровати, посмотрел на девушку и четко сказал:

 – Это не сон. Ты и в самом деле существуешь.

 Сюзан почувствовала, как забилось сердце.

 – Да, – ответила она. – Я существую.

 – А я думал, что это сон, что я попал на небеса, а Господь поручил тебе ухаживать за мной.

 Сюзан посмотрела Роберту в глаза и серьезно сказала:

 – Я бы убила тебя, если бы ты умер.

 Роберт оглядел переполненную палату.

 – Где… где я?

 – Это 12-й эвакогоспиталь в Ку-Чи.

 – Сколько времени я уже здесь?

 – Шесть дней. – Эдди… Он… – Мне очень жаль.

 – Я должен рассказать обо всем адмиралу.

 Сюзан взяла Роберта за руку и тихо сказала:

 – Он знает, он навещал тебя.

 На глаза Роберта навернулись слезы.

 – Я ненавижу эту проклятую войну. Я не могу тебе передать, как я ее ненавижу.

 Начиная с этого момента Роберт начал поправляться, немало удивляя этим докторов. Все жизненно важные функции восстановились.

 – Скоро мы выпишем его, – говорили доктора Сюзан, а она при этом испытывала острую боль.

 Роберт не знал точно, когда он влюбился в Сюзан Уорд. Возможно, в тот момент, когда она перевязывала его раны, а невдалеке слышались разрывы бомб.

 А может быть, тогда, когда сообщили, что он достаточно окреп, чтобы можно было отправить его в госпиталь «Уолтер Рид» в Вашингтон для окончательного излечения, а Сюзан сказала:

 – Думаешь, я собираюсь остаться здесь и позволить каким-то другим сестрам ухаживать за этим прекрасным телом? О нет. Я все предприму, чтобы поехать с тобой.

 Спустя две недели они поженились. Окончательная поправка заняла у Роберта целый год, и Сюзан день и ночь ухаживала за ним. Роберт не встречал в жизни подобного человека и даже не мог представить себе, что сможет полюбить кого-нибудь другого так сильно. Он любил ее сострадание, ее чувственность, страсть, жизненную энергию, красоту, чувство юмора.

 В первую годовщину их свадьбы Роберт сказал жене:

 – Ты самое прекрасное, самое удивительное, самое заботливое существо в мире. На этой земле нет такого умного, доброго, отзывчивого человека. Сюзан крепко обняла его и прошептала:

 – То же самое я могу сказать о тебе.

 Их связывало чувство большее, чем любовь, они неподдельно восхищались друг другом и уважали друг друга. Все друзья завидовали им, и было чему завидовать. Когда хотели привести в пример идеальную супружескую пару, то всегда называли Роберта и Сюзан. Они во всем подходили друг другу, их отличало полное родство душ. Сюзан была самая чувственная женщина из всех, которых довелось знать Роберту, они были способны завести друг друга одним прикосновением, одним словом. Как-то вечером они были приглашены на официальный обед. Роберт задержался на работе, и он еще был в душе, когда в ванную зашла Сюзан, уже одетая в прекрасное вечернее платье.

 – Боже мой, как сексуально ты выглядишь, – сказал Роберт. – Как жаль, что у нас нет времени.

 – О, не беспокойся об этом, – промурлыкала Сюзан, скинула одежду и забралась к Роберту в душ.

 На обед они так и не попали.

 Сюзан чувствовала желания Роберта еще до того, как они у него появлялись, и старалась выполнять их. Роберт тоже с большой заботой относился к ней. Когда Сюзан начинала одеваться, то на туалетном столике или в туфлях находила любовные записки. Цветы и маленькие подарки доставлялись ей по любым праздникам, даже по таким, как день рождения президента Полка или годовщина экспедиции Льюиса и Кларка.

 И они смеялись, как чудесно они смеялись…

 По внутренней связи прозвучал голос пилота.

 – Через десять минут приземляемся в Цюрихе, коммандер.

 Мысли Роберта Беллами вернулись из прошлого к настоящему заданию. 3а пятнадцать лет службы в военно-морской разведке ему приходилось выполнять различные задания, но это, похоже, будет самым странным. Он едет в Швейцарию, чтобы отыскать автобус с неизвестными свидетелями, которые растворились, словно в воздухе. С таким же успехом можно искать иголку в стогу сена, но я даже не знаю, где этот стог. Куда делся Шерлок Холмс, ведь он мне так нужен.

 – Будьте добры, пристегните ремни.

 Самолет пролетел над темным лесом, и через минуту шасси коснулись освещенной взлетной полосы международного аэропорта Цюриха. Миновав восточную сторону аэровокзала, машина направилась к административному зданию, расположенному на удалении от основного здания аэровокзала. На летном поле стояли лужи от прошедшего дождя, но ночное небо было ясным.

 – Сумасшедшая погода, – сказал пилот. – Весь день лил дождь, а ночью ясно. Здесь скорее надо иметь барометр, чем часы. Организовать вам машину, коммандер?

 – Нет, спасибо. – С этого момента ему надо было полагаться только на себя. Роберт подождал, пока самолет отрулит назад, потом сел в микроавтобус, доставивший его в гостиницу аэропорта, где он и заснул спокойно, без всяких сновидений.

Глава 7

День второй – 8.00

 На следующее утро Роберт подошел к стойке проката автомобилей.

 – Доброе утро, – приветствовал его клерк на немецком.

 Это послужило ему напоминанием, что он находится в немецкоязычной части Швейцарии.

 – Доброе утро. Могу я нанять автомобиль?

 – Да, сэр, конечно. На какой срок вам требуется, машина?

 «Хороший вопрос. На час? На месяц? А может быть, на год или два?»

 – Я точно не знаю.

 – Вы намерены вернуть машину в аэропорт?

 – Возможно.

 Клерк несколько удивленно посмотрел на него.

 – Очень хорошо. Будьте добры, заполните эти бумаги.

 Роберт расплатился за машину с помощью специальной черной кредитной карточки, полученной от генерала Хиллиарда. Клерк недоуменно осмотрел карточку, извинился и ушел в кабинет. Когда он вернулся, Роберт поинтересовался:

 – Какие-нибудь проблемы?

 – Нет, сэр, никаких.

 Машина оказалась серым «опелем Омега». Выехав из аэропорта на трассу, Роберт направился в центр Цюриха. Ему нравилась Швейцария, и он считал ее одной из самых красивых стран мира. Несколько лет назад он катался здесь на лыжах, а еще ему не раз приходилось выполнять здесь задания, взаимодействуя со швейцарской разведкой. Во время второй мировой войны швейцарская разведывательная служба была организационно разбита на три отдела: D, F и I, которые, соответственно, занимались Германией, Францией и Италией. Сейчас же главной задачей разведки Швейцарии было выявление шпионских операций внутри различных организаций ООН в Женеве. У Роберта были друзья в швейцарской разведке, но он помнил слова генерала Хиллиарда: «Вы не должны вступать в контакт ни с кем из них».

 Поездка до города заняла двадцать пять минут. Доехав до центра, Роберт направил машину к «Долдер Гранд отель». Отель остался точно таким, каким Роберт и помнил его: швейцарский замок с башенками, величественный и респектабельный, окруженный зеленью, с видом на озеро. Роберт поставил машину на стоянку и вошел в вестибюль. Стойка портье была слева.

 – Доброе утро.

 – Доброе утро. Есть ли у вас комната на сутки?

 – Есть. Как вы будете платить?

 – По кредитной карточке.

 Той самой черной с белым кредитной карточке, которую ему дал генерал Хиллиард. Роберт попросил у портье карту Швейцарии, а потом его проводили в комфортабельный номер в новом крыле отеля. В номере был небольшой балкон, выходящий на озеро. Стоя на балконе, Роберт вдыхал прохладный осенний воздух, размышляя о задании, которое ему предстояло выполнить. Начать ему было абсолютно не с чего, никакой зацепки, все элементы уравнения его задания были неизвестными: название туристической компании, количество пассажиров, их имена и адреса. «А все ли свидетели находятся в Швейцарии? В этом-то и заключается наша проблема. Мы не знаем, где они и кто они такие». А главное, что недостаточно найти просто кого-то из свидетелей. «Вы должны отыскать их всех». Единственной информацией, которой он обладал, было место и время: Утендорф, воскресенье, 14 октября. Ему надо было за что-то ухватиться.

 Насколько он помнил, автобусы с дневными туристическими поездками отправлялись только из двух городов: Цюриха и Женевы. Роберт открыл ящик стола и достал оттуда телефонный справочник. Там было указано около десятка туристических компаний: «Саншайн Турз», «Свисстур», «Тур Сервис», «Туральпино», «Туризм Рейзен»… Ему предстояло проверить каждую из этих компаний. Выписав все адреса, он сел в машину и направился в ближайшую по списку контору.

 У стойки два клерка обслуживали туристов. Когда один из них освободился, Роберт обратился к нему.

 – Простите, пожалуйста. В прошлое воскресенье моя жена ездила по одному из ваших маршрутов и забыла в автобусе сумочку. Она, наверное, просто отвлеклась, увидев падение метеозонда возле Утендорфа.

 Клерк нахмурился.

 – Должно быть, вы ошибаетесь, наши маршруты не проходят возле Утендорфа.

 – Ох, извините. – Первая неудача.

 Разговор в следующей компании обещал быть более перспективным.

 – О да. – Клерк улыбнулся. – Наши маршруты проходят по всей Швейцарии, они самые интересные.

 – А не было ли у вас в воскресенье маршрута, во время которого автобус остановился, чтобы посмотреть на падение метеозонда? Моя жена поздно вернулась в отель, и я…

 Клерк за стойкой решительно возразил ему.

 – Мы очень гордимся тем, что наши маршруты никогда не задерживаются. Никаких незапланированных остановок.

 – Значит, ваш автобус не мог остановиться, чтобы понаблюдать за падением метеозонда?

 – Это исключено.

 – Благодарю вас. – Вторая неудача.

 Бюро третьей компании располагалось на Банхофплац, и на вывеске было написано: «Саншайн Турз». Роберт подошел к стойке.

 – Добрый день. Я хотел бы поговорить об одном из ваших туристических автобусов. Я слышал, что возле Утендорфа упал метеозонд и водитель остановил на полчаса автобус, чтобы пассажиры могли понаблюдать за этой картиной.

 – Нет, нет. Он остановился всего на пятнадцать минут. У нас очень жесткое расписание.

 «Попал!»

 – А что вас интересует?

 Роберт достал одно из удостоверений, переданных ему в конверте.

 – Я журналист и пишу статью для «Тревел энд Лежэ» об эффективности использования туристических автобусов в Швейцарии по сравнению с другими странами. Мог бы я взять интервью у вашего водителя?

 – Это может получиться интересная статья, действительно, очень интересная. Мы, швейцарцы, гордимся эффективностью своей работы.

 – И эта гордость вполне заслуженна, – заверил его Роберт.

 – А будет ли упомянуто название нашей компании?

 – Безусловно.

 Клерк улыбнулся.

 – Хорошо, тогда не вижу здесь ничего плохого.

 – Могу я сейчас поговорить с ним?

 – У него сегодня выходной. – Клерк написал на карточке имя водителя. Роберт прочитал его: Ганс Бекерман.

 Клерк добавил еще и адрес.

 – Он живет в Каппеле, это небольшая деревушка в сорока километрах от Цюриха. Сейчас вы застанете его дома.

 Роберт спрятал карточку.

 – Большое спасибо. Да, кстати, поскольку уж нам понадобятся и другие факты этой истории, не скажете ли вы мне, сколько билетов было продано именно на этот маршрут?

 – Конечно. Мы ведем запись наших маршрутов. Минуточку. – Клерк достал из-под прилавка книгу и стал листать ее. – А, вот. Воскресенье, Ганс Бекерман. Там было семь пассажиров, в этот день на маршруте был небольшой автобус «Ивеко».

 Семь пассажиров и водитель, уже кое-что.

 – А у вас случайно нет имен этих пассажиров?

 – Сэр, люди заходят с улицы, покупают билеты и отправляются в поездку. Мы не спрашиваем у них документы.

 – Еще раз спасибо. – Роберт направился к двери.

 Клерк окликнул его.

 – Надеюсь, вы пришлете нам копию статьи?

 – Безусловно, – ответил Роберт.

 Роберт решил отправиться на Талштрассе, откуда уходили туристические автобусы, как будто автобус мог поведать ему какую-то скрытую информацию. «Ивеко» был коричнево-серебристым, достаточно небольшим, чтобы успешно преодолевать крутые альпийские дороги. Он был рассчитан на четырнадцать пассажиров. Но кто те семь пассажиров, и где они сейчас? Роберт вернулся в машину и посмотрел карту, а потом выехал из города в направлении деревни Каппель. Двигаясь на юг, он проехал небольшие холмы, окружающие Цюрих, и начал подниматься в величественные Альпы. Здесь он проехал Адлисвил Лангнау, Хаузен и еще какие-то безымянные деревушки с домиками, которые изображают на цветных почтовых открытках, и спустя час въехал в Каппель. В этой небольшой деревушке были ресторан, церковь, почта и что-то около дюжины домов. Роберт остановил машину возле ресторана и вошел в него. Официантка убирала столик возле двери.

 – Извините, фрейлен, как мне найти дом герра Бекермана?

 Официантка показала на дорогу.

 – Вон там, возле церкви.

 – Спасибо.

 Роберт свернул направо к церкви и остановил машину возле скромного двухэтажного каменного дома, крыша которого была покрыта керамической плиткой. Он вышел из машины и подошел к двери. Не увидев звонка, Роберт постучал в дверь.

 Ему отворила грузная усатая женщина.

 – Извините за беспокойство. Господин Бекерман дома?

 Женщина подозрительно оглядела его.

 – А что вам от него нужно?

 Роберт одарил ее победной улыбкой.

 – Вы, должно быть, госпожа Бекерман? – Он вытащил свое репортерское удостоверение. – Я пишу для журнала статью о швейцарских водителях туристических автобусов, и вашего мужа порекомендовали мне как одного из самых опытных водителей в стране.

 Женщина просияла и сказала с гордостью:

 – Мой Ганс отличный водитель.

 – Именно это мне говорили все, госпожа Бекерман. Я хотел бы взять у него интервью.

 – Интервью у моего Ганса для журнала? – Она смутилась. – Это так интересно. Входите, пожалуйста.

 Она провела Роберта в небольшую, тщательно убранную гостиную.

 – Подождите, пожалуйста. Я позову Ганса.

 В доме были низкие потолки, темные деревянные полы, деревянная мебель, небольшой каменный камин и кружевные занавески на окнах.

 Роберт стоял и размышлял. Это не только его лучшая зацепка, это его единственная зацепка. «Люди заходят с улицы, покупают билеты и отправляются в поездку… Мы не спрашиваем у них документы». Роберт подумал, что отсюда идти больше некуда, если этот вариант не сработает, останется только дать объявление:

 «Семерых пассажиров туристического автобуса, наблюдавших падение метеозонда, прошу пожаловать ко мне в отель завтра в полдень. Гарантируется завтрак».

 В комнату вошел худой лысый мужчина. Он был бледен, и густые черные усы как-то не вязались со всей его внешностью.

 – Добрый день, господин…

 – Смит. Добрый день. – Голос Роберта звучал сердечно. – Мне очень хотелось познакомиться с вами, господин Бекерман.

 – Жена сказала, что вы пишете статью о водителях туристических автобусов. – В его речи чувствовался сильный немецкий акцент.

 Роберт обворожительно улыбнулся.

 – Это верно. Наш журнал интересуете вы и ваши безаварийные поездки… – Да ладно вам, – грубо оборвал его Бекерман. – Вас интересует та штука, которая разбилась вчера в полдень. Не так ли?

 Роберт постарался изобразить смущение.

 – Да, в какой-то степени. Этот вопрос мне тоже хотелось бы обсудить. – Почему бы вам так прямо и не сказать? Садитесь.

 – Спасибо. – Роберт уселся на диван.

 – Сожалею, что не могу предложить вам выпить, но мы больше не держим в доме спиртного. – Он похлопал себя по животу. – Язва. А доктора даже не могут назначить мне лекарство для обезболивания, потому что у меня аллергия на все лекарства. – Он сел напротив Роберта. – Но ведь вы приехали сюда говорить не о моем здоровье, так ведь? Что бы вы хотели знать?

 – Я хотел бы поговорить с вами о пассажирах, которые были в воскресенье в автобусе, когда вы остановились возле Утендорфа посмотреть падение метеозонда.

 Ганс Бекерман уставился не него.

 – Метеозонда? Какого метеозонда? О чем вы говорите?

 – Метеозонд, который…

 – Вы имеете в виду космический корабль?

 Теперь настала очередь Роберта удивиться.

 – Кос… космический корабль?

 – Да, летающая тарелка.

 Роберту понадобилось время, чтобы переварить услышанное. Он почувствовал, как по телу внезапно пробежал холодок.

 – Вы хотите сказать, что видели летающую тарелку?

 – Да, а в ней мертвые тела.

 «В швейцарских Альпах разбился метеозонд, принадлежащий НАТО. На зонде было установлено несколько экспериментальных военных приборов, строго засекреченных».

 Роберту с трудом удавалось говорить спокойно.

 – Господин Бекерман, а вы уверены, что видели летающую тарелку?

 – Конечно, это то, что сейчас называют НЛО.

 – И там внутри были мертвые люди?

 – Нет, не люди. Существа. Очень трудно описать их. – Его слегка передернуло. – Они были очень маленькие, с большими, странными глазами. Одеты в костюмы серебристого цвета. Очень пугающая картина.

 Роберт слушал, но никак не мог привести в порядок свои мысли.

 – А пассажиры это видели?

 – О да. Мы все видели. Я остановился, наверное, минут на пятнадцать. Они хотели, чтобы я еще постоял, но в компании очень строгие правила относительно расписания.

 Еще даже не задавая вопроса, Роберт уже знал, что задавать его бесполезно.

 – Господин Бекерман, а вы случайно не знаете имена ваших пассажиров? – Господин, я водитель автобуса. Пассажиры покупают билеты в Цюрихе, и мы совершаем поездку на юго-запад в Интерлейкен и на северо-запад в Берн. Они могут выйти в Берне или вернуться в Цюрих. Никто не называет своих имен.

 – Значит, никак нельзя узнать их имена? – разочарованно сказал Роберт.

 Водитель задумался.

 – Единственное, что я могу сказать вам, – среди пассажиров не было детей. Только мужчины.

 – Одни мужчины?

 Бекерман снова задумался.

 – Нет, неверно. Была одна женщина.

 «Черт побери, это мне мало что дает», – подумал Роберт. – «И зачем я вообще взялся за это задание?»

 – Значит, вы говорите, господин Бекерман, что все пассажиры сели в автобус в Цюрихе, а после окончания экскурсии просто разошлись?

 – Именно, господин Смит.

 «Значит, у меня нет даже стога сена, в котором надо искать иголку».

 – А вы что-нибудь помните о пассажирах? Может, они что-то говорили или делали?

 Бекерман покачал головой.

 – Я занят работой, поэтому не обращаю на них внимания. Если только кто-то не станет предъявлять претензий. Как этот немец.

 Роберт замер и очень мягко поинтересовался:

 – А что за немец?

 – Все пассажиры были возбуждены, увидев НЛО и мертвых существ, а этот старик начал жаловаться, что ему надо побыстрее попасть в Берн, чтобы подготовить какую-то лекцию для университета на завтра…

 «Хоть какое-то начало».

 – А вы что-нибудь еще о нем помните?

 – Нет.

 – Совсем ничего?

 – Он был одет в черное пальто.

 – Господин Бекерман. Я хотел бы попросить вас об услуге. Не могли бы вы проехать со мной на машине в Утендорф?

 – У меня сегодня выходной, и я занят…

 – Я с радостью заплачу вам за это.

 – Да?

 – Двести марок.

 – Я не…

 – Тогда четыреста марок.

 Бекерман задумался.

 – А почему бы и нет? Денек хороший для автомобильной прогулки, да?

 Они поехали на юг через Лузерн и словно игрушечные деревни Имменси и Мегген. От пейзажей просто захватывало дух, но Роберт был занят своими мыслями.

 Они проехали через Энгельберг с его старинным монастырем бенедиктинок, на большой скорости промчались мимо Лейзигена и Фоленси, мимо прекрасного голубого озера, на глади которого виднелись белые точки парусов и яхт.

 – Далеко еще? – спросил Роберт.

 – Уже близко, – ответил Ганс Бекерман.

 Они ехали еще почти час, потом въехали в Спиз.

 – Теперь совсем рядом, – сказал Бекерман. – Осталось миновать Тан.

 Роберт почувствовал, как учащенно забилось сердце. Ему предстояло увидеть что-то невообразимое, пришельцев из других миров. Они оставили позади маленькую деревушку Тан, и несколько минут спустя, когда машина подъехала к роще, Ганс Бекерман вытянул руку и сказал:

 – Вот здесь!

 Роберт свернул на обочину и остановил машину.

 – Через дорогу, позади вон тех деревьев.

 Роберт почувствовал нарастающее возбуждение.

 – Хорошо. Давайте посмотрим.

 Мимо проехал грузовик. Пропустив его, Роберт и Ганс перешли через дорогу. Роберт последовал за водителем по небольшому спуску к деревьям. Теперь дороги совершенно не было видно. Когда они вышли на поляну, Бекерман заявил:

 – Это прямо здесь.

 На земле перед ними лежали обломки метеозонда.

Глава 8

 «Я уже стар для этих игр», – устало подумал Роберт. – «Ведь я действительно начал верить в его сказку о летающей тарелке».

 Ганс Бекерман растерянно разглядывал обломки, лежащие перед ним на земле.

 – Невероятно! Это совсем не то.

 Роберт вздохнул.

 – Да, совсем не то, верно?

 Бекерман покачал головой.

 – Но ведь вчера она была здесь.

 – Ваши маленькие зеленые человечки, наверное, улетели.

 Но Бекерман был упрямым человеком.

 – Нет, нет. Они были мертвы.

 «Все мертвы. Очень хорошо согласуется с моим заданием. Единственная моя ниточка – сумасшедший старик, которому чудятся космические корабли». Роберт подошел к обломкам метеозонда и внимательно осмотрел их.

 Большая алюминиевая оболочка четырнадцати футов в диаметре, рваные края от удара о землю. Все приборы были сняты, как и говорил генерал Хиллиард. «Не могу сказать вам, насколько важны приборы с этого метеозонда».

 Роберт обошел разбитый аппарат в попытке что-нибудь обнаружить, намочив ноги в мокрой траве. Ничего. Этот зонд был аналогичен дюжине других, которые ему приходилось видеть.

 Ганс не сдавался, демонстрируя немецкое упрямство.

 – Это штучки пришельцев… Они сделали, чтобы это так выглядело… Вы же знаете, они все могут.

 Роберт решил, что делать здесь больше нечего, да еще и ноги промокли, пока ходил по высокой траве. Он уже повернулся, чтобы уйти, но замялся, захваченный внезапной мыслью. Он вернулся к зонду. – Вы не могли бы поднять его? – спросил он.

 Бекерман удивленно посмотрел на него.

 – Вы хотите, чтобы я поднял его?

 – Будьте добры.

 Бекерман пожал плечами. Он взялся за один край легкой оболочки и приподнял его, тогда как Роберт поднял другой. Взвалив его себе на спину, Роберт пролез под оболочку, примерно к центру того места, где она лежала. Ноги его утопали в траве.

 – Здесь мокро, – крикнул он.

 – Конечно, вчера весь день лил дождь, вся земля промокла.

 Роберт выбрался из-под оболочки зонда.

 «Сумасшедшая погода», – сказал ему пилот. – «В воскресенье было солнечно». А как раз в воскресенье потерпел аварию зонд. «Весь день льет, а ночью ясно. Здесь надо иметь барометр, а не часы».

 – Какая была погода, когда вы увидели НЛО? – спросил Роберт.

 Бекерман задумался.

 – Прекрасный полдень.

 – Солнечно?

 – Да, солнечно.

 – А вчера весь день лил дождь?

 Бекерман удивленно посмотрел на него.

 – Ну и что?

 – Значит, если зонд лежит здесь вторые сутки, то земля под ним должна быть сухой или по крайней мере слегка влажной. А под ним трава такая же мокрая, как и вокруг.

 Бекерман продолжал удивленно смотреть на него.

 – Не понимаю. И что это значит?

 – Это может означать, – осторожно начал Роберт, – что кто-то положил этот зонд сюда вчера после начала дождя и забрал то, что вы видели. – Или было более здравое объяснение, до которого он не додумался?

 – Да кто бы стал делать такие идиотские вещи?

 «И вовсе не идиотские», – подумал Роберт. – «Это могли сделать швейцарские власти, чтобы сбить с толку непрошеных ротозеев. Для сокрытия истины дезинформация является первейшей уловкой». Роберт шагал по траве, разглядывая землю и ругая себя, что чуть не купился, как идиот.

 Ганс Бекерман подозрительно наблюдал за ним.

 – А для какого журнала вы пишете статью, господин?

 – «Тревел энд Лежэ». Бекерман прямо засиял. – О, тогда вы, наверное, захотите сфотографировать меня, как тот парень?

 – Что?

 – Ну тот фотограф, что сфотографировал нас.

 Роберт похолодел.

 – О чем вы говорите?

 – О фотографе. Он сфотографировал нас на фоне этой штуки и пообещал прислать каждому по фотографии. У некоторых пассажиров тоже были фотоаппараты.

 – Минутку, – медленно произнес Роберт. – Вы говорите, что кто-то сфотографировал пассажиров на фоне НЛО?

 – Именно это я и пытаюсь объяснить.

 – И он обещал прислать каждому по фотографии?

 – Точно.

 – Значит, у него должны быть ваши имена и адреса?

 – Конечно, а как же иначе он смог бы прислать фотографии?

 Роберт стоял, не шевелясь, ощущая, как его охватывает чувство эйфории. «Удача, Роберт! Тебе повезло, сукин ты сын!» Невыполнимая задача внезапно обернулась лакомым кусочком. Ему не надо больше разыскивать семерых неизвестных пассажиров. Надо просто отыскать одного фотографа.

 – Почему вы раньше не сказали о нем, господин Бекерман?

 – Но вы же спрашивали меня о пассажирах.

 – Это значит, что он не был пассажиром?

 Бекерман покачал головой.

 – Нет. Его машина стояла через дорогу, ее уже начал оттаскивать тягач, когда произошла эта катастрофа. Парень перебежал дорогу, чтобы посмотреть, что случилось, а когда увидел, то сбегал к своей машине, принес фотоаппарат и попросил нас всех сфотографироваться на фоне тарелки. – Вы знаете имя этого фотографа?

 – Нет.

 – А что-нибудь помните о нем?

 Бекерман напряженно задумался.

 – Он был иностранцем. Американцем или англичанином.

 – Вы сказали, что его машину собирался отбуксировать тягач?

 – Да.

 – А вы не помните, куда направился тягач?

 – На север. Думаю, что в Берн. Тан, конечно, ближе, но по воскресеньям все гаражи в Тане закрыты.

 Роберт усмехнулся.

 – Спасибо, вы очень помогли мне.

 – Вы не забудете прислать мне статью, когда она будет закончена?

 – Не забуду. Вот ваши деньги и еще дополнительно сто марок за помощь. Я отвезу вас домой.

 Они вернулись к машине, Бекерман открыл дверцу, потом остановился и обернулся к Роберту.

 – Вы очень щедры. – Он достал из кармана небольшой прямоугольный кусочек металла размером с зажигалку, в котором сверкал маленький белый кристалл.

 – Что это?

 – Я нашел это на земле в воскресенье, перед тем как мы вернулись в автобус.

 Роберт внимательно осмотрел странный предмет. Он был легкий, как бумага, песочного цвета. С одной стороны край был обломан, и это могло означать, что этот кусок является частью другого предмета. Частью оборудования, установленного на метеозонде? Или частью НЛО?

 – Может быть, он принесет вам удачу, – сказал Бекерман, засовывая в бумажник деньги, полученные от Роберта. – Мне так он уже принес. – Он широко улыбнулся и залез в машину.

 Теперь пора было задать себе главный вопрос: «Действительно ли я поверил в НЛО?». Роберт много читал диких газетных историй о людях, утверждавших, что они побывали на борту космического корабля и теперь наделены сверхъестественными знаниями. Он всегда считал, что эти люди либо играют на публику, либо им следует обратиться к психиатру. Однако в последние годы появились статьи, которые не так легко было опровергнуть. НЛО наблюдали астронавты, летчики ВВС, полицейские и другие заслуживающие уважения и избегающие лишней газетной шумихи люди. В дополнение к этому появилась сенсационная статья о катастрофе НЛО в Розуэлле, штат Нью-Мексико, где якобы были обнаружены тела пришельцев. Власти предпочли замять это дело и убрать все доказательства. Во время второй мировой войны летчики рассказывали о странных объектах, которые атаковали их и исчезали. Ходили истории о городах, над которыми в небе на большой скорости летали неопознанные объекты. «А что, если это действительно НЛО и пришельцы из другой галактики? Какое это может иметь последствие для нашей планеты? Будет ли это означать мир? Войну? Конец цивилизации, как мы ее понимаем?» Роберт обнаружил, что в глубине души надеется, что Ганс Бекерман просто бредовый лунатик и катастрофа все-таки действительно произошла с метеозондом. Чтобы принять или отвергнуть историю Бекермана, ему надо разыскать остальных свидетелей. На первый взгляд история кажется неправдоподобной, но что-то в ней тревожило Роберта. «Если потерпел катастрофу метеозонд, пусть даже и с секретным оборудованием, то почему ему позвонили в такую рань и назначили встречу в Агентстве национальной безопасности в шесть утра да еще сказали, что дело очень срочное и свидетелей надо отыскать очень быстро? Может, это просто прикрытие? Если так… то почему?»

Глава 9

 Позже, в этот же день, в Министерстве иностранных дел Швейцарии в Женеве была проведена пресс-конференция. Более пятидесяти корреспондентов заполнили конференц-зал, и многие еще толкались в коридоре. Присутствовали представители телевидения, радио, прессы более дюжины стран, многие были вооружены магнитофонами и видеокамерами. Казалось, что все они говорят хором.

 – Мы слышали, что это был не метеозонд…

 – Правда ли, что это была летающая тарелка?

 – Ходят слухи, что на борту корабля были тела пришельцев…

 – Остался ли в живых хоть один из пришельцев?

 – Может быть, правительство пытается скрыть правду от людей?

 Пресс-секретарь повысил голос, пытаясь взять контроль над аудиторией. – Дамы и господа, произошло обычное недоразумение. Нам все время звонят, люди видят спутники, падающие звезды… А не кажется ли вам интересным, что все звонки об НЛО бывают анонимными? Возможно, звонивший действительно верит, что это был НЛО, а на самом деле просто упал метеозонд. Мы специально организовали транспорт, чтобы отвезти вас на место падения. Пожалуйста, пройдите за мной…

 Спустя пятнадцать минут два автобуса, набитых журналистами с камерами, отправились в Утендорф посмотреть на обломки упавшего метеозонда. Прибыв на место, они остановились в мокрой траве, разглядывая искореженную оболочку метеозонда. Слово опять взял пресс-секретарь.

 – Вот ваша загадочная летающая тарелка. Она была запущена с нашей базы в Вене. Насколько нам известно, леди и джентльмены, не существует неопознанных летающих объектов, происхождение которых не могло бы объяснить наше правительство. У нас нет никаких сведений о визитах внеземных цивилизаций. На этот счет у нашего правительства существует строго определенная политика. Если появятся какие-либо доказательства визита инопланетян, то эта информация будет немедленно доведена до общественности. Если у вас больше нет вопросов…

Глава 10

 Ангар 17 на базе ВВС в Лэнгли, штат Виргиния, был заперт и тщательно охранялся. Снаружи по периметру здания располагались четверо вооруженных морских пехотинцев. Внутри ангара трое высокопоставленных армейских офицеров охраняли опечатанную комнату, сменяясь каждые восемь часов. Никто из офицеров не знал, что он охраняет. Кроме ученых и врачей, которые работали внутри, войти в опечатанную комнату было позволено только трем посетителям.

 Четвертый посетитель только что прибыл. Его встретил бригадный генерал Пакстон, ответственный за безопасность объекта.

 – Добро пожаловать в наш зверинец, – поприветствовал он посетителя.

 – Я весь в предвкушении.

 – Вы не разочаруетесь. Сюда, пожалуйста.

 Перед дверями опечатанной комнаты стояла вешалка, на которой висели четыре белых стерильных комбинезона.

 – Будьте добры надеть комбинезон, – попросил генерал.

 – Конечно. – Янус влез в комбинезон, полностью закрывавший тело, так что видно было только его лицо за стеклянной маской. Еще он надел на ботинки белые тапочки, и генерал подвел его к входу в комнату. Охранник отступил в сторону, и генерал открыл дверь.

 – Проходите.

 Янус вошел в зал и осмотрелся. В центре стоял космический корабль. На стоящих сбоку белых столах для вскрытия лежали тела двух пришельцев, над одним телом трудился патологоанатом.

 Генерал Пакстон обратил внимание посетителя на космический корабль.

 – Похоже, что здесь мы имеем дело с кораблем-разведчиком, – объяснил генерал. – Мы уверены, что у него была прямая связь с главным кораблем. Оба мужчины подошли поближе к аппарату и принялись разглядывать его.

 Корабль был приблизительно тридцать пять футов в диаметре, внутри по форме напоминал жемчужную раковину с раздвижным потолком и тремя откидными креслами. Стены корабля были покрыты панелями, на которых располагались какие-то металлические диски.

 – Здесь еще много того, чего мы не разгадали, – признался генерал Пакстон, – но то, что мы определили – потрясающе. – Он указал на ряд приборов на небольших панелях. – Это интегрированная широкополосная оптическая система, похоже, что она предназначена для отыскания живых организмов. Это система связи с возможностью синтезирования голоса, это навигационная система, и, честно говоря, она нас озадачила. Мы думаем, что она работает на каких-то электромагнитных импульсах.

 – Есть ли какое-нибудь вооружение? – спросил Янус.

 Генерал Пакстон неуверенно развел руками.

 – Точно не знаем, здесь много приборов, предназначение которых нам непонятно.

 – А какой у них источник энергии?

 – Мы предполагаем, что источником энергии служит одноатомный водород в замкнутом цикле, поэтому продукт отхода – вода, которая может постоянно рециркулировать, снова превращаясь в водород и создавая энергию. С помощью этого постоянного источника энергии корабль может свободно перемещаться в межпланетном пространстве. Наверное, пройдут годы, пока мы разгадаем все эти секреты. Но есть кое-что еще очень любопытное. Тела двух пришельцев были пристегнуты к креслам, но вмятины на третьем кресле показывают, что оно тоже было занято.

 – Вы хотите сказать, – медленно начал Янус, – что один пришелец мог пропасть?

 – Очень похоже, что так.

 Янус стоял, нахмурившись.

 – Давайте взглянем на наших пришельцев.

 Они подошли к столам для вскрытия, где лежали тела пришельцев. Янус остановился и стал внимательно разглядывать необычные фигуры. Казалось странным, что существа, так разительно отличающиеся от людей, были разумными. Лбы пришельцев были гораздо большими, чем ожидал Янус, пришельцы были абсолютно лысыми, отсутствовали и ресницы, и брови. Глаза напоминали шарики для пинг-понга.

 Доктор, проводивший вскрытие, поднял голову и посмотрел на подошедших.

 – Потрясающе, – сказал он. – У одного из тел отсутствует рука. Никаких следов крови, но есть что-то похожее на вены, наполненные зеленой жидкостью.

 – Зеленой жидкостью? – спросил Янус.

 – Да, – доктор замялся, – мы предполагаем, что эти существа растительного происхождения.

 – Разумные растения? Вы это серьезно?

 – Посмотрите. – Доктор взял колбу с водой и побрызгал водой на предплечье пришельца без руки. Некоторое время ничего не происходило, и вдруг из предплечья начало вытекать зеленое вещество, медленно формируясь в руку.

 Все были потрясены.

 – Боже мой! Так они мертвы или нет?

 – Это интересный вопрос. Эти тела неживые в нашем понимании, но по нашему определению они и не мертвые. Я бы сказал, что это состояние анабиоза.

 Янус продолжал не отрываясь смотреть на вновь выросшую руку.

 – У многих растений проявляются различные формы разума.

 – Разума?

 – Да. Есть растения, которые меняют внешность, защищая себя. В настоящее время мы проводим удивительные эксперименты в области растительной жизни.

 – Я бы хотел посмотреть эти эксперименты, – сказал Янус.

 – Конечно, буду рад устроить это.

 Громадное зеленое здание лаборатории входило в комплекс правительственных зданий в тридцати милях от Вашингтона. Надпись на его стене гласила: КЛЕНЫ И ПАПОРОТНИКИ ЕЩЕ НЕ ИСПОРЧЕНЫ, НО, БЕЗ СОМНЕНИЯ, ЕСЛИ БЫ ОДНАЖДЫ ОНИ ОБРЕЛИ РАЗУМ, ОНИ ТАКЖЕ СТАЛИ БЫ СКВЕРНОСЛОВИТЬ И БОГОХУЛЬСТВОВАТЬ.

 Ральф Вальдо Эмерсон «Природа», 18З6

 Профессор Рачман, глава всего комплекса, был крохотным человечком, влюбленным в свою профессию.

 – Именно Чарльз Дарвин первым обнаружил у растений способность к мышлению. Лютер Бербанк пошел дальше, пытаясь установить контакт с растениями.

 – Вы действительно верите, что это возможно?

 – Мы знаем, что возможно. Джордж Вашингтон Карвер разговаривал с растениями, и они помогли ему открыть сотни новых веществ. Карвер говорил: «Когда я трогаю цветок, я трогаю бесконечность. Цветы существовали на земле еще задолго до людей и после людей еще будут существовать миллионы лет. Через цветы я беседую с бесконечностью…»

 Янус оглядел громадное здание, внутри которого они стояли. Оно было наполнено растениями и экзотическими цветами, раскрасившими его во все цвета радуги. Воздух был насыщен смесью различных запахов.

 – Все в этом зале является живым, – сказал профессор Рачман. – Эти растения могут чувствовать любовь, ненависть, боль, возбуждение… прямо как животные. Сэр Жагадис Чандра Бозе доказал, что они реагируют на тон голоса.

 – А как можно это доказать? – поинтересовался Янус.

 – Буду рад продемонстрировать вам. – Рачман подошел к столу, заполненному растениями. Рядом со столом стоял полиграф, Рачман взял один из электродов и присоединил его к растению. Стрелка на шкале полиграфа стояла неподвижно. – Смотрите, – сказал профессор.

 Он нагнулся к растению и прошептал:

 – Я считаю тебя очень красивым, ты красивее всех других растений…

 Янус увидел, как стрелка полиграфа слегка двинулась вперед.

 Внезапно профессор закричал:

 – Ты ужасно! Ты погибнешь! Ты слышишь меня? Ты погибнешь!

 Стрелка полиграфа задрожала и резко скакнула.

 – Боже мой, – сказал Янус, – я не могу поверить в это.

 – Сейчас вы видели реакцию растения на крик человеческого существа, – сказал Рачман. – Американские журналы публиковали статьи о подобных экспериментах, но самым интересным был слепой эксперимент, проведенный шестью студентами. Один из них, неизвестный другим, вошел в комнату с двумя растениями, одно из которых было подключено к полиграфу, и уничтожил второе растение. Затем студенты поочередно входили в эту комнату. Пока входили невиновные, полиграф никак не реагировал на это. Но когда в комнате оказался тот студент, который уничтожил растение, стрелка полиграфа моментально среагировала на это.

 – Невероятно.

 – Но факт. Мы также выяснили, что растения реагируют на различную музыку.

 – Различную музыку?

 – Да. Подобный эксперимент был проведен в колледже Темпл Бьюелл в Денвере. Обычные растения были помещены в три разных стеклянных ящика, в одном ящике звучала рок-музыка, в другом – музыка, исполняемая на индийских ситарах, а в третьем музыки не было. Ход эксперимента снимали кинокамеры Си-би-эс. Через две недели растения в ящике с рок-музыкой погибли, в ящике без музыки они росли нормально, а вот в ящике, где звучали мягкие звуки ситар, они дали прекрасные бутоны, тянущиеся к источнику звука. Уолтер Кронкайт продемонстрировал этот фильм в передаче новостей. Если хотите проверить, это было 26 октября 1970 года.

 – Вы хотите сказать, что у растений есть разум?

 – Они дышат, едят, воспроизводятся. Они могут чувствовать боль и защищаться от врагов. Например, некоторые растения используют терпены, чтобы отравить почву вокруг себя и уничтожить конкурентов. Другие растения выделяют алкалоиды, что делает их несъедобными для насекомых. Мы доказали, что растения общаются между собой посредством феромонов.

 – Да, я слышал об этом, – сказал Янус.

 – Некоторые растения являются мясоедами, например кендырь. Некоторые орхидеи издают запах пчел-самок, что привлекает к ним самцов, другие орхидеи похожи на самок ос, что также привлекает к ним самцов для сбора пыльцы. А есть орхидеи, издающие запах тухлого мяса, что заставляет слетаться к ним всех окрестных мух.

 Янус внимательно слушал каждое слово.

 – У розового башмачка имеется верхняя губа, которая закрывается и захватывает севшую пчелу. Единственным выходом для пчелы является узкий проход в задней части цветка, и по пути к своему освобождению пчела собирает пыльцу. На северо-востоке произрастает свыше пяти тысяч видов цветущих растений, и у каждого вида свои особенности. Не может быть сомнений, доказано, что живые растения обладают разумом.

 «И где-то остался потерянный пришелец», – подумал Янус.

Глава 11

День третий. Берн, Швейцария. Среда, 17 октября

 Берн был одним из любимых городов Роберта. Элегантный город с прекрасными памятниками и красивыми старыми каменными домами постройки восемнадцатого века. Столица Швейцарии и один из ее самых процветающих городов. Роберт предполагал, что бернские трамваи были выкрашены в зеленый цвет потому, что такого цвета были деньги. Жители Берна более добродушны и беспечны, чем жители других городов Швейцарии. Передвигались они неторопливо, говорили более медленно и вообще были более спокойными. В прошлом Роберту несколько раз приходилось работать в Берне со швейцарской службой безопасности, штаб-квартира которой располагалась на Вайзенхаузплац. У него там были друзья, которые могли бы помочь ему, но инструкции на этот счет были вполне определенными. Странными, но определенными.

 Роберту понадобилось сделать пятнадцать звонков, чтобы разыскать гараж, в который была отбуксирована машина фотографа. Это был небольшой гараж, расположенный на Фрибургштрассе, и механик Фриц Мандель одновременно являлся его владельцем. Манделю было к пятидесяти, изможденное, прыщавое лицо, худощавое тело и непомерно большой пивной живот. Когда Роберт приехал в гараж, Фриц работал в ремонтной яме.

 – Добрый день, – окликнул его Роберт.

 Мандель поднял голову.

 – Здравствуйте. Чем могу служить?

 – Меня интересует машина, которую вы доставили на буксире в воскресенье.

 – Минутку, я только закончу свою работу.

 Спустя десять минут Мандель выбрался из ямы, вытирая ветошью замасленные руки.

 – Значит, это вы звонили сегодня утром? А что, есть какие-то жалобы по поводу работы? Я не отвечаю за…

 – Нет, – успокоил его Роберт, – никаких жалоб. Я провожу инспекцию, и меня интересует водитель машины.

 – Пройдемте в контору.

 Они зашли в небольшой кабинет, и Мандель открыл шкаф с документами.

 – Вы сказали, в прошлое воскресенье?

 – Совершенно верно.

 Мандель вытащил карточку.

 – А, это был фотограф, который снял нас перед НЛО.

 Роберт почувствовал, что ладони у него стали влажными.

 – Вы видели НЛО?

 – Да, почти потрогал.

 – Вы можете его описать?

 Мандель пожал плечами.

 – Он… он выглядел живым.

 – Простите?

 – Я имею в виду… вокруг него был какой-то свет, а цвет все время менялся. Он выглядел голубым… потом зеленым… не знаю. Очень трудно описать. А внутри там были эти маленькие существа. Не люди, но…

 – Сколько их было?

 – Двое.

 – Они были живы?

 – Мне показалось, что мертвы. – Он нахмурил брови. – Я рад, что вы мне верите, я пытался рассказать об этом своим друзьям, а они подняли меня на смех. Даже жена подумала, что я перепил. Но я-то знаю, что я видел.

 – А что насчет машины, которую вы притащили? – спросил Роберт.

 – Ах да, «рено». Прогорели подшипники и потекло масло. За буксировку автомобиля я взял сто двадцать пять франков, двойной тариф, так как было воскресенье.

 – Водитель расплатился чеком или по кредитной карточке?

 – Я не признаю ни чеков, ни кредитных карточек. Он расплатился наличными.

 – Швейцарскими франками?

 – Фунтами.

 – Вы уверены?

 – Конечно, я помню, что пришлось пересчитывать по курсу.

 – Господин Мандель, а вы случайно не записали номер машины?

 – Конечно, записал, – сказал Мандель и взглянул на карточку. – Автомобиль был взят напрокат в Женеве.

 – Вы не могли бы дать мне номер?

 – Могу, почему бы и нет? – Он написал номер на клочке бумаги и протянул его Роберту. – А в чем вообще дело? Это касается НЛО?

 – Нет, – ответил Роберт самым задушевным тоном, достал бумажник и вытащил оттуда удостоверение. – Я представляю международный автомобильный клуб, мою компанию интересует, как обстоит дело с буксировкой сломавшихся автомобилей.

 – О-о.

 Роберт вышел из гаража и в изумлении подумал: «Похоже, что этот чертов неопознанный объект с двумя мертвыми пришельцами действительно существует». Но почему тогда генерал Хиллиард лгал ему, если понимал, что Роберт все равно обнаружит, что это была летающая тарелка?

 Этому могло быть одно-единственное объяснение, при мысли о котором Роберта охватила внезапная дрожь.

Глава 12

 Громадный космический корабль как бы неподвижно висел в темном пространстве, но на самом деле он перемещался по орбите Земли со скоростью двадцать две тысячи миль в час. На борту его находились шесть пришельцев, которые смотрели на оптический экран трехмерного изображения, расположенный на стеке корабля. По мере вращения Земли они наблюдали на мониторе голографическое изображение того, что находилось внизу, а электронный спектрограф анализировал химический состав появлявшихся изображений. Атмосфера Земли была чрезвычайно загрязнена, громадные заводы отравляли воздух густыми, черными, ядовитыми выбросами, а биологически неразложимые отходы закапывались в землю и сбрасывались в моря.

 Пришельцы видели океаны, когда-то чистые и голубые, а теперь черные от нефти или бурые от нечистот. Кораллы Большого Барьерного рифа обесцветились, рыбы гибли миллионами, на месте лесов Амазонки был громадный пустырь. Приборы космического корабля показывали, что температура Земли повысилась по сравнению с данными последнего обследования, проведенного три года назад. Пришельцы могли наблюдать за войнами, происходящими на планете, которые еще больше вредили атмосфере Земли.

 Переговаривались пришельцы между собой телепатически.

 «У этих землян ничего не изменилось».

 «Очень жаль. Они ничему не научились».

 «Мы их научим».

 «Вы пытались связаться с нашими разведчиками?»

 «Да. Но что-то случилось. Они не отвечают».

 «Надо еще попытаться. Мы должны отыскать их корабль».

 

 Внизу, на Земле, за тысячи футов от орбиты космического корабля, Роберт позвонил генералу Хиллиарду по секретной линии связи. Его немедленно соединили с генералом.

 – Добрый день, коммандер. У вас есть что сообщить?

 «Да, я хочу сообщить тебе, что ты лживый сукин сын», – подумал Роберт, но вслух произнес совсем другое.

 – По поводу этого метеозонда, генерал… похоже, что это был НЛО. – Роберт ждал, какой последует ответ.

 – Да, я знаю. По причинам строгой секретности я не мог сказать вам об этом раньше.

 Некоторое время оба молчали, потом генерал Хиллиард нарушил молчание: – То, что я скажу вам, коммандер, строго секретно. Три года назад наше правительство имело встречу с пришельцами, они приземлились на одной из военно-воздушных баз НАТО. Нам удалось вступить с ними в контакт. Роберт почувствовал, как бешено заколотилось сердце.

 – Что… что они сказали?

 – Что намерены уничтожить нас.

 Роберт не верил своим ушам.

 – Уничтожить нас?

 – Совершенно верно. Они сказали, что вернутся на эту планету, превратят нас в рабов и мы не сможем помешать им. Пока мы действительно не можем, но мы работаем в этом направлении. Вот почему очень важно избежать общественной паники и выиграть время. Надеюсь, теперь вы понимаете, как важно, чтобы свидетели не распространялись об увиденном. Если они начнут болтать и все это выйдет наружу, то это грозит мировой катастрофой.

 – А вы не думаете, что, может быть, лучше подготовить людей и…

 – Послушайте, коммандер, в 1938 году молодой актер по имени Орсон Уэллс прочитал по радио постановку под названием «Война миров» о вторжении на Землю пришельцев. В течение нескольких минут во всех городах Америки началась паника, впавшее в истерику население пыталось убежать от воображаемых захватчиков. Телефонная связь была оборвана, дороги забиты, люди погибали, царил всеобщий хаос. Нет, сначала нам надо подготовиться к встрече пришельцев, а уж потом оповещать об этом население. Мы хотим, чтобы вы разыскали свидетелей ради их же безопасности, и тогда мы сможем держать ситуацию под контролем.

 Роберт почувствовал, что вспотел.

 – Да, я… я понимаю.

 – Вот и хорошо. Надеюсь, вы уже поговорили хоть с одним из свидетелей?

 – Я отыскал двоих.

 – Как их имена?

 – Ганс Бекерман – он водитель туристического автобуса, живет в Каппеле…

 – А второй?

 – Фриц Мандель, владелец гаража в Берне. Он буксировал машину третьего свидетеля.

 – Как его имя?

 – Этого я еще не знаю, как раз сейчас занимаюсь этим. Может быть, мне стоит поговорить с ними, чтобы они не распространялись относительно НЛО?

 – Нет, вам просто надо разыскать всех свидетелей, а после этого с ними будут иметь дело правительственные чиновники их стран. Вы выяснили, сколько всего было свидетелей?

 – Да. Семь пассажиров, водитель, механик и владелец автомобиля.

 – Вы должны их всех отыскать, каждого из этих десяти свидетелей. Вы поняли?

 – Да, генерал.

 Роберт в смятении положил трубку. НЛО был реальностью, пришельцы были врагами. Ужасно.

 Внезапно к Роберту снова вернулась мысль, которая беспокоила его ранее. Генерал Хиллиард дал ему это задание, но не рассказал всего. Что еще они могут скрывать?

 Компания «Авис» по прокату автомобилей находилась в центре Женевы на рю де Лозанн, 44. Роберт стремительно вошел в контору и подошел к женщине за стойкой.

 – Чем могу служить? – спросила она.

 Роберт швырнул на стойку бумажку с номером «рено».

 – На прошлой неделе вы сдали напрокат этот автомобиль. Я хочу знать имя человека, который брал его. – Голос Роберта звучал грозно.

 Женщина даже слегка отступила назад.

 – Прошу прощения, но нам не разрешается давать такую информацию.

 – Что ж, тем хуже для вас, – резко ответил Роберт, – потому что в этом случае я буду вынужден в судебном порядке предъявить большой денежный иск вашей компании.

 – Я не понимаю вас. В чем дело?

 – Я объясню вам, в чем дело, мадам. В прошлое воскресенье эта машина врезалась в мою на дороге, причинив серьезный ущерб. Водитель уехал, прежде чем я попытался задержать его, но мне удалось записать номер машины.

 – Теперь понятно. – Женщина внимательно посмотрела на Роберта. – Простите, пожалуйста. – Она скрылась в задней комнате и через минуту вернулась с книгой записей. – Судя по нашим записям, была поломка двигателя, но ничего не сказано об аварии.

 – Хорошо, значит, теперь я вам сообщаю о ней. И отвечать за это придется вашей компании, будете платить за ремонт моей машины. У меня совершенно новенький «порше», и это будет стоить вам кучу денег…

 – Очень сожалею, сэр, но, поскольку об аварии не было никаких сообщений, мы не несем за это никакой ответственности.

 – Послушайте, – Роберт понизил тон и старался говорить убедительно, – я хочу, чтобы все было по справедливости. У меня нет желания привлекать к ответственности вашу компанию, я просто хочу, чтобы этот человек заплатил за ремонт моей машины. Это было дорожное происшествие, и я мог бы даже обратиться в полицию. Если вы дадите мне имя и адрес этого человека, я смогу обратиться непосредственно к нему, мы решим это дело между собой, и ваша компания не будет иметь к этому никакого отношения. Это справедливо? Женщина соображала некоторое время, потом сказала:

 – Да, мы предпочли бы такой выход. – Она заглянула в книгу, которую держала в руке. – Человека, который брал напрокат этот автомобиль, зовут Лесли Модершед.

 – А адрес?

 – 213, Гроув-роуд, Уайтчепел, Лондон, Ист 3. – Женщина посмотрела на Роберта. – Вы обещаете, что наша компания не будет вовлечена ни в какие судебные разбирательства?

 – Даю слово, – заверил ее Роберт. – Это наше личное дело, мое и Модершеда.

 Коммандер Роберт Беллами ближайшим рейсом самолета улетел из Швейцарии в Лондон.

 Он сидел один в темноте, задумавшись, перебирая в голове все детали плана, чтобы еще раз убедиться, что ничего не упущено. Мысли его были прерваны телефонным звонком.

 – Говорит Янус.

 – Янус, это генерал Хиллиард.

 – Докладывайте.

 – Коммандер Беллами обнаружил первых двух свидетелей.

 – Очень хорошо. Немедленно позаботьтесь о них.

 – Слушаюсь, сэр.

 – Где сейчас коммандер?

 – Отправился в Лондон, очень скоро он обнаружит третьего.

 – Я доложу комитету о его успехах. Держите меня в курсе дела.

 – Понял вас, сэр. Полагаю…

 Но на другом конце уже повесили трубку.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АГЕНТСТВО НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ.

 В ОДНОМ ЭК3ЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 1. ГАНС БЕКЕРМАН – КАППЕЛЬ.

 2. ФРИЦ МАНДЕЛЬ – БЕРН.

 КОНЕЦ.

Глава 13

 Посреди ночи на маленькой ферме в пятнадцати милях от Утендорфа семья Лагенфельдов была потревожена странными событиями. Старший из детей был разбужен мерцающим желтым светом, пробравшимся через окно спальни. Когда он встал, чтобы выяснить, что это такое, свет исчез.

 Во дворе немецкая овчарка Тоззи начала яростно лаять, разбудив при этом старого Лагенфельда. Фермер нехотя выбрался из кровати, чтобы успокоить собаку, и когда вышел на улицу, то услышал, что овцы бьются в стенку загона, пытаясь выбраться из него. Проходя мимо корыта, которое до краев было полно дождевой воды, старик заметил, что воды в нем не осталось ни капли.

 Тоззи с визгом подскочила к старику, Лагенфельд погладил собаку по голове.

 – Все в порядке, малыш, все в порядке.

 И в этот момент во всем доме погас свет. Когда фермер вернулся в дом и снял телефонную трубку, чтобы позвонить по поводу электричества, то обнаружил, что телефон не работает.

 Если бы лампочки еще горели некоторое время, то фермер смог бы увидеть странную красивую женщину, направлявшуюся через его двор в поле.

Глава 14

Штаб-квартира службы безопасности. Женева, Швейцария – 13.00

 Министр сидел в святилище швейцарской службы безопасности и смотрел на заместителя директора, заканчивающего читать телеграмму. Прочитав, он спрятал ее в папку с надписью «совершенно секретно», сунул папку в ящик стола и запер его.

 – Ганс Бекерман и Фриц Мандель.

 – Да.

 – Нет проблем, господин министр. Все будет сделано.

 – Отлично.

 – Когда?

 – Немедленно.

 На следующее утро по пути на работу Ганса Бекермана терзали сомнения: «Надо было заставить этого репортера заплатить за ту штуку, которую я нашел на земле. Эти журналы очень богаты, я мог бы получить за нее, наверное, несколько сотен марок. Тогда я смог бы найти хорошего доктора и залечить свою язву».

 Он проехал Турлер Лейк, когда впереди на обочине дороги увидел голосующую женщину. Бекерман снизил скорость, чтобы получше рассмотреть ее. Она была молода и привлекательна. Ганс подрулил к обочине, и женщина подошла к его машине.

 – Добрый день, – сказал Ганс, – могу я помочь вам? – Рассмотрев ее поближе, он нашел ее еще более привлекательной.

 – Спасибо. – В ее словах чувствовался швейцарский акцент. – Я поссорилась со своим приятелем, и он бросил меня здесь посреди дороги.

 – Ай-яй-яй, это ужасно.

 – Вы не могли бы подвезти меня до Цюриха?

 – Конечно, садитесь.

 Женщина открыла дверцу и уселась рядом с ним.

 – Очень любезно с вашей стороны, – сказала она. – Меня зовут Карен.

 – А меня Ганс. – Он выехал на дорогу.

 – Не знаю, что бы я делала без вас, Ганс.

 – О, я уверен, что кто-нибудь другой подвез бы такую хорошенькую женщину.

 Она подвинулась поближе к нему.

 – Готова поспорить, что он не был бы таким симпатичным, как вы.

 Ганс посмотрел на нее.

 – Да?

 – Я считаю вас очень симпатичным.

 Ганс улыбнулся.

 – Вам бы следовало сказать это моей жене.

 – О, вы женаты. – В голосе женщины почувствовалось разочарование. – Почему симпатичные мужчины всегда женаты?

 Ганс горделиво выпрямился.

 – Сказать по правде, я жалею, что вообще связалась со своим парнем. – Она повернулась на сиденье, и ее юбка задралась почти до бедер. – Я предпочитаю более старших, зрелых мужчин, Ганс. Мне кажется, что они более сексуальны, чем молодые. – Она прижалась к нему. – А вы любите секс, Ганс? Он закашлялся, прочищая горло.

 – Я… Ну, вы знаете… я ведь мужчина…

 – Это я заметила, – сказала женщина и погладила его по бедру. – А знаете, что я вам скажу? Эта ссора с моим парнем пришлась как нельзя кстати. Хотите, чтобы я полюбила вас?

 Ганс не мог поверить в удачу, она была красива и, как он успел заметить, обладала роскошным телом. Ганс сглотнул слюну.

 – Мне бы очень этого хотелось, но я еду на работу и…

 – Это займет у нас всего несколько минут, – улыбнулась она. – Впереди есть проселочная дорога, которая ведет в лес. Почему бы нам не свернуть туда?

 Ганс почувствовал нарастающее возбуждение. «Черт побери, что скажут парни в конторе, когда я расскажу им об этом! Они не поверят».

 – Конечно, почему бы и нет? – Ганс свернул с шоссе на небольшую грязную проселочную дорогу, ведущую в рощу. На дороге не было никаких машин.

 Женщина медленно положила руки ему на бедра.

 – Боже, какие у тебя сильные ноги.

 – В молодости я занимался бегом, – пояснил Бекерман.

 – Снимай брюки. – Она расстегнула ремень и помогла ему спустить брюки, плоть у Ганса восстала.

 – Ох, какой большой! – Женщина погладила его член. – Хочешь, я его поцелую?

 – Да, – простонал Ганс. Его жена никогда не позволяла себе этого.

 – Сейчас, только расслабься.

 Бекерман вздохнул и закрыл глаза, мягкая рука женщины гладила его член. Внезапно он почувствовал укол в бедро и открыл глаза.

 – Что…

 Тело Ганса обмякло, глаза вылезли из орбит, он задыхался. Женщина наблюдала, как Бекерман наклонился вперед и упал на руль. Она вылезла из машины, перетащила тело Ганса на пассажирское сиденье, сама уселась за руль и по проселочной дороге снова выехала на трассу. Остановив машину возле крутого обрыва, она дождалась, пока на шоссе не будет других машин, затем нажала на педаль газа и выпрыгнула из машины, когда та тронулась с места. Женщина стояла и смотрела, как она, переворачиваясь, летит вниз. Через пять минут возле нее остановился черный лимузин.

 – Все в порядке?

 – Конечно.

 Фриц Мандель сидел в своей конторе и уже готовился закрывать гараж, когда к нему вошли двое мужчин.

 – Извините, – сказал он, – но я уже закрываю и не могу…

 Один из мужчин оборвал его.

 – Наша машина сломалась на дороге. Нам нужен тягач.

 – Меня ждет жена, у нас сегодня гости. Я могу дать вам адрес другого гаража…

 – Мы заплатим двести долларов, потому что спешим.

 – Двести долларов?

 – Да. Но наша машина здорово помята, и мы хотим, чтобы вы занялись ею. Это принесет вам еще двести, а то и триста долларов.

 Манделя начало интересовать это предложение.

 – Серьезно?

 – У нас «роллс-ройс», – сказал один из мужчин. – Давайте посмотрим, какое тут у вас оборудование. – Они вышли в ремонтный цех и остановились у края смотровой ямы. – Очень хорошее оборудование.

 – Да, господа, – гордо заметил Мандель. – У меня лучшее оборудование. Один из незнакомцев вытащил бумажник.

 – Вот, я могу дать вам задаток. – Он вытащил из бумажника несколько банкнот и протянул их Манделю, но в этот момент бумажник выскользнул у него из рук и упал в яму. – Черт побери!

 – Не беспокойтесь, – сказал Мандель, – я сейчас его достану.

 Мандель спустился в яму, и тогда один из мужчин подошел к пульту управления гидравлическим домкратом и нажал кнопку. Платформа домкрата начала опускаться.

 Мандель задрал голову и посмотрел вверх.

 – Осторожно! Что вы делаете!

 Он попытался выбраться через край, но, как только его пальцы ухватились за край ямы, второй мужчина с силой ударил по ним ногой, ломая их. Мандель с криком рухнул в яму, платформа продолжала надвигаться на него.

 – Выпустите меня! – закричал Мандель.

 Платформа ударила его по плечам и начала вдавливать в цементный пол. Через несколько минут, когда ужасный крик Манделя стих, один из мужчин нажал кнопку, и платформа поднялась над ямой. Его спутник спустился вниз и поднял свой бумажник, стараясь не запачкать одежду кровью. Оба вернулись к машине и скрылись в ночи.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 СЛУЖБА БЕ3ОПАСНОСТИ 3АМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 1. ГАНС БЕКЕРМАН – УНИЧТОЖЕН.

 2. ФРИЦ МАНДЕЛЬ – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

 

Оттава, Канада – 24.00

 Янус обращался к группе мужчин из двенадцати человек.

 – Начало положено. Двое свидетелей уже замолчали навеки. Коммандер Беллами вот-вот отыщет третьего.

 – Есть ли успехи в создании нового вооружения? – (Итальянец. Импульсивный, капризный.) – Еще нет, но мы уверены, что оружие для звездных войн будет скоро создано.

 – Надо сделать все возможное, чтобы приблизить этот момент. Если все упирается в деньги… – (Араб. Загадочный, замкнутый.) – Нет, нужны просто дополнительные испытания.

 – Когда состоятся следующие испытания? – (Австралиец. Энергичный, умный.) – Через неделю. А мы с вами встретимся здесь через сорок восемь часов.

Глава 15

День четвертый. Лондон, Великобритания. Четверг, 18 октября

 Образцом для подражания Лесли Модершеду служил Робин Лич. Лесли всегда с жадностью смотрел его передачу «Стиль жизни богатых и знаменитостей», внимательно наблюдая за тем, как ходили, разговаривали, одевались гости Робина Лича, потому что Модершед верил, что в один прекрасный день тоже появится в этой программе. Еще с детских лет Лесли чувствовал, что ему предстоит стать богатым и знаменитым.

 – Ты необычный ребенок, – говорила ему мать, – и ты будешь известен на весь мир.

 Каждый раз, когда маленький Лесли ложился спать, эта фраза звучала у него в ушах, и он действительно поверил в это. С возрастом Модершед понял, что здесь существует некоторая проблема: на самом деле он не знал, каким образом стать богатым и знаменитым. Какое-то время он был одержим мечтой стать кинозвездой, но для этого он был необычайно застенчивым. Тогда он решил стать знаменитым футболистом, но для этого у него не было атлетических данных. Он подумывал о том, чтобы стать знаменитым ученым или адвокатом, зарабатывающим громадные гонорары. К сожалению, в школе мальчик учился посредственно и после окончания школы ничуть не приблизился к славе. Жизнь была несправедлива к нему. Внешне Лесли был непредставительным: худой, болезненного вида, небольшого роста – пять с половиной футов и полдюйма. Модершеда всегда раздражали эти полдюйма. Он успокаивал себя тем, что многие знаменитые люди были небольшого роста: Дадли Мур, Дастин Хофман, Питер Фолк…

 Единственное, чем Лесли действительно интересовался, так это фотографией. Делать снимки было очень просто, с этим мог справиться любой, надо было только нажимать на кнопку. Мать подарила ему фотоаппарат на день рождения, когда сыну исполнилось шесть лет, и восторгалась его снимками.

 Будучи уже подростком, Лесли внушил себе, что является великолепным фотографом, таким, как Ансель Адамс, Ричард Аведон или Маргарет Бурке-Уайт. Одолжив денег у матери, Лесли Модершед открыл собственную фотомастерскую в своей квартире в Уайтчепеле.

 – Начинай с малого, – сказала ему мать, – но думай о большом.

 Модершед так и делал. Он начал с очень малого, думал об очень большом, но, к несчастью, у него не было таланта к фотографии. Он снимал парады, животных, цветы и настойчиво отправлял свои фотографии в газеты и журналы, но их всегда возвращали обратно. Модершед утешал себя мыслью, что всех гениев поначалу не признавали, и считал себя мучеником, непонятым мещанами.

 И вдруг, словно с небес, на него свалилась большая удача. Двоюродный брат матери, работавший в английской рекламно-издательской фирме, сообщил Модершеду, что они планируют выпустить подарочное издание альбома о Швейцарии.

 – Они еще не подобрали фотографии, Лесли, так что, если ты прямо сейчас отправишься в Швейцарию и вернешься с фотографиями, этот альбом будет твой.

 Лесли Модершед быстро упаковал аппаратуру и отправился в Швейцарию. Он знал, он действительно знал, что это его шанс, которого он дожидался. Наконец-то эти идиоты поймут, что он талантлив. В Женеве Лесли взял напрокат автомобиль и стал разъезжать по стране, делая снимки швейцарских домиков, водопадов, покрытых снегом вершин. Он снимал восходы и закаты солнца, фермеров, работающих в полях, и в одной из поездок судьба круто повернула его жизнь. Он возвращался на машине в Берн, когда сломался двигатель. Модершед в ярости откатил автомобиль на обочину. «Ну почему это случилось со мной?» – простонал Модершед. – «Почему такие вещи всегда случаются именно со мной?» Он сидел и размышлял о том, сколько потеряет времени и во сколько обойдется буксировка машины. Позади, в пятнадцати километрах, находилась деревня Тан. «Надо вызвать буксир оттуда», – подумал Лесли, – «это будет стоить не так дорого».

 Он остановил проезжавший мимо бензозаправщик.

 – Мне нужна помощь, – объяснил Модершед. – Вы не могли бы заехать в гараж в Тане и прислать за мной буксир?

 Водитель заправщика покачал головой.

 – Сегодня воскресенье, господин, ближайший работающий гараж только в Берне.

 – В Берне? Но это пятьдесят километров отсюда. Это будет стоить мне кучу денег.

 Водитель усмехнулся.

 – Да. Вам придется заплатить по воскресному тарифу. – Он тронул свою машину.

 – Подождите. – Дальнейшие слова дались Лесли с трудом. – Я… я оплачу тягач из Берна.

 – Хорошо, я передам.

 Лесли Модершед сидел в сломанном автомобиле и ругался про себя. «Только этого мне не хватало», – с горечью подумал он. Он уже истратил очень много денег на пленку, а теперь еще придется платить этим грабителям за буксировку автомобиля. Машина прибыла почти через два часа. Когда механик начал цеплять трос, на другой стороне дороги Лесли увидел яркую вспышку, сопровождавшуюся громким взрывом, а затем с небес свалился какой-то яркий предмет. На дороге был еще только туристический автобус, остановившийся позади его машины. Пассажиры автобуса поспешили к месту катастрофы, а Модершед замялся, раздираемый желанием и посмотреть, что случилось, и побыстрее уехать. Любопытство взяло верх, и он последовал через дорогу за пассажирами автобуса. Когда они подбежали к месту катастрофы, Лесли остолбенел. «Святой Боже», – подумал он, – «этого не может быть». Он в изумлении уставился на летающую тарелку. Лесли Модершеду приходилось слышать и читать о летающих тарелках, но он никогда не верил в их существование. А теперь он смотрел на нее, застыв в благоговейном страхе. Корпус тарелки раскололся от удара, и Лесли мог видеть внутри два тела – маленьких, с большими черепами, впалыми глазами, без ушей, почти без подбородков, одетых в какие-то костюмы из серебристого материала. Туристы из автобуса молча стояли рядом и с ужасом рассматривали представшую перед ними картину. Человек, стоявший рядом с Лесли, почувствовал слабость, другого стошнило. Пожилой священник перебирал четки и шептал молитвы.

 – Боже мой, – сказал кто-то, – это летающая тарелка!

 И в этот момент Модершеда осенило – удача сама свалилась к нему в руки. Он, Лесли Модершед, может сделать исторический снимок века! Ни один журнал, ни одна газета в мире не откажутся от такой фотографии! Альбом о Швейцарии? Он чуть не рассмеялся от этой мысли. Он может изумить весь мир, его будут снимать во всех телевизионных шоу, но прежде всего, конечно, он выступит в программе Робина Лича. Он продаст свои фотографии лондонской «Таймс», «Сан», «Мейл», «Миррор» – всем английским газетам, а еще иностранным газетам и журналам: «Фигаро», «Пари-Матч», «Оджи», «Дер таг», «Тайм», «Ю-Эс-Эй тудей». Пресса всего мира будет просить его фотографии: Япония и Южная Америка, Россия и Китай – и это еще не все. Сердце Модершеда заколотилось от возбуждения. «Исключительное право я не продам никому, все будут платить мне по отдельности. Я начну со ста тысяч фунтов за фотографию, а может быть, и с двухсот тысяч. Я буду продавать их снова и снова». Он уже начал подсчитывать в уме деньги, которые сможет получить за это.

 Он так занялся подсчетом денег, что чуть не забыл сделать фотографии. – О Боже! – воскликнул он и бросился через дорогу к машине за фотоаппаратом.

 Механик уже закончил свою работу и готов был буксировать неисправный автомобиль.

 – Что там такое? – спросил он.

 Модершед был слишком занят своей аппаратурой.

 – Пойдемте, и сами увидите.

 Они пересекли дорогу, подошли к роще, и Модершед протиснулся сквозь группу туристов.

 – Простите меня, извините.

 Настроив фотоаппарат, Модершед принялся снимать НЛО и его неземных пассажиров, снимки он делал на черно-белую пленку и на цветную. С каждым щелчком затвора Модершед думал: «Миллион фунтов… еще миллион фунтов… еще миллион».

 Священник перекрестился и сказал:

 – Это лик Сатаны.

 «Сатаны, как же», – с торжеством подумал Модершед. – «Это лик денег. Это будут первые фотографии, подтверждающие реальное существование летающих тарелок». И вдруг, внезапно его охватил страх. «А что, если журналы и газеты подумают, что эти фотографии фальшивка? Ведь так много фальшивых фотографий НЛО». Его эйфория моментально улетучилась. «Что, если они не поверят мне?» Тогда Лесли Модершед решил предпринять следующий шаг. Возле него стояли еще девять свидетелей, и только они могли подтвердить подлинность его фотографий.

 Он обернулся к присутствующим.

 – Дамы и господа, – крикнул он, – если вы желаете сфотографироваться на фоне НЛО, то становитесь сюда, а я бесплатно вышлю каждому из вас фотографию.

 Всех захватила эта идея, и через несколько секунд все пассажиры автобуса, за исключением священника, стояли перед обломками летающей тарелки.

 Священник был неумолим.

 – Я не могу, – говорил он, – это происки дьявола.

 Но Модершеду был необходим священник, он мог стать самым убедительным свидетелем.

 – Так ведь в этом все и дело, – убеждал его Модершед. – Неужели не понимаете? Ведь это и будет служить вам доказательством существования дьявола.

 И священник наконец согласился.

 – Расступитесь немного, – велел Модершед, – чтобы было видно тарелку. Пассажиры выполнили его указание.

 – Вот так, очень хорошо. Отлично. А теперь замрите.

 Он сделал более дюжины снимков, потом достал бумагу и карандаш.

 – Если вы запишете мне ваши имена и адреса, то получите фотографии.

 На самом деле он не собирался высылать фотографии, ему просто нужны были подлинные свидетели. «Пусть только эти чертовы газеты и журналы попробуют усомниться».

 И вдруг он заметил, что у некоторых пассажиров есть собственные фотоаппараты. Он не мог допустить, чтобы появились другие фотографии, кроме его. Только его достоверные фотографии должны существовать, только фотографии Лесли Модершеда.

 – Простите, – обратился он к пассажирам. – Те, у кого есть свои фотоаппараты, могут дать их мне, и я сделаю несколько снимков вашими фотоаппаратами, и эти снимки останутся у вас.

 Все быстро передали ему свои фотоаппараты, и никто из пассажиров не заметил, что во время съемок Лесли Модершед приоткрывал заднюю крышку фотоаппаратов, засвечивая пленку.

 «Яркое солнце поможет тому, чтобы эти фотографии не появились на свет», – думал Модершед. – «Очень жаль, друзья, но запечатлевать исторические моменты позволено только профессионалам».

 Через минуту у Модершеда были имена и адреса присутствующих. Он бросил последний взгляд на летающую тарелку и подумал в возбуждении: «Мама права. Я стану богатым и знаменитым».

 Он не мог дождаться, когда вернется в Лондон и проявит пленку.

 – Черт побери, что происходит?

 Каждый вечер в полицейском участке Утендорфа раздавались телефонные звонки.

 – Кто-то бродит вокруг моего дома…

 – Какой-то странный свет на улице…

 – Мои домашние животные взбесились, наверное, в окрестностях бродят волки…

 – Куда-то делась вся моя вода…

 И наконец раздался самый странный звонок.

 – Шеф, вам следует послать побольше тягачей на трассу. Какой-то кошмар, все движение остановилось.

 – Как? Почему?

 – Никто не знает. Просто внезапно заглохли двигатели у всех машин.

 Эту ночь невозможно было забыть.

Глава 16

 «Интересно, сколько времени займет мое задание?» – подумал Роберт, усаживаясь в кресло и пристегивая привязные ремни в салоне первого класса швейцарского рейса. Заработали двигатели, и самолет начал выруливать на взлетную полосу. Роберт расслабился и закрыл глаза. «Неужели всего несколько лет назад мы с Сюзан летели этим рейсом в Лондон? Нет, это было целую вечность назад».

 Самолет приземлился в аэропорту Хитроу точно по расписанию, в половине седьмого вечера. Взяв такси, Роберт направился в город, проезжая мимо сотни знакомых мест, и ему слышался голос Сюзан, восхищавшейся этими местами. В те золотые дни не имело значения, где они были, главное, что они вместе. Они были женаты, счастливы и наслаждались друг другом. Проблемы возникли довольно неожиданно, и их принес телефонный звонок адмирала Уиттакера, когда Роберт и Сюзан путешествовали по Таиланду. Прошло шесть месяцев с момента увольнения Роберта из ВМС, и все эти шесть месяцев он не общался с адмиралом. 3вонок застал их в отеле «Ориентал» в Бангкоке.

 – Роберт? Это адмирал Уиттакер.

 – Адмирал! Рад вас слышать.

 – Довольно сложно было отыскать тебя. Чем ты занимаешься?

 – Ничем. Отдыхаю и наслаждаюсь медовым месяцем.

 – А как Сюзан? Я надеюсь, ты с ней?

 – Да. У нее все хорошо, спасибо.

 – Когда ты вернешься в Вашингтон?

 – Простите?

 – Об этом еще не объявлено, Роберт, но я получил новое назначение. Меня назначили заместителем начальника управления военно-морской разведки 17-го округа. Я хотел бы, чтобы ты служил у меня.

 Роберт был ошеломлен.

 – Военно-морская разведка? Адмирал, я ничего в этом не понимаю…

 – Научишься. Ты будешь делать важное дело для своей страны, Роберт. Может быть,

 ты приедешь, и мы обсудим это?

 – Ладно…

 – Отлично. Я жду тебя у себя в кабинете в понедельник в девять утра. Передай от меня привет Сюзан.

 Роберт передал жене весь разговор.

 – Военно-морская разведка? Звучит внушительно.

 – Возможно, – неуверенно согласился Роберт, – но я не знаю толком, чем там занимаются.

 – Надо выяснить.

 Роберт внимательно посмотрел на Сюзан.

 – Ты хочешь, чтобы я принял предложение, так?

 Сюзан обняла его.

 – Я хочу, чтобы ты занимался тем, чем сам хочешь. Ты уже готов вернуться к работе. Я заметила, что в последние недели ты стал нервничать. – Я думаю, что ты просто решила избавиться от меня, – поддразнил ее Роберт. – Медовый месяц закончился.

 Сюзан приблизила свои губы к его губам.

 – Никогда. Разве я не говорила тебе, морячок, что я без ума от тебя? Давай я покажу тебе…

 Вспоминая об этом позже, гораздо позже, Роберт решил, что этот момент и был концом их брака. Но в то время предложение показалось ему очень заманчивым, и он отправился в Вашингтон на встречу с адмиралом Уиттакером. – Эта работа требует ума, наблюдательности и смелости, Роберт. Ты обладаешь всеми этими качествами. Наша страна превратилась в мишень для каждого хвастливого диктатора, который может организовать террористическую группу или построить завод по производству химического оружия. Сейчас есть страны, где работают над созданием атомного оружия, с помощью которого они смогут шантажировать нас. В мою задачу входит создание разведывательной сети, способной выявлять их намерения и останавливать их. Я хочу, чтобы ты помогал мне.

 В конце концов Роберт согласился работать в военно-морской разведке и, к своему удивлению, обнаружил, что у него есть способности к этой работе и сама работа ему нравится. Сюзан нашла хорошую квартиру в Росслине, штат Виргиния, недалеко от работы Роберта, и была занята ее обустройством. А Роберта отправили на Ферму – тренировочный центр ЦРУ для подготовки секретных агентов.

 Ферма располагалась в штате Виргиния, в тщательно охраняемых казармах, занимая территорию в двадцать квадратных миль. Большая часть центра находилась в сосновом лесу, а главное здание стояло на поляне в двух милях от центральных ворот. Лесные тропинки были перекрыты раздвижными воротами с табличками «Нет входа». С небольшого аэродрома несколько раз в день взлетали и на него приземлялись самолеты без опознавательных знаков. На территории Фермы располагались обманчивые на вид сельские постройки, в полях бегали олени, повсюду были разбросаны маленькие домики, внутри которых был совсем другой мир.

 Роберт думал, что будет тренироваться с другими морскими офицерами, но, к его удивлению, контингент курсов был смешанным – агенты ЦРУ, морские пехотинцы, офицеры армии, ВМС и ВВС. Каждому слушателю курсов присваивался номер, и они размещались в комнатах двухэтажных кирпичных домиков спартанского вида. В квартале для старших офицеров, где жил Роберт, у каждого слушателя была отдельная комната и душевая на две комнаты, столовая располагалась через дорогу.

 В день прибытия Роберта проводили в аудиторию, в которой собралось тридцать новичков. Перед присутствующими выступил высокий, мощный полковник-негр в форме ВВС. Ему было за пятьдесят, и он производил впечатление сообразительного, трезвомыслящего человека. Говорил полковник четко, без лишних слов.

 – Я – полковник Фрэнк Джонсон. Поздравляю вас с прибытием в наш центр. Во время обучения вас будут называть только по именам, с этого момента ваша деятельность будет засекречена, и вы все дадите подписку о неразглашении. Советую отнестись к этому очень серьезно. Вы никогда не должны говорить о своей работе ни с кем: ни с женами, ни с родственниками, ни с друзьями. Вас отобрали и прислали сюда, потому что каждый из вас обладает определенной квалификацией, но вам предстоит напряженная работа для совершенствования этой квалификации. Возможно, что не каждый справится с этим. Вам предстоит участвовать в делах, о которых вы раньше никогда не слышали, не могу даже объяснить вам всей важности работы, ожидающей вас после окончания обучения. В определенных либеральных кругах сейчас стало модным ругать наши разведывательные службы: ЦРУ, армейскую разведку, военно-морскую разведку и разведку ВВС, но могу заверить вас, джентльмены, что без преданных людей, каковыми вы являетесь, наша страна может оказаться перед лицом серьезных неприятностей. Ваша работа и будет заключаться в том, чтобы предотвращать эти неприятности. Те из вас, кто успешно пройдет курс обучения, станут офицерами разведки, а откровенно говоря, шпионами, работающими под прикрытием.

 За время пребывания здесь вы получите лучшую в мире подготовку, вас будут обучать слежке и контрнаблюдению, радиоделу, топографии, вы будете изучать все виды вооружений.

 Еще вы будете изучать психологию, вас научат устанавливать контакты с людьми.

 Аудитория ловила каждое его слово.

 – Вас научат, как знакомиться с нужными людьми и вербовать агентов, как проверять безопасность мест встречи с ними.

 Вы узнаете, как пользоваться «почтовыми ящиками», как поддерживать связь с вашими агентами. И если вы успешно усвоите все это, то сможете выполнять задания и не засветиться.

 Роберт чувствовал, что в воздухе царит всеобщее возбуждение.

 – Некоторым из вас придется работать под официальной «крышей», это может быть дипломатическая служба. Другим придется действовать без прикрытия, нелегально, под видом бизнесменов, археологов или писателей – людей любой профессии, обеспечивающей вам доступ к людям, которые могут владеть интересующей вас информацией. А теперь я хочу представить вас инструкторам. Желаю удачи.

 Процесс подготовки понравился Роберту. Инструкторы были опытными профессионалами-оперативниками. Техническая информация давалась Роберту легко. Кроме предметов, упомянутых полковником Джонсоном, в обучение входили также курсы иностранных языков и криптографии.

 Полковник Джонсон был загадкой для Роберта. Ходили слухи, что у него были прочные связи в Белом доме и он вращался в высоких сферах. Иногда он на несколько дней исчезал с Фермы и так же внезапно снова появлялся.

 3анятие вел инструктор по имени Рон.

 – Существует шесть фаз нелегальной оперативной деятельности. Первая фаза – выбор объекта. Когда вы знаете, какая вам требуется информация, первым делом следует наметить человека, имеющего доступ к этой информации. Вторая фаза – оценка. Раз уж вы наметили объект, то вам следует решить, действительно ли он владеет нужной вам информацией и возможна ли его вербовка. Каковы могут быть мотивы вербовки? Доволен ли он своей работой? Может, у него зуб на своего начальника? А может, финансовые трудности? Если объект перспективен и существует мотив для вербовки, вы можете переходить к третьей фазе.

 Третья фаза – подготовка к вербовке. Вы вступаете в контакт с объектом, стараетесь как можно чаще встречаться с ним, устанавливая между вами доверительные отношения. Следующая фаза – вербовка. Когда вы решаете, что объект готов к ней, вы обрабатываете его психологически, используя при этом весь арсенал психологического оружия, имеющегося в вашем распоряжении, – месть его начальнику, деньги и так далее. Если вы все сделали правильно, объект обычно идет на вербовку.

 Теперь вы имеете шпиона, работающего на вас. Следующим шагом является сохранение вашего агента. Вы должны оберегать не только себя, но и его. Вам следует организовывать тайные встречи, обучать его работать с микропленкой, а при необходимости и со средствами радиосвязи. Необходимо научить его обнаруживать слежку, что довольно сложно, и так далее.

 И последняя фаза – прекращение связи с агентом. Возможно, что через некоторое время вашего агента переведут на другую работу и он потеряет доступ к интересующей вас информации или вам самому уже будет не нужна его информация. В любом случае ваша связь должна прекратиться, но при этом очень важно, чтобы агент остался в уверенности, что его деятельность не будет раскрыта и ему не будет угрожать возмездие…

 Полковник Джонсон оказался прав: не все слушатели смогли закончить курс обучения. Исчезло несколько знакомых лиц, никто не знал почему, но никто и не задавал подобных вопросов.

 В один из дней, когда группа готовилась к поездке в Ричмонд для занятий по наружному наблюдению, инструктор сказал Роберту:

 – Я собираюсь установить за вами слежку и хочу, чтобы вы избавились от хвоста. Как вы думаете, сумеете?

 – Да, сэр.

 – Желаю удачи.

 Роберт приехал в Ричмонд на автобусе и принялся гулять по улицам. Через пять минут он уже вычислил своих преследователей. Их было двое: один шел за Робертом, другой следил за ним из автомобиля. Роберт стал заходить в рестораны и магазины и быстро выходить через черный ход, однако таким образом ему не удалось оторваться. Его противники были здорово подготовлены. Уже пора было возвращаться на Ферму, а Роберт все еще не оторвался от хвоста, преследователи следовали буквально по пятам. Роберт вошел в универмаг, а они заняли такую позицию, что им были видны все входы и выходы. Роберт поднялся на эскалаторе в отдел мужской одежды, а через тридцать минут спустился вниз, одетый в другой костюм, пальто и шляпу. Он шел рядом с женщиной, держа на руках ее ребенка, и разговаривал с ней. Из магазина он вышел незамеченным.

 В этот день он был единственным, кому удалось благополучно оторваться от слежки.

 Жаргон, которому их обучали на Ферме, представлял собой язык профессионалов.

 – Возможно, что вам и не придется пользоваться этими выражениями, – сказал инструктор, обращаясь к аудитории, – но лучше знать их. Существует два различных вида агентов: «влиятельный агент» и «агент-провокатор». «Влиятельный агент» старается изменить ситуацию в стране, где он работает, а «агент-провокатор» засылается в страну с целью вызвать беспорядки и хаос. «Биографический рычаг» на языке ЦРУ означает шантаж, есть еще понятие «работа с черными ящиками», которое означает все – от подкупа до краж со взломом. Уотергейт – типичный пример «работы с черными ящиками». Инструктор оглядел аудиторию и убедился, что все внимательно слушают его.

 – Время от времени вам будет необходима помощь «сапожника» – это человек, который изготавливает поддельные паспорта.

 Роберт подумал о том, придется ли ему когда-нибудь воспользоваться услугами «сапожника».

 – Выражение «максимальное понижение в должности» довольно неприятно, оно означает ликвидацию с помощью убийства, то же самое означает выражение «завершение». Если вы услышите, что кто-то говорит о «фирме», то знайте, что это обозначение мы используем для секретной службы Великобритании. Если вам предложат «продезинфицировать» кабинет, то ищите не насекомых, а подслушивающие устройства.

 Новые выражения все больше изумляли Роберта.

 – «Леди» – это женщины, предназначенные для компрометации объекта, «легенда» – фальшивая биография, обеспечивающая прикрытие. «Стать рядовым» означает уйти со службы.

 Инструктор оглядел присутствующих.

 – 3нает ли кто-нибудь из вас, что означает понятие «укротитель львов»?

 Он подождал немного, но ответа так и не дождался.

 – Когда агента увольняют, он иногда проявляет недовольство и может проболтаться о том, что ему известно. Тогда вызывают «укротителя львов», чтобы он успокоил его. Уверен, что никому из вас не придется иметь дело с «укротителем львов».

 Среди слушателей раздался нервный смех.

 – Существует еще термин «корь». Если объект умирает от кори, это означает, что убийство было выполнено так мастерски, что похоже на несчастный случай или вполне естественную смерть. Один из способов «заражения корью» – использование табуна. Это бесцветная или коричневатая жидкость, вызывающая нервный паралич при попадании на кожу. Если кто-то предложит вам «музыкальный ящик», значит, он предлагает вам передатчик. Радиста называют «музыкантом». В будущем некоторым из вас придется действовать «голыми». Не спешите тогда снять одежду, это просто означает, что вы будете работать в одиночку, без всяких помощников.

 Сегодня я хотел бы обсудить с вами еще одну вещь – случайное совпадение. В нашей работе его не бывает, обычно такое совпадение означает опасность. Если вам несколько раз попадается один и тот же человек или автомобиль, то лучше спасайте свою задницу. Возможно, что вы влипли.

 Я думаю, что на сегодня достаточно, джентльмены, завтра мы с вами продолжим занятия.

 Время от времени полковник Джонсон приглашал Роберта к себе в кабинет «поболтать», как он называл это. Беседы носили самый отвлеченный характер, но Роберт не сомневался, что его прощупывали.

 – Я слышал, что вы счастливый супруг, Роберт.

 – Да, так оно и есть.

 Следующие полчаса они говорили о семейной жизни, верности и доверии. В другой раз беседа носила такое содержание:

 – Адмирал Уиттакер считает вас своим сыном, Роберт. Вы знаете об этом?

 – Да. – Боль утраты Эдварда никогда не проходила.

 Они стали говорить о верности, долге и смерти.

 – Вы не раз смотрели смерти в лицо, Роберт. Вы боитесь умереть?

 – Нет. «Но умереть ради чего-то», – подумал Роберт, – «а не бессмысленно».

 Эти беседы раздражали Роберта, потому что напоминали ему зеркало фокусника. Полковник Джонсон мог ясно видеть его, но сам оставался при этом невидимым, таинственным и загадочным.

 Курс обучения продолжался шестнадцать недель, и все это время никому из слушателей не позволялось общаться с внешним миром. Роберт ужасно скучал по Сюзан, они впервые расстались на такой долгий срок. По окончании этих четырех месяцев полковник Джонсон вызвал Роберта к себе в кабинет.

 – До свидания. Вы отлично поработали, коммандер. Мне кажется, вас ожидает интересное будущее.

 – Благодарю вас, сэр. Надеюсь, что так.

 – Желаю удачи.

 Проводив Роберта взглядом, полковник Джонсон еще минут пять сидел без движения, потом наконец принял решение, подошел к двери, запер ее и позвонил по телефону.

 Сюзан поджидала его. Дверь в квартиру была незаперта, а на Сюзан был прозрачный пеньюар, который ничего не скрывал. Она кинулась в объятия Роберта и крепко прижалась к нему.

 – Привет, морячок. Хочешь хорошо провести время?

 – Я его и так хорошо провожу, – ответил Роберт счастливым голосом. – Вот, обнимаю тебя.

 – Боже, как я скучала без тебя. – Сюзан вырвалась из его объятий и сердито добавила: – Если с тобой что-нибудь случится, то я умру.

 – Со мной ничего не случится.

 – Обещаешь?

 – Обещаю.

 Сюзан озабоченно посмотрела на него.

 – Ты выглядишь таким усталым.

 – Курс обучения был очень интенсивным, – признался Роберт.

 Это действительно так и было. Наряду с изучением различных руководств и инструкций слушателям приходилось постоянно выполнять практические задания, а спать им удавалось лишь по нескольку часов в сутки. Но они не жаловались по одной простой причине – все они понимали, что приобретенные сейчас знания могут когда-нибудь спасти им жизнь.

 – Я точно знаю, что тебе нужно, – сказала Сюзан.

 Роберт усмехнулся.

 – Я тоже. – Он потянулся к жене.

 – Подожди, дай мне пять минут. Раздевайся пока.

 Роберт проводил ее взглядом и подумал: «Черт побери, каким счастливым может быть человек». Он начал раздеваться.

 Сюзан вернулась через несколько минут.

 – Хм, ты мне нравишься голый, – мягко сказала она.

 В ушах Роберта зазвучал голос инструктора: «Некоторым из вас придется действовать „голыми“. Это просто означает, что вы будете работать в одиночку, без всяких помощников». При чем здесь это? При чем здесь Сюзан? Она проводила его в ванную. Ванна была наполнена теплой ароматной водой, язычки пламени четырех свечей плясали на кафеле.

 – Добро пожаловать домой, дорогой. – Сюзан скинула пеньюар и шагнула в ванну. Роберт последовал за ней.

 – Сюзан…

 – Не говори ничего, иди ко мне.

 Роберт почувствовал, как ее руки нежно гладят его плечи и спину, почувствовал ее мягкое, податливое тело и разом забыл об усталости. Они любили друг друга в теплой воде, а потом, когда вылезли из ванны и стали вытираться, Сюзан сказала:

 – Мы с тобой дурачимся как ненормальные, надо быть серьезнее.

 И они снова любили друг друга, а потом, когда Роберт засыпал, сжимая Сюзан в объятиях, он подумал: «Так будет всегда. Всегда».

Глава 17

 Утром в следующий понедельник Роберт приступил к службе в Управлении военно-морской разведки 17-го округа в Пентагоне.

 Адмирал Уиттакер сердечно встретил его.

 – Добро пожаловать домой, Роберт. Черт побери, ты произвел прекрасное впечатление на полковника Джонсона.

 Роберт улыбнулся.

 – Он и сам производит впечатление.

 За кофе адмирал поинтересовался:

 – Ты готов приступить к работе?

 – Горю желанием.

 – Отлично. В Родезии сложилась следующая ситуация…

 Работа в военно-морской разведке была даже более интересной, чем предполагал Роберт. Задания все были разными, а Роберту поручали самые тонкие операции. Он завербовал агента, который рассказал об операциях Норьеги по контрабанде наркотиков из Панамы, разоблачил изменника, работавшего на Маркоса в американском консульстве в Маниле, помогал устанавливать тайные средства подслушивания в Марокко. Его посылали с заданиями в Южную Америку и Восточную Индию. Единственное, что беспокоило его, так это долгие разлуки с Сюзан. Роберт терпеть не мог уезжать от нее, а уезжая, страшно скучал. Но у него хотя бы была работа, которая увлекала его, а у Сюзан не было ничего. Заданий становилось все больше, он все меньше и меньше времени проводил дома, и вот тогда-то проблема с женой приобрела серьезный характер.

 Когда Роберт возвращался домой, они с Сюзан бросались друг другу в объятия и исступленно занимались любовью, но такие моменты случались все реже и реже. Сюзан казалось, что не успевает Роберт вернуться после очередного задания, как тут же отправляется выполнять новое.

 А еще хуже было то, что Роберт не мог обсуждать с ней свою работу. Сюзан совершенно не представляла себе, где он бывает и чем занимается, а знала только, что его работа связана с опасностью, и дрожала от страха, что в один несчастный день он может вообще не вернуться домой. Она старалась не задавать ему вопросов и чувствовала себя лишней в такой важной части его жизни. Или их жизни. Сюзан решила, что так дальше продолжаться не может.

 Когда Роберт в очередной раз вернулся домой после месячного отсутствия и выполнения задания в Центральной Америке, Сюзан сказала ему: – Роберт, я считаю, что нам надо серьезно поговорить.

 – А в чем дело? – спросил он, хотя прекрасно понимал, в чем дело.

 – Мне страшно, мы все больше отдаляемся друг от друга. Я не хочу, чтобы мы стали чужими, я этого не перенесу.

 – Сюзан…

 – Подожди, дай мне закончить. Ты знаешь, сколько времени мы провели вместе за последние четыре месяца? Меньше двух недель. Когда ты возвращаешься домой, ты кажешься мне не мужем, а просто гостем.

 Он взял жену за руку и нежно погладил ее.

 – Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя.

 Сюзан положила голову ему на плечо.

 – Прошу тебя, не допусти, чтобы с нами что-то случилось.

 – Не допущу, – пообещал Роберт. – Я поговорю с адмиралом Уиттакером. – Когда?

 – Немедленно.

 – Адмирал примет вас прямо сейчас, коммандер.

 – Благодарю вас.

 Адмирал Уиттакер сидел за столом и подписывал какие-то бумаги. Увидев входящего Роберта, он улыбнулся.

 – Добро пожаловать домой, Роберт, и прими мои поздравления. Ты отлично поработал в Сальвадоре.

 – Благодарю вас, сэр.

 – Садись. Хочешь кофе?

 – Нет, благодарю вас, адмирал.

 – Ты хотел поговорить со мной? Секретарша сказала, что это срочно. Что я могу сделать для тебя?

 Роберту было очень трудно начать разговор.

 – Понимаете, сэр, это глубоко личный вопрос. Я женился менее двух лет назад и…

 – Ты сделал прекрасный выбор, Роберт. Сюзан великолепная женщина.

 – Да, я согласен с вами. Проблема заключается в том, что большую часть времени меня не бывает дома, и это очень огорчает жену. И она совершенно права, это ненормально, – быстро добавил Роберт.

 Адмирал Уиттакер откинулся в кресле и задумчиво произнес:

 – Конечно, это ненормально, но приходится чем-то жертвовать.

 – Я понимаю, – решительно начал Роберт, – но мне не хотелось бы жертвовать своим браком. Он слишком много для меня значит.

 Адмирал внимательно посмотрел на него.

 – Я понимаю. И чего же ты просишь?

 – Я был бы счастлив, если бы вы смогли подыскать мне задание, не требующее слишком долгого отсутствия. Ведь есть много дел, которыми я мог бы заняться поближе к дому.

 – Поближе к дому.

 – Да, сэр.

 – Ты действительно заслужил это, – медленно произнес адмирал. – Не вижу причин, которые могли бы помешать устроить это.

 Роберт облегченно вздохнул и улыбнулся.

 – Вы очень добры, адмирал, я этого не забуду.

 – Да, я думаю, что мы это легко устроим. Передай Сюзан от моего имени, что проблема решена.

 Роберт поднялся, сияя от радости.

 – Не знаю, как благодарить вас, сэр.

 Адмирал жестом показал ему, что он свободен.

 – Ты слишком ценный сотрудник, и я не могу допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось. А теперь возвращайся домой к своей жене.

 Когда Роберт рассказал Сюзан о состоявшемся разговоре, она обрадовалась и обняла его.

 – О, милый, это так здорово.

 – Я хочу попросить у него несколько недель отпуска, так что мы сможем отправиться с тобой путешествовать, это будет наш второй медовый месяц.

 – А я уже совсем забыла, что такое медовый месяц, – промурлыкала Сюзан. – Покажи мне.

 И Роберт показал.

 На следующее утро Роберта вызвал адмирал Уиттакер.

 – Я хотел обсудить с тобой дела, о которых мы говорили вчера.

 – Благодарю вас, сэр. – Теперь самое время было упомянуть об отпуске. – Сэр…

 – Кое-что произошло, Роберт. – В голосе адмирала звучала глубокая озабоченность. – Мне только что сообщили, что в ЦРУ работает вражеский агент, происходит утечка совершенно секретной информации. Единственное, что им известно, так это кличка агента – Лиса. Сейчас он находится в Аргентине. Чтобы осуществить операцию по его разоблачению, ЦРУ требуется агент, не работающий у них. Директор ЦРУ попросил откомандировать тебя в его распоряжение, они хотят, чтобы ты разоблачил агента и доставил его в США. Я сказал директору, что решение вопроса будет зависеть о тебя. Ты хочешь взяться за это дело?

 Роберт замялся.

 – Боюсь, что мне придется отказаться, сэр.

 – Я понимаю тебя, Роберт. Ты постоянно в разъездах и никогда не отказывался от заданий. Я знаю, что это не совсем хорошо отражается на твоей семейной жизни.

 – Мне бы хотелось взяться за это дело, сэр, но…

 – Можешь не объяснять, Роберт. Я всегда восхищался твоей работой, и мое мнение о тебе останется неизменным. Тогда я хочу попросить тебя об одной услуге.

 – О какой, адмирал?

 – Заместитель директора ЦРУ просил меня организовать ему встречу с тобой независимо от твоего решения. Ты не возражаешь?

 – Конечно, нет, сэр.

 На следующий день Роберт приехал в Лэнгли на встречу с заместителем директора ЦРУ.

 – Садитесь, коммандер, – предложил тот, когда Роберт вошел в его большой кабинет. – Я много слышал о вас. Хорошего, разумеется.

 – Благодарю вас, сэр.

 Заместителю директора было слегка за шестьдесят, стройный, седоволосый, с тоненькой ниточкой усов, которая ходила вверх и вниз, когда он курил свою трубку. Выпускник Йельского университета, он поступил в Управление стратегических служб во время второй мировой войны, а после создания ЦРУ перешел в новую организацию. Поднимаясь по служебной лестнице, он достиг своего теперешнего положения – руководителя крупнейшего и самого могущественного в мире разведывательного агентства.

 – Хочу, чтобы вы знали, коммандер, что я с уважением отношусь к вашему решению.

 Беллами молча кивнул.

 – Однако есть один факт, на который мне хотелось бы обратить ваше внимание.

 – Слушаю вас, сэр.

 – Президент лично заинтересован в осуществлении операции по обнаружению Лисы.

 – Этого я не знал, сэр.

 – Он так же, как и я, рассматривает это задание как самую важную операцию ЦРУ. Я знаю, какая обстановка сложилась у вас дома, и уверен, что и президент относится к этому с пониманием, поскольку сам является образцовым семьянином. Однако ваш отказ от выполнения этого задания может, как бы это сказать, бросить тень на военно-морскую разведку и на адмирала Уиттакера.

 – Адмирал не имеет никакого отношения к моему решению, сэр.

 – Я понимаю это, коммандер, но поймет ли президент?

 «Придется отложить медовый месяц», – подумал Роберт.

 Рассказывая об этом разговоре Сюзан, Роберт ласково сказал:

 – Это мое последнее задание за границей. После него я буду так много времени находиться дома, что надоем тебе.

 Сюзан улыбнулась.

 – Такого никогда не случится, мы вечно будем вместе.

 Охота за Лисой оказалась для Роберта самым сложным заданием. Он ухватил его след в Аргентине, но тут же потерял его. Потом след привел Роберта в Турцию и Китай, а затем в Малайзию. Где бы ни побывал Лиса, Роберт обнаруживал его след уже после того, как он покинул эту страну. Почти каждый день Роберт звонил Сюзан, сначала он говорил ей: «Я вернусь через несколько дней, дорогая», потом: «Я вернусь на следующей неделе» и наконец: «Я не знаю точно, когда вернусь». В конце концов, после двух с половиной месяцев безуспешной охоты за Лисой, Роберт сдался. Когда он вернулся домой, ему показалось, что Сюзан изменилась, несколько охладела к нему.

 – Прости меня, дорогая, – извинялся Роберт. – Я не предполагал, что дело так затянется, это…

 – Они ведь не оставят тебя в покое, Роберт, так ведь?

 – Что? Да нет, конечно, оставят.

 Сюзан покачала головой.

 – Я так не думаю, поэтому поступила на работу в госпиталь «Мемориал». Это удивило Роберта.

 – Ты поступила на работу?

 – Я снова буду работать медицинской сестрой. Я не могу сидеть сложа руки и ждать, когда ты вернешься домой, не зная при этом, где ты, что делаешь и вообще жив ты или мертв.

 – Сюзан, я…

 – Все в порядке, любимый, по крайней мере, я буду делать полезное дело, пока ты будешь отсутствовать. Так мне будет легче ждать тебя. Роберту нечего было ответить на это.

 Он доложил адмиралу Уиттакеру о своей неудаче, и адмирал отнесся к этому с пониманием.

 – Это я виноват, что позволил тебе согласиться на это задание. Отныне пусть ЦРУ само решает свои чертовы проблемы. Извини меня, Роберт.

 Роберт рассказал ему о том, что Сюзан поступила работать медсестрой. – Возможно, что это хорошая идея, – задумчиво произнес адмирал. – Это может как-то укрепить ваш брак, и, если тебе снова придется куда-то уезжать, Сюзан легче будет переносить разлуку.

 И командировки снова стали почти постоянными, но с этого момента их брак по-настоящему дал трещину.

 Сюзан работала в госпитале операционной сестрой, и, когда Роберт бывал дома, она старалась брать выходные, чтобы побыть с ним, но работа захватывала ее все больше и больше.

 – Мне действительно доставляет удовольствие моя работа, дорогой. Я чувствую, что делаю полезное дело.

 Она рассказывала Роберту о своих пациентах, и он вспоминал, как заботливо она ухаживала за ним, как вернула его к жизни. Он был доволен, что она выполняла важную работу, которая ей нравилась, но все дело было в том, что теперь они виделись все реже и реже. Они духовно отдалялись друг от друга, и теперь это становилось все более очевидным. Они стали похожи на двух незнакомцев, с трудом подбирающих слова, чтобы поддержать беседу. Вернувшись в Вашингтон после выполнения задания в Турции, которое заняло у него шесть недель, Роберт пригласил Сюзан на обед в ресторан «Санс-Суси».

 Во время обеда Сюзан сказала ему:

 – У нас в госпитале новый пациент, он попал в серьезную авиационную катастрофу, и доктора думали, что он не выживет, но я считаю иначе. – Глаза Сюзан сверкали.

 «То же самое было и со мной», – подумал Роберт. Ему стало интересно, наклоняется ли Сюзан над новым пациентом и говорит ли ему: «Поправляйся. Я жду тебя». Он постарался отогнать эту мысль.

 – Он такой хороший, Роберт. Все сестры сходят по нему с ума.

 «Все ли сестры?» – подумал Роберт.

 В душу Роберта закрались маленькие сомнения, но он постарался подавить их.

 В следующую субботу Роберт улетел в Португалию, а когда через три недели вернулся домой, Сюзан сообщила ему новость, которая чрезвычайно волновала ее.

 – Сегодня Монте впервые поднялся на ноги. – Она небрежно поцеловала его.

 – Монте?

 – Монте Бэнкс, так его зовут. Он поправится, доктора отказываются верить в это, но мы не сдаемся.

 Это «мы» покоробило Роберта.

 – Расскажи мне о нем.

 – Он действительно очень хороший, всегда преподносит нам подарки. Он очень состоятельный. Когда произошла эта ужасная катастрофа, он летел на собственном самолете и…

 – А что за подарки?

 – О, ты знаешь, просто небольшие подарки – конфеты, цветы, книги, пластинки. Он пытался подарить каждому из нас дорогие часы, но мы, конечно, отказались.

 – Конечно.

 – У него есть яхта, пони для игры в поло…

 Именно с этого дня Роберт стал называть его «денежным мешком».

 Каждый раз, возвращаясь из госпиталя, Сюзан заводила речь о своем пациенте.

 – Роберт, он действительно очень славный.

 «Славный, это уже опасно».

 – А еще он такой выдумщик. Знаешь, что он сегодня сделал? Заказал для всех сестер на этаже завтрак из клуба «Жокей».

 «Но ведь человек болен», – подумал Роберт и вдруг невольно поймал себя на том, что злится.

 – А он женат, этот твой чудесный пациент?

 – Нет, дорогой. А что?

 – Я просто поинтересовался.

 Сюзан рассмеялась.

 – Боже мой, да ты никак ревнуешь?

 – К старику, который учится ходить? Конечно нет. – Он не хотел признаваться Сюзан в том, что ревнует.

 Теперь, когда Роберт бывал дома, Сюзан старалась не говорить о своем пациенте, но Роберт сам заводил разговор.

 – Как поживает старый денежный мешок?

 – Его зовут Монте Бэнкс, – обиженно возражала жена.

 – Не имеет значения. «Очень жаль, что этот сукин сын не погиб в авиакатастрофе».

 На следующий день у Сюзан был день рождения.

 – Знаешь что, – с воодушевлением воскликнул Роберт, – мы отметим твой день рождения. Пойдем куда-нибудь, чудесно пообедаем и…

 – Я буду до восьми занята на работе.

 – Хорошо, я заеду за тобой.

 – Отлично. Монте очень хочет познакомиться с тобой. Я ему все о тебе рассказала.

 – Мне тоже хотелось бы познакомиться со стариком, – заверил ее Роберт.

 Когда Роберт приехал в госпиталь, сестра в приемном покое сказала ему:

 – Добрый вечер, коммандер. Сюзан сейчас работает в ортопедической палате на третьем этаже. Она ждет вас. – Сестра сняла трубку телефона. Когда Роберт вышел из лифта, Сюзан уже поджидала его, одетая в белый халат. При виде ее сердце Роберта учащенно забилось, она была чертовски хороша.

 – Привет, ты великолепна.

 Сюзан как-то странно улыбнулась ему.

 – Привет, Роберт, я освобожусь через несколько минут. Пошли, я познакомлю тебя с Монте.

 Она провела его в большую отдельную палату, заполненную книгами, цветами, корзинами с фруктами, и сказала:

 – Монте, это мой муж Роберт.

 Роберт стоял и смотрел на мужчину, лежащего на кровати. Он был всего года на три или четыре старше Роберта и напоминал актера Пола Ньюмена.

 – Очень рад познакомиться с вами, коммандер. Сюзан так много рассказывала мне о вас.

 «Неужели именно об этом они говорили, когда она просиживала ночи у его кровати?»

 – Она очень гордится вами.

 Сюзан посмотрела на Роберта, как бы призывая его взглядом быть повежливее. Роберту пришлось сделать над собой усилие.

 – Думаю, что вы скоро выпишитесь.

 – Да, и главным образом благодаря вашей жене. Она просто удивительная сестра.

 «Послушай, моряк. Неужели ты думаешь, что я позволю кому-то другому владеть этим прекрасным телом?»

 – Да, это ее специальность, – ответил Роберт, не в силах сдержать горечи в голосе.

 Обед в честь дня рождения не удался. Сюзан хотела говорить только о своем пациенте.

 – Дорогой, он тебе никого не напоминает?

 – Бориса Карлофа.

 – Почему ты был так груб с ним?

 – Я думаю, что вел себя вполне прилично, а любить его я не обязан, – холодно ответил Роберт.

 Сюзан внимательно посмотрела на мужа.

 – Но ты ведь даже не знаешь его. И что тебе в нем не нравится?

 «Мне не нравится, как он смотрит на тебя, мне не нравится, как ты смотришь на него. Мне не нравится, что наш брак летит ко всем чертям. Боже, я не хочу потерять тебя», – подумал Роберт, а вслух добавил:

 – Извини, я, наверное, просто устал.

 Обед они заканчивали в полном молчании.

 На следующее утро, когда Роберт собирался на работу, Сюзан обратилась к нему:

 – Роберт, мне надо сказать тебе кое-что…

 Ее слова отдались резкой болью в животе Роберта, он не хотел, чтобы она сейчас говорила об этом.

 – Сюзан…

 – Ты знаешь, что я люблю тебя и всегда буду любить. Ты самый прекрасный человек, которого я когда-либо встречала.

 – Прошу тебя…

 – Нет, дай мне закончить. Мне сейчас очень трудно, в течение последнего года мы были вместе считанные минуты. Мы больше с тобой не женаты, каждый из нас существует сам по себе.

 Каждое ее слово было для него как острый нож.

 – Ты права, но я изменюсь. Я уйду со службы. Сегодня, сейчас. Мы с тобой уедем куда-нибудь и…

 Сюзан покачала головой.

 – Нет, Роберт. Мы оба понимаем, что это не поможет. Ты делаешь то, что должен делать, и, если тебе придется бросить из-за меня свое дело, ты никогда не простишь мне этого. Здесь нет ничьей вины, просто так уж случилось. Я хочу получить развод.

 Роберту показалось, что рухнул весь мир, живот свело внезапной болью. – Не надо так, Сюзан, мы сможем найти выход…

 – Слишком поздно. Все то время, когда тебя не бывало дома, я сидела в одиночестве и думала об этом. У нас с тобой были разные жизни, а я хочу того, чего ты уже не можешь мне больше дать.

 Роберт стоял и смотрел на нее, стараясь держать себя в руках.

 – Это… это имеет какое-то отношение к денежному мешку?

 Сюзан замялась.

 – Монте предложил мне выйти за него замуж.

 Он почувствовал, как внутри все закипает.

 – И ты собираешься выйти за него?

 – Да.

 Это было какое-то сумасшествие. «Этого не может быть, не может», – подумал Роберт. На глаза у него навернулись слезы.

 Сюзан обняла его и крепко прижала к себе.

 – Ни к одному мужчине я не буду испытывать чувств, которые испытывала к тебе. Я люблю тебя всем сердцем и душой и буду любить всегда. Ты мой самый дорогой друг. – Сюзан отстранилась и заглянула ему в глаза. – Но все кончено. Ты понимаешь?

 Он понимал только то, что она уходит от него.

 – Мы можем попытаться начать все сначала…

 – Мне очень жаль, Роберт. – Голос Сюзан дрогнул. – Мне очень жаль, но все кончено.

 Сюзан улетела в Рио устраивать дела с разводом, а коммандер Роберт Беллами ударился в двухнедельный запой.

 Однако старые привязанности забываются с трудом. Роберт позвонил своему приятелю, работающему в ФБР. В прошлом дорожки Роберта и Эла Трейнора не раз пересекались, и Роберт доверял ему.

 – Эл, ты можешь оказать мне услугу?

 – Услугу? Тебе нужен психиатр. Какого черта ты позволил Сюзан уйти?

 Было похоже, что новость уже облетела весь город.

 – Это долгая и печальная история.

 – Мне действительно жаль, Роберт. Она была настоящей леди. Ладно, что я могу сделать для тебя?

 – Мне надо, чтобы ты кое-кого проверил на компьютере.

 – Договорились, давай имя.

 – Монте Бэнкс. Просто обычный запрос.

 – Ясно. Что бы ты хотел знать?

 – Возможно, что его нет в ваших файлах, а если есть, то, как обычно, какая-нибудь чепуха типа штрафа за неправильную парковку, избиение собаки, проезд на красный свет и тому подобное.

 – Понятно.

 – А мне хотелось бы знать источник его денег. Меня интересует его подноготная.

 – Ага, значит, обычный запрос, да?

 – Только это между нами, Эл, хорошо?

 – Нет проблем, утром я позвоню тебе.

 – Спасибо, с меня завтрак.

 – Обед.

 – Ладно, получишь обед.

 Роберт положил трубку и задумался: «Я пытаюсь цепляться за соломинку. На что я надеюсь? Что он окажется Джеком Потрошителем и Сюзан прибежит в мои объятия?»

 На следующее утро Роберта вызвал к себе Дастин Торнтон.

 – Чем вы сейчас занимаетесь, коммандер?

 «Он прекрасно знает, чем я сейчас занимаюсь», – подумал Роберт.

 – Собираю досье не дипломата из Сингапура и…

 – Похоже, что эта работа отнимает у вас не слишком много времени.

 – Простите?

 – Если вы забыли, коммандер, то я напомню вам, что в задачу военно-морской разведки не входит изучение личной жизни американских граждан.

 Роберт удивленно посмотрел на него.

 – Что вы…

 – Мне сообщили из ФБР, что вы пытаетесь получить информацию, совершенно не имеющую отношения к юрисдикции нашего ведомства.

 Внезапно Роберт почувствовал приступ ярости. Этот сукин сын Трейнор предал его. Ничего себе друг называется.

 – Это была моя личная просьба, сэр, и…

 – Компьютеры ФБР не предназначены для использования в личных целях, чтобы причинять неприятности гражданам. Вы меня поняли?

 – Вполне.

 – Тогда у меня все.

 Роберт вернулся в свой кабинет и дрожащими пальцами набрал номер 202-324-3000.

 – ФБР слушает, – раздался голос в трубке.

 – Попросите Эла Трейнора.

 – Подождите, пожалуйста.

 Через некоторое время в трубке раздался мужской голос:

 – Здравствуйте, чем могу помочь?

 – Я хотел бы поговорить с Элом Трейнором.

 – Сожалею, но агент Трейнор здесь больше не работает.

 Роберта буквально потряс этот ответ.

 – Что?

 – Агента Трейнора перевели в другое место.

 – Перевели?

 – Да.

 – А куда?

 – В Бойсе. Но его еще долго не будет там, боюсь, что очень долго.

 – Что вы имеете в виду?

 – Прошлым вечером, когда он бегал трусцой в парке Рок-Крик, его сбила машина. Представляете? Водитель, наверное, совсем допился до безумия, потому что выехал прямо на беговую дорожку. Тело Трейнора отбросило более чем на сорок футов. Он может и не выжить.

 Роберт положил трубку, в голове лихорадочно крутились мысли. Черт побери, что же происходит? Монте Бэнкса, этого типичного голубоглазого американца, тщательно охраняют. Но от чего? И от кого? «Боже, во что же влипла Сюзан?»

 Она жила в новой, двухэтажной квартире на М-стрит. Роберт подумал, что за эту квартиру платит, наверное, денежный мешок. Он уже несколько недель не виделся с Сюзан, и сейчас при виде ее у него перехватило дыхание.

 – Извини, что беспокою тебя, я ведь обещал не делать этого.

 – Ты же сказал, что дело серьезное.

 – Да, серьезное. – Теперь, когда он увидел ее, он не знал, с чего начать разговор. Сказать ей: «Сюзан, я пришел, чтобы спасти тебя»? Да она рассмеется ему в лицо.

 – Что случилось? – спросила Сюзан.

 – Это касается Монте.

 Она нахмурилась.

 – А что такое?

 Перед Робертом стояла трудная задача. Как он мог объяснить ей то, чего сам толком не знал? Ему было только ясно, что здесь что-то нечисто. В компьютере ФБР имелись данные на Монте Бэнкса, но с пометкой: «Информация предоставляется только по специальному разрешению». А о его запросе сразу сообщили в Управление военно-морской разведки. Почему?

 – Я думаю, что он… что он не тот человек, кем кажется.

 – Я тебя не понимаю.

 – Сюзан… откуда у него деньги?

 Было видно, что ее удивил этот вопрос.

 – У Монте удачный бизнес в области экспорта и импорта.

 «Самое старое в мире прикрытие».

 Да, ему надо было сначала все тщательно выяснить, прежде чем приходить сюда со своими ничем не подкрепленными предположениями. Роберт чувствовал себя дураком. Сюзан ждала ответа, а у него этого ответа не было.

 – А почему ты спрашиваешь?

 – Я… я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, – запинаясь ответил Роберт.

 – Ох, Роберт. – В голосе Сюзан звучало разочарование.

 – Наверное, мне не следовало приходить сюда. Извини.

 Сюзан подошла к нему и обняла.

 – Я понимаю, – мягко сказала она.

 Но она не понимала. Она не понимала, что обычный запрос относительно Монте Бэнкса наткнулся на глухую стену и о нем было сообщено в Управление военно-морской разведки, а человека, который пытался получить информацию, перевели на работу в захолустье.

 У Роберта были и другие возможности получить информацию, поэтому он позвонил приятелю, который работал в журнале «Форбес».

 – Роберт! Давно не встречались, что могу сделать для тебя?

 Роберт объяснил, что ему требуется.

 – Монте Бэнкс? Странно, что и ты им заинтересовался. Он должен состоять в нашем списке четырехсот самых состоятельных людей, однако мы не смогли найти о нем никакой информации. Ты можешь нам что-нибудь подбросить?

 И здесь неудача.

 Роберт пошел в публичную библиотеку и попытался отыскать Монте в сборнике «Кто есть кто», однако не нашел там его имени.

 Пройдя в зал микрофишей, Роберт просмотрел все выпуски «Вашингтон пост» за тот период, когда самолет Монте потерпел катастрофу, но нашел лишь небольшую заметку о катастрофе, в которой Бэнкс был назван предпринимателем.

 Все выглядело довольно невинно, и Роберт решил, что он, возможно, ошибается. «Ведь не стало бы наше правительство защищать его, если бы он был шпион, преступник или занимался наркотиками… Все дело в том, что я все еще пытаюсь удержать Сюзан».

 Роберт снова стал холостяком, жизнь его вылилась в пустоту и одиночество, занятые работой дни и бессонные ночи. Его охватывали приступы отчаяния, во время которых он плакал, оплакивая себя, Сюзан, все, что они потеряли. Сюзан продолжала присутствовать в его жизни, вся квартира была наполнена воспоминаниями о ней, каждая комната хранила ее голос, смех, ее тепло. Он вспоминал каждую черточку ее тела, когда она лежала в кровати обнаженная и ждала его, и от этих воспоминаний его охватывала невыносимая боль.

 Друзья старались утешить его.

 – Ты не должен оставаться один, Роберт.

 – У меня есть девочка для тебя!

 Девушки были высокие и красивые, маленькие и сексуальные. Это были манекенщицы, секретарши, девушки из рекламных агентств, незамужние и разведенные. Но ни у одной из них не было ничего общего с Сюзан, а общение с женщинами, ничуть его не интересующими, только усугубляло его одиночество. У Роберта не было желания переспать ни с одной из них, он все время хотел остаться один. Он желал прокрутить весь фильм их жизни с Сюзан назад, переписать сценарий. Со стороны легко было разглядеть собственные ошибки и представить себе, как следовало бы вести себя во время разговора с адмиралом Уиттакером.

 «В ЦРУ проник агент по кличке Лиса, заместитель директора просит, чтобы ты отыскал его».

 «Нет, адмирал, извините. У нас с женой второй медовый месяц».

 Роберту хотелось начать жизнь заново, чтобы у нее был счастливый конец. Но было слишком поздно, судьба не предоставляла ему второго шанса. Он был одинок.

 Он сам ходил в магазин, готовил себе еду, раз в неделю, когда бывал дома, ходил в прачечную.

 Это был ужасный период его жизни, но впереди его ждали более серьезные неприятности. Красивая художница, с которой он познакомился в Вашингтоне, несколько раз звонила ему и приглашала на обед. Роберт пытался отказываться, но художница была очень настойчива. Она устроила прекрасный обед при свечах.

 – Ты очень хорошо готовишь, – сказал ей Роберт.

 – У меня все получается хорошо. – Смысл ее слов был вполне понятен, она придвинулась поближе к Роберту. – Позволь мне доказать тебе это. – Она положила руки ему на бедра и провела языком по его губам.

 «Как давно это было», – подумал Роберт, – «очень давно».

 Они направились в постель, но, к ужасу Роберта, у него ничего не вышло. Впервые в жизни он оказался импотентом, ему было очень стыдно.

 – Не волнуйся, дорогой, – сказала художница, – все будет хорошо.

 Но она ошиблась.

 Роберт вернулся домой разбитым, он понимал, что сумасшедшая подсознательная мысль о том, что он предает Сюзан, не позволяет ему полюбить другую женщину.

 Спустя несколько недель он повторил попытку переспать с женщиной, на этот раз это была эффектная секретарша из Управления военно-морской разведки. Она была очень страстной и всячески пыталась возбудить его, но бесполезно, он желал только Сюзан. После этого Роберт прекратил всякие попытки сблизиться с женщиной. У него мелькнула мысль проконсультироваться у врача, но он тут же устыдился этой мысли. Он знал, в чем дело, и здесь не могли помочь никакие медицинские препараты. Тогда Роберт с головой ушел в работу.

 Сюзан как минимум раз в неделю звонила ему: «Не забудь забрать из прачечной рубашки» или «Я пришлю горничную, чтобы она убрала твою квартиру. Держу пари, что у тебя ужасный беспорядок».

 Каждый такой звонок только усугублял его одиночество.

 Сюзан позвонила ему вечером накануне свадьбы.

 – Роберт, я хочу, чтобы ты знал, что завтра я выхожу замуж.

 Ему стало трудно дышать, он начал задыхаться.

 – Сюзан…

 – Я люблю Монте, но и тебя я тоже люблю и буду любить до самой смерти. Я хочу, чтобы ты всегда помнил об этом.

 Что он мог ответить ей на это?

 – Роберт, у тебя все в порядке?

 «Конечно, все великолепно, за исключением того, что я превратился в евнуха».

 – Роберт?

 Он не посмел обвинить ее в своих проблемах.

 – Все хорошо. Только не могла бы ты оказать мне услугу?

 – Все, что смогу.

 – Не… не позволяй ему повезти тебя в свадебное путешествие в те места, где мы бывали с тобой.

 Он повесил трубку и снова пустился в запой.

 Это произошло год назад, теперь все было в прошлом, и он заставил себя свыкнуться с мыслью, что Сюзан принадлежит другому. Роберт вынужден был жить настоящим. Ему предстояла серьезная работа, пора было поговорить с Лесли Модершедом – фотографом, имеющим фотографии, имена и адреса свидетелей, которых предстояло отыскать.

Глава 18

 Лесли Модершед пребывал в состоянии, близком к эйфории. Вернувшись в Лондон со своими драгоценными пленками, он поспешил в небольшую кладовку, превращенную в фотолабораторию, и убедился, что под рукой есть все необходимое: бачок для проявления пленки, термометр, прищепки, четыре большие мензурки, таймер, проявитель, фиксажные ванночки и фиксаж. Он выключил свет и включил небольшую красную лампу. Когда он открывал кассеты и доставал пленки, руки у него дрожали, он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

 «В этот раз все должно быть в порядке», – подумал он. – «Никаких промашек. Это ради тебя, мама».

 Лесли осторожно намотал пленку на катушку, вставил ее в бачок и налил проявитель. Он проследил за тем, чтобы температура проявителя была 68 градусов по Фаренгейту, и периодически вращал катушку бачка. Через одиннадцать минут он вылил из бачка проявитель и залил фиксаж.

 Тут он снова занервничал, боясь совершить ошибку. Вылив фиксаж, Лесли на десять минут залил бачок водой, потом две минуты держал пленку в водном очищающем растворе, а затем еще двенадцать минут промывал в проточной воде. Наконец он очень, очень осторожно снял пленку с катушки, подвесил ее с помощью прищепок и осторожно удалил резиновым валиком оставшиеся на пленке капли воды. Теперь оставалось только ждать, когда пленка высохнет. Наконец настало время взглянуть на негативы. Затаив дыхание, слыша биение собственного сердца, Модершед взял первую пленку и посмотрел ее на свет. Отлично! Просто великолепно!

 Каждый кадр был просто драгоценным, такими фотографиями мог бы гордиться любой фотограф в мире. Была видна каждая деталь загадочного космического корабля, включая тела пришельцев, находящиеся внутри.

 Две вещи, на которые он раньше не обратил внимания, теперь привлекли его, и он пристальнее рассмотрел негативы. В разбитом корабле он видел три кресла, а на снимках были тела только двух пришельцев. И еще ему показалось странным, что у одного из пришельцев не было руки, теперь, на снимке, это было заметно. «Может быть, у этих существ только одна рука?» – подумал Модершед. – «Боже, снимки являются истинными шедеврами! Мама была права, я гениален». Он оглядел свой тесный закуток, и в голову ему пришла новая мысль: «В следующий раз, когда я буду проявлять пленку, я буду делать это в большой, прекрасно оборудованной лаборатории в моем особняке на Итон-сквер».

 Он стоял и гладил свое сокровище, как скупец гладит свое золото. В мире не найдется ни одного журнала, ни одной газеты, которые откажутся от таких фотографий. Все годы эти ублюдки отвергали его фотографии и возвращали их с убийственными приписками: «Благодарим, что вы прислали фотографии, которые мы вам и возвращаем. В настоящее время мы в них не нуждаемся», или «Благодарим за фотографии, но они очень похожи на те, которые мы уже напечатали», или еще проще: «Возвращаем фотографии, которые вы нам прислали».

 Все эти годы он клянчил у них работу, а теперь они сами будут ползать перед ним на коленях и он заставит их заплатить сполна за все.

 Модершед не мог больше ждать, начинать надо было немедленно. После того как эта чертова телефонная компания отключила его телефон за задержку с уплатой, Лесли вынужден был ходить звонить на улицу. И вдруг, неожиданно для себя, он решил пойти в «Ланган», где постоянно отмечались все торжественные события, и заказать себе роскошный завтрак. Конечно, «Ланган» был ему не по карману, но если уж он решил отметить это событие, то надо отметить. Разве он не находится на пути к богатству и славе?

 Метрдотель усадил Модершеда за угловой столик, Лесли огляделся и буквально в десяти футах от своего столика увидел два знакомых лица. Внезапно он понял, кто такие эти люди, и легкая дрожь пробежала по его телу. Майкл Кейн и Роджер Мур собственными персонами! Ему захотелось, чтобы была жива его мать, тогда он смог бы рассказать ей об этой встрече. Ведь она так любила читать о кинозвездах. Оба актера беспечно смеялись и развлекались, а Модершед не мог удержаться, чтобы не смотреть на них. «Самодовольные ублюдки», – сердито подумал Лесли Модершед. – "Наверное, ожидают, что я подойду и попрошу автограф. Ладно, через несколько дней они сами будут просить у меня автограф, будут рады представить меня своим друзьям: «Лесли, я хочу познакомить тебя с Чарльзом и Ди, а это Ферги и Эндрю. Вы знаете, это Лесли, тот самый парень, который сделал знаменитые снимки НЛО».

 Закончив завтрак, Модершед прошел мимо столика киноактеров и поднялся по ступенькам к телефонной будке. В справочной ему дали номер «Сан».

 – Я хотел бы поговорить с редактором отдела фотографий.

 – Чапман слушает, – раздался в трубке мужской голос.

 – Сколько бы вы заплатили за фотографии НЛО с телами двух пришельцев? – Если фотографии достаточно хорошие, мы можем поместить их как пример ловкой мистификации и…

 – Дело в том, что это не мистификация, – язвительно заметил Модершед. – У меня есть имена девяти уважаемых свидетелей, в том числе одного священника, которые могут подтвердить, что это подлинные снимки.

 Тон редактора изменился.

 – Вот как? А где вы сделали эти фотографии?

 – Не ваша забота, – отрезал Модершед. Он не собирался позволить им провести себя, поэтому не стал делиться никакой информацией. – Вас интересуют фотографии?

 Теперь уже в голосе редактора сквозило любопытство.

 – Если вы сможете доказать подлинность фотографий, то да, мы будем очень заинтересованы в них.

 «Еще бы, черт побери», – радостно подумал Лесли.

 – Я позвоню вам позже, – сказал он и повесил трубку.

 Следующие два звонка тоже оказались успешными. Модершед понял, что совершил гениальный ход, записав имена свидетелей. Теперь никто не посмеет обвинить его в изготовлении фальшивки. Эти фотографии появятся на первых страницах газет и журналов всего мира, и там обязательно будет надпись: «Фотографии Лесли Модершеда».

 Покидая ресторан, Лесли не удержался и подошел к столику, за которым сидели актеры.

 – Простите, что беспокою вас, но не могли бы вы дать мне автографы.

 Роджер Мур и Майкл Кейн вежливо улыбнулись, нацарапали свои имена на клочках бумаги и протянули их Лесли.

 – Благодарю вас.

 Выйдя на улицу, Модершед в ярости разорвал на клочки бумажки с автографами и выбросил их.

 «Пошли вы к черту», – подумал он. – «Теперь я больше стою, чем вы».

Глава 19

 Роберт взял такси и отправился в Уайтчепел. Машина проехала Сити и направилась на восток до Уайтчепел-роуд – района, который столетие назад прославил Джек Потрошитель. Вдоль Уайтчепел-роуд располагались десятки палаток, в которых продавалось все – от одежды до свежих овощей и ковров. По мере приближения к дому Модершеда район становился все беднее, он был застроен облезлыми зданиями из коричневого камня. Такси проехало мимо пивной «Виверз армз», и Роберт подумал, что Модершед, наверное, заходит сюда, а заметив вывеску «Букмекерская контора Уолтера», Роберт решил, что здесь, возможно, Модершед делает ставки, играя на скачках. Наконец такси подъехало к дому 213 А по Гров-роуд. Расплатившись и отпустив такси, Роберт внимательно посмотрел на расположенный перед ним дом. Это было безобразное двухэтажное здание, поделенное на маленькие квартирки. Внутри здания находился человек, владеющий полным списком свидетелей, которых Роберту необходимо было отыскать.

 Лесли Модершед сидел в гостиной и размышлял о неожиданно свалившейся на него удаче, когда раздался звонок в дверь. Он поднял голову и замер, почувствовав внезапный необъяснимый приступ страха. Снова прозвенел звонок. Схватив свои бесценные фотографии, Модершед поспешил в лабораторию, сунул снимки в кучу старых фотографий, вернулся в гостиную и открыл входную дверь. За ней стоял незнакомый ему человек.

 – Что вы хотите?

 – Вы Лесли Модершед?

 – Да. Чем могу быть полезен?

 – Разрешите войти?

 – Не знаю. А в чем, собственно, дело?

 Роберт достал удостоверение сотрудника Министерства обороны и предъявил его Лесли.

 – Я здесь по официальному делу, господин Модершед. Мы сможем поговорить с вами здесь или в министерстве. – Роберт блефовал, но он заметил внезапный испуг, появившийся на лице фотографа.

 Лесли Модершед сглотнул слюну.

 – Не знаю, о чем вы говорите, но… входите.

 Роберт вошел в грязную комнату, она была мрачной, во всем чувствовалась тщательно скрываемая нищета. Никто не стал бы добровольно жить в такой квартире.

 – Не могли бы вы объяснить, что вам здесь понадобилось? – Модершед постарался, чтобы в его голосе прозвучало раздражение.

 – Я пришел, чтобы расспросить вас о некоторых фотографиях.

 Он так и знал! Он знал об этом с того самого момента, когда раздался звонок в дверь. «Эти ублюдки попытаются лишить меня моих денег. Ладно, я не собираюсь позволить им сделать это».

 – О каких фотографиях вы говорите?

 – О тех, которые вы сделали на месте падения НЛО, – спокойно сказал Роберт.

 Модершед посмотрел на Роберта, как бы удивляясь услышанному, потом заставил себя засмеяться.

 – О, эти! Если бы они у меня были, то я бы отдал их вам.

 – Но вы же сделали снимки?

 – Я попытался.

 – Что это значит… попытался?

 – Эти чертовы снимки так и не получились. – Модершед нервно закашлялся. – Фотоаппарат был неисправен, такое у меня случается уже второй раз. Я даже выбросил негативы, потому что они были совсем плохие. Только напрасно истратил пленку, а вы же знаете, как она сегодня дорого стоит.

 «Лжец из него неважный», – подумал Роберт, – «видно, что он на грани паники». Роберт попытался изобразить сочувствие.

 – Очень жаль, фотографии могли бы оказаться очень полезными.

 Роберт не стал говорить ему о списке пассажиров туристического автобуса. Если Модершед лжет о фотографиях, то он солжет и о списке. Роберт окинул взглядом квартиру. Фотографии и список должны быть спрятаны где-то здесь, и отыскать их будет нетрудно. Квартирка состояла из небольшой гостиной, спальни, ванной, и еще была какая-то дверь, ведущая, похоже, в кладовку. Роберт не имел права заставить фотографа отдать свои материалы, но ему как-то нужно было их заполучить до того, как британская служба безопасности наложит на них свою лапу.

 – Да, – вздохнул Модершед. – Эти фотографии могли бы стоить кучу денег.

 – Расскажите мне о космическом корабле, – сказал Роберт.

 Модершед почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Эта жуткая картина навсегда запечатлелась в его памяти.

 – Я никогда этого не забуду, – сказал он. – Мне показалось, что корабль как-то пульсирует, как будто он живой. В нем было что-то дьявольское, а еще внутри были тела двух мертвых пришельцев.

 – А можете вы сказать мне что-нибудь о пассажирах автобуса? «Конечно, могу», – подумал Модершед. – «У меня есть их имена и адреса».

 – Нет, боюсь, что ничего не могу вам сообщить о них. – Лесли уже начал успокаиваться. – Меня ведь не было в этом автобусе, и я никого из них не знаю.

 – Понимаю. Ладно, спасибо за помощь, господин Модершед. Сожалею, что так вышло с фотографиями.

 – Я тоже, – ответил Модершед, закрыл дверь за незнакомцем и радостно подумал: «Мне удалось провести этого сукина сына».

 Выйдя из квартиры, Роберт внимательно осмотрел дверной замок. Старье, чтобы открыть его, ему потребуется несколько секунд. Ночью он установит наблюдение за домом и дождется, когда утром фотограф выйдет из дома. «Завладев списком пассажиров, выполнить оставшуюся часть задания будет очень легко».

 Сняв номер в небольшой гостинице рядом с домом Модершеда, Роберт позвонил генералу Хиллиарду.

 – У меня есть имя свидетеля из Англии, генерал.

 – Отлично, минутку… слушаю вас, коммандер.

 – Лесли Модершед, проживает в Уайтчепел, Гров-роуд, 213 А.

 – Отлично, я свяжусь с британскими властями, и они поговорят с ним. Роберт не стал ничего говорить о списке пассажиров автобуса и о фотографиях. Это были его козырные карты.

 Рыбный магазин Регги располагался в глухом переулке рядом с Бромптон-роуд. Магазинчик был небольшим, и клиентами его, главным образом, были клерки и секретарши, работавшие поблизости. Стены магазина были обклеены футбольными плакатами, а там, где плакатов не было, стены, похоже, не красили целую вечность.

 Телефон за прилавком прозвонил дважды, прежде чем трубку снял крупный мужчина в засаленном шерстяном свитере. Мужчина выглядел как типичный обитатель Ист-энда, если бы не монокль в золотой оправе в левом глазу. Присмотревшись, можно было понять, почему мужчина носит монокль, – у него был голубой стеклянный глаз.

 – Регги слушает.

 – Говорит Бишоп.

 – Слушаю, сэр, – сказал Регги, понижая голос до шепота.

 – Нашего клиента зовут Лесли Модершед, Гров-роуд, 213 А. Этот заказ необходимо выполнить срочно. Поняли?

 – Считайте, что он уже выполнен, сэр.

Глава 20

 Лесли Модершед пребывал в сладких мечтах, он представлял себе, что у него берут интервью представители мировой прессы. Они расспрашивали его о громадном замке в Шотландии, который он только что приобрел, о замке на юге Франции, о его громадной яхте. «Правда ли, что королева Англии предложила вам официальную должность королевского фотографа? – Да, я сказал ей, что подумаю над этим предложением. А теперь, леди и джентльмены, прошу извинить меня, я опаздываю на передачу Би-би-си».

 Это воображаемое интервью было прервано звонком в дверь. Лесли посмотрел на часы, они показывали одиннадцать. Неужели вернулся этот человек? Подойдя к двери, он осторожно приоткрыл ее. За дверью стоял человек, который ростом был даже ниже Модершеда (это было первое, что бросилось ему в глаза), в очках с толстыми стеклами, с худым бледным лицом.

 – Простите, – робко произнес незнакомец, – извините, что беспокою вас в такой час. Я живу в соседнем квартале, а у вас на вывеске написано, что вы фотограф.

 – Ну и что?

 – Вы изготавливаете фотографии для паспорта?

 «Изготавливает ли Лесли Модершед фотографии для паспорта? Человек, которому скоро будет принадлежать весь мир? С таким же успехом можно было попросить Микеланджело покрасить стены в ванной».

 – Нет, – грубо ответил Лесли и собрался уже закрыть дверь.

 – Мне действительно очень неловко беспокоить вас, но я попал в ужасное положение. Завтра в восемь утра мой самолет улетает в Токио, а совсем недавно, вынимая паспорт, я обнаружил, что фотография отклеилась и потерялась. Это ужасно, я все обыскал. Меня не пустят в самолет без фотографии в паспорте. – Казалось, что маленький человек вот-вот расплачется.

 – Сожалею, – ответил Модершед, – но ничем не могу помочь.

 – Я бы заплатил вам сто фунтов.

 «Сто фунтов? Владельцу замков и яхты? Это смешно».

 Маленький человек не сдавался.

 – Я могу заплатить даже больше, двести фунтов или даже триста. Вы понимаете, мне обязательно надо попасть на самолет, иначе я потеряю работу.

 Триста фунтов за фотографию на паспорт? Не считая проявки, это займет около десяти секунд. Модершед начал подсчитывать в уме. Получается 1800 фунтов в минуту, 10800 фунтов в час, 94400 фунтов в день, а за неделю это получится…

 – Вы меня выручите?

 Самолюбие Модершеда боролось с жадностью, и жадность все-таки победила. Лесли решил, что сейчас ему не помешают деньги на карманные расходы.

 – Заходите, – сказал Модершед, – становитесь вот сюда, к стене.

 – Спасибо, я так вам благодарен.

 Лесли пожалел, что у него нет фотоаппарата «Полароид», тогда все было бы гораздо проще. Он достал свой «Вивитар».

 – Стойте спокойно.

 Через десять секунд все было закончено.

 – Нужно некоторое время, чтобы проявить пленку, – сказал Модершед. – Если вы зайдете через…

 – Если вы не возражаете, я подожду здесь.

 – Ладно, как вам угодно.

 Модершед отнес фотоаппарат в лабораторию, зажег красную лампу, сунул аппарат в черный рукав и вытащил пленку. Надо все сделать быстро, все равно эти фотографии на паспортах выглядят ужасно. Спустя пятнадцать минут, когда пленка была уже проявлена, он почувствовал запах дыма. Может, ему просто показалось? Нет, запах становился все сильнее. Он повернулся и попытался открыть дверь, но она не поддавалась. Модершед с силой толкнул дверь, но безуспешно.

 – Эй! – крикнул он. – Что там происходит?

 Ему никто не ответил.

 – Эй! – Он снова навалился плечом на дверь, но, похоже, она была заставлена чем-то тяжелым. – Мистер?

 И опять никакого ответа, единственное, что он слышал, так это громкий треск. Запах дыма становился уже невыносимым, было ясно, что квартира горит. «Этот человек, наверное, побежал за помощью», – подумал Лесли. Он снова начал бить плечом в дверь, но дверь не поддавалась.

 – Помогите! – закричал он. – Вытащите меня отсюда!

 Дым начал пробиваться под дверь, и Лесли почувствовал, что пламя уже близко. Дышать становилось все труднее, он закашлялся от дыма. Модершед рванул воротник, жадно глотая воздух, но горячий воздух обжег легкие, и, начиная терять сознание, он рухнул на колени. «О, Господи, пожалуйста, не допусти, чтобы я умер сейчас. Только не сейчас, когда я на пути к богатству и славе…»

 – Говорит Регги.

 – Заказ выполнен?

 – Да, сэр. Немного пережарен, но доставлен вовремя.

 – Отлично.

 Когда Роберт в два часа ночи прибыл на Гров-роуд, чтобы начать наблюдение за домом Модершеда, его удивило оживленное движение транспорта.

 Улица была заполнена пожарными машинами, каретами «скорой помощи», полицейскими автомобилями. Пробившись через толпу, он поспешил к месту пожара. Все здание было охвачено огнем, с улицы было видно, что первый этаж, где проживал фотограф, выгорел полностью.

 – Как это произошло? – спросил Роберт у пожарного.

 – Еще не знаем. Отойдите назад, пожалуйста.

 – В этой квартире живет мой кузен. С ним все в порядке?

 – Боюсь, что нет. – В голосе пожарного прозвучало сочувствие. – Его только что вытащили из здания.

 Роберт увидел, как два санитара загружают носилки в машину «скорой помощи».

 – Я жил вместе с ним, – сказал Роберт. – Там вся моя одежда, мне хотелось бы…

 Пожарный покачал головой.

 – Из этого ничего не выйдет, сэр. Там ничего не осталось, кроме пепла.

 «Ничего не осталось, кроме пепла. Не осталось фотографий и драгоценного списка пассажиров с их именами и адресами. Черт побери, это трудно было предугадать», – с горечью подумал Роберт.

 В Вашингтоне Дастин Торнтон завтракал вместе со своим тестем в роскошной столовой, примыкающей в кабинету Уилларда Стоуна. Дастин слегка нервничал, но он всегда волновался в присутствии своего могущественного тестя.

 У Уилларда Стоуна было хорошее настроение.

 – Вчера вечером я обедал с президентом. Он сказал мне, что очень доволен тобой, Дастин.

 – Я очень рад.

 – Ты делаешь важную работу, помогаешь защищаться от негодяев.

 – От негодяев?

 – Да, от тех, кто пытается поставить на колени эту великую страну. Но существуют не только внешние враги, и внутри страны есть люди, которые обязаны служить ей, но не выполняют ни своего долга, ни приказов.

 – Отщепенцы.

 – Правильно, Дастин, отщепенцы. Они должны понести наказание, если… В столовую вошел мужчина.

 – Прошу прощения, мистер Стоун, но прибыли джентльмены, и они ждут вас.

 – Хорошо. – Стоун повернулся к зятю. – Заканчивай завтрак, Дастин, а у меня важные дела. В один прекрасный день я, возможно, расскажу тебе о них.

Глава 21

 Улицы Цюриха были заполнены причудливыми существами с какими-то бесформенными громадными телами, узкими глазами, с кожей цвета вареной рыбы. Эти существа питались мясом, и ее раздражало зловоние, исходившее от их тел. Некоторые женщины были одеты в шкуры животных, в останки существ, которых они убили. Она все еще была сильно подавлена той ужасной катастрофой, которая унесла жизненные силы ее спутников.

 Она провела на Земле уже четыре цикла, которые эти причудливо выглядящие существа называли «луна», и все это время ничего не ела. Ее мучила жажда, но она могла пить только свежую дождевую воду, а дождя не было с той самой ночи, когда они оказались на Земле. Другую воду здесь пить было нельзя. Она была вынуждена зайти в ближайшее место, где подавали пищу, но не смогла перенести зловония. Тогда она попыталась есть сырые овощи и фрукты, но они были безвкусными и не шли ни в какое сравнение с вкусной и сочной пищей ее планеты.

 Ее звали Грация, она была высокой, с величественной осанкой и прекрасными, излучавшими свет зелеными глазами. Ускользнув с места катастрофы корабля, она приняла внешность землян и теперь ходила среди людей, не выдавая себя.

 Она сидела за столиком в жестком, неудобном кресле, предназначенном для тел землян, и читала мысли существ, окружавших ее.

 Двое из них сидели за соседним столиком, один громко говорил:

 – Такой шанс бывает раз в жизни, Франц! Для начала тебе понадобится всего пятьдесят тысяч франков. У тебя же есть пятьдесят тысяч франков, не так ли? – Она прочитала мысли, громко звучащие в его голове: «Соглашайся, свинья. Мне надо получить комиссионные».

 – Конечно, но я не знаю… – «Придется занять денег у жены».

 – Разве я когда-нибудь давал тебе плохие советы по поводу вложения денег? – «Давай, решайся».

 – Это большие деньги. – «Она никогда не даст мне денег».

 – А перспектива? Это шанс заработать миллионы. – "Говори «да».

 – Ну хорошо, согласен. – «Может быть, я сумею продать что-нибудь из ее драгоценностей».

 «Получилось!»

 – Ты никогда не пожалеешь об этом, Франц.

 Грация совершенно не представляла, что означает этот разговор.

 В дальнем конце ресторана за столиком сидели мужчина и женщина, они тихо переговаривались между собой. Грация решила послушать их разговор.

 – Боже мой! – воскликнул мужчина. – Как тебя угораздило забеременеть? – «Глупая сучка».

 – А как, ты думаешь, это произошло? – «Это твой член натворил!»

 Беременность означала способ размножения этих существ, они грубо сношались с помощью половых органов, словно животные в полях.

 – И что ты собираешься делать, Тина? – «Ты должна сделать аборт».

 – А чего ты ожидаешь от меня? Ты говорил, что собираешься рассказать обо мне своей жене. – «Лживый ублюдок».

 – Послушай, дорогая, сейчас неподходящее для этого время. – «Я был дураком, вообще связавшись с тобой. Надо было понимать, что от тебя следует ожидать неприятностей».

 – У меня сейчас тоже трудное положение, Пол. Мне даже кажется, что ты меня не любишь. – «Пожалуйста, скажи, что любишь».

 – Конечно, я люблю тебя. Просто у моей жены сейчас сложный период. – «Но я не собираюсь расставаться с ней».

 – Но у меня тоже сложный период. Ты понимаешь это? У меня будет ребенок, твой ребенок. – «И ты, черт побери, женишься на мне». – В глазах у женщины появились слезы.

 – Успокойся, дорогая. Уверяю тебя, что все будет в порядке. Мне так же, как и тебе, очень хочется ребенка. – «Надо будет уговорить ее сделать аборт».

 Рядом с этой парой за столиком в одиночестве сидел мужчина.

 «Они ведь обещали мне, они говорили, что скачки заряжены, что я ни в коем случае не проиграю, и я как дурак поставил все свои деньги. Я должен найти способ раздобыть деньги до прихода судебных исполнителей. Я не переживу, если они засадят меня за решетку. Я убью себя, клянусь Богом, я убью себя.»

 Еще за одним столиком разговаривали мужчина и женщина.

 – …Это совсем не так. Просто у меня есть прекрасный домик в горах, и я подумал, что тебе было бы полезно поехать туда на выходные и отдохнуть. – «Мы чудесно проведем время, отдыхая в постели, дорогая».

 – Даже не знаю, Клод. Я никогда не ездила отдыхать с мужчиной. – «Интересно, верит ли он в это».

 – О, но здесь дело совсем не в сексе. Я просто подумал об этом домике, потому что тебе надо отдохнуть. Ты можешь относиться ко мне, как к брату. – «И мы прекрасно проведем время, занявшись кровосмешением».

 Грация не знала, что люди говорят на разных языках, она просто пропускала все их разговоры через сознание и понимала, о чем они говорят. «Я должна найти способ связаться с главным кораблем», – подумала она.

 Грация достала небольшой, умещающийся в ладони серебристый передатчик. Он представлял собой раздельную нейронную систему, одна часть которой состояла из живого органического материала, а вторая из металлического сплава, неизвестного в этой галактике. Органический материал состоял из тысяч отдельных клеток, так что если некоторые из них умирали, то другие размножались, поддерживая между собой постоянное взаимодействие. К несчастью, был потерян кристалл, который приводил в действие передатчик. Она пыталась установить связь с кораблем, но без кристалла передатчик не работал.

 Грация попыталась съесть лист салата, но зловоние было невыносимым. Она поднялась и направилась к двери, но ее окликнул официант.

 – Минутку, вы не заплатили за еду.

 – Простите, но у меня нет ваших денег.

 – Это вы будете объяснять в полиции.

 Грация заглянула официанту прямо в глаза, он застыл и обмяк. Она повернулась и вышла на улицу.

 «Я должна найти кристалл, они ждут связи со мной». Она попыталась сконцентрироваться, но все казалось ей неясным, расплывчатым. Грация знала, что без воды она скоро умрет.

Глава 22

День пятый. Берн, Швейцария

 Выполнение задания зашло в тупик. Роберт очень рассчитывал на список пассажиров, имеющийся у Модершеда, но теперь этот список погиб в огне и след оборвался. «Надо было заполучить этот список, когда я был в квартире Модершеда. Ладно, это послужит мне уроком», – подумал Роберт. Внезапно ему в голову пришла мысль, запрятанная где-то в уголках памяти. Ведь Ганс Бекерман сказал тогда: «Все пассажиры были возбуждены, увидев НЛО и тела мертвых пришельцев, но один старик начал жаловаться, что он спешит, потому что должен подготовиться к лекции в университете». Все это было, конечно, туманно, довольно туманно, но у Роберта больше ничего не было.

 В Бернском аэропорту он взял напрокат автомобиль и поехал в университет. Он свернул с главной улицы Берна Ратаусгассе на Люнгассештрассе, на которой располагался Бернский университет. Университетский комплекс состоял из нескольких корпусов, главным из которых было большое каменное четырехэтажное здание с двумя крыльями. Крышу здания украшали каменные рыльца водосточных труб в виде фантастических фигур. Позади университетского комплекса располагался громадный парк, выходивший на реку Аар.

 Поднявшись по ступенькам административного здания, Роберт вошел в вестибюль. Единственное, что он узнал от Бекермана, так это то, что пассажир был немцем и в понедельник должен был читать лекцию.

 Какой-то студент объяснил Роберту, как пройти в ректорат. За столом в приемной ректора сидела женщина громадных размеров, на ней был сшитый на заказ костюм, очки в черной оправе, волосы собраны в пучок. Она посмотрела на Роберта.

 – Слушаю вас?

 Роберт достал удостоверение.

 – Интерпол. Я провожу расследование и хотел бы, чтобы вы помогли мне, мисс…

 – Фрау. Фрау Шрайбер. Что за расследование?

 – Я разыскиваю одного профессора.

 Она нахмурилась.

 – Как его имя?

 – Я не знаю.

 – Вы не знаете его имени?

 – Нет. Он внештатный сотрудник, несколько дней назад читал здесь у вас лекцию. В понедельник.

 – Многие внештатные профессора приходят сюда каждый день и читают лекции. По какому предмету он читает лекции?

 – Простите?

 – Ну чему он обучает студентов? – В тоне женщины появилось раздражение. – Какую дисциплину он ведет?

 – Я не знаю.

 Женщина дала волю своему раздражению.

 – Ничем не могу помочь вам. Я слишком занята, чтобы отвечать на ваши глупые вопросы. – Она отвернулась.

 – О, это не глупые вопросы, – заверил ее Роберт. Он наклонился вперед и понизил голос. – Кое-что я могу сказать вам по секрету. Мы разыскиваем этого профессора, потому что он замешан в связях с проститутками.

 Фрау Шрайбер вскрикнула от удивления.

 – Интерпол разыскивает его несколько месяцев, в настоящее время нам известно, что он немец и что пятнадцатого числа этого месяца он читал лекцию в вашем университете. – Роберт выпрямился. – Если вы не желаете помочь нам, мы можем провести официальное расследование в университете. Конечно, в этом случае пресса…

 – Нет, нет! – воскликнула фрау Шрайбер. – Университет не должен быть замешан ни в чем подобном. – На ее лице появилось озабоченное выражение. – Вы говорите, что он читал здесь лекцию… в какой день?

 – Пятнадцатого, в понедельник.

 Фрау Шрайбер встала, подошла к шкафу, порылась в каких-то бумагах, потом достала из папки несколько листов.

 – Вот, – сказала она, – пятнадцатого читали лекции три внештатных профессора.

 – Интересующий меня человек – немец.

 – Они все немцы, один читает лекции по экономике, другой по химии, а третий по психологии.

 – Разрешите взглянуть?

 Она неохотно протянула бумаги Роберту.

 Он просмотрел их, на каждой бумаге было указано имя, домашний адрес и номер телефона.

 – Если хотите, могу сделать для вас копии.

 – Нет, благодарю вас. – Он уже запомнил имена и номера телефонов. – Среди них нет человека, которого я разыскиваю.

 Фрау Шрайбер облегченно вздохнула.

 – Слава Богу. Проституция! У нас никогда не было ничего подобного.

 – Извините, что напрасно побеспокоил вас. – Роберт покинул университет и подъехал к телефонной будке.

 Первый телефонный звонок был в Берлин.

 – Профессор Штробель?

 – Да.

 – Вас беспокоят из туристической компании «Саншайн Турз». В прошлое воскресенье во время поездки по Швейцарии вы оставили в нашем автобусе очки, и мы…

 – Не понимаю, о чем вы говорите, – в голосе профессора звучало удивление.

 – Вы были в Швейцарии четырнадцатого числа, профессор?

 – Нет, я был там пятнадцатого, читал лекцию в Бернском университете. – И вы не ездили на экскурсию на автобусе?

 – У меня нет времени заниматься подобными глупостями, я очень занятой человек. – Профессор повесил трубку.

 Второй звонок был в Гамбург.

 – Профессор Хейнрих?

 – Профессор Хейнрих слушает.

 – Вас беспокоят из туристической компании «Саншайн Турз». Вы были в Швейцарии четырнадцатого числа этого месяца?

 – А что вам угодно?

 – Мы нашли ваш портфель в одном из наших туристических автобусов, и…

 – Вы, вероятно, ошиблись. Я не ездил на автобусах по туристическим маршрутам.

 – А разве вы не ездили по нашему маршруту в Юнгфрау?

 – Я же сказал вам, что нет.

 – Извините за беспокойство.

 Третий звонок был в Мюнхен.

 – Профессор Отто Шмидт?

 – Да.

 – Профессор Шмидт, вас беспокоят из туристической компании «Саншайн Турз». Мы нашли очки, которые вы несколько дней назад оставили в нашем автобусе, и…

 – Здесь, наверное, какая-то ошибка.

 Роберт почувствовал, как заколотилось сердце. Все рухнуло, теперь у него ничего не осталось.

 – Мои очки на месте, я их не терял.

 – Вы уверены, профессор? Вы ездили в туристическую поездку четырнадцатого числа?

 – Да, да, но я же сказал вам, что ничего не терял.

 – Большое спасибо, профессор. – Роберт повесил трубку. Удача!

 Роберт набрал еще один номер и две минуты говорил с генералом Хиллиардом.

 – Мне надо сообщить вам две вещи, – сказал Роберт. – Помните свидетеля из Лондона, о котором я сообщил вам?

 – Да.

 – Вчера вечером он погиб во время пожара.

 – Неужели? Очень жаль.

 – Да, сэр, но мне кажется, что я раскопал еще одного свидетеля. Как только проверю, сразу сообщу вам.

 – Буду ждать вашего звонка, коммандер.

 Генерал Хиллиард докладывал Янусу.

 – Коммандер Беллами обнаружил еще одного свидетеля.

 – Хорошо, а то все постоянно находятся в напряжении, опасаются, что эта история всплывет до того, как будет готово к действию космическое оружие.

 – Скоро у меня будет еще информация для вас.

 – Мне нужны результаты, а не информация.

 – Да, Янус.

 Мюнхенская улица Платтенштрассе представляла собой тихое местечко, застроенное зданиями из коричневого камня. Дом №5 ничем не отличался от соседних домов. На стене вестибюля располагался ряд почтовых ящиков, небольшая табличка под одним из них гласила: «Профессор Отто Шмидт». Роберт нажал кнопку звонка.

 Дверь в квартиру открыл высокий худощавый мужчина с растрепанной копной седых волос. Одет он был в рваный свитер и курил трубку. Роберту стало интересно: это профессор создал образ такого вот типичного профессора колледжа или, наоборот, образ создал его?

 – Профессор Шмидт?

 – Да?

 – Нельзя ли мне поговорить с вами? Я из…

 – Мы уже говорили с вами, – сказал профессор. – Вы тот самый человек, который звонил мне утром. Я эксперт по распознаванию голосов. Входите.

 – Благодарю вас. – Роберт прошел в гостиную. Вдоль стен от самого пола до потолка располагались книжные стеллажи, заполненные сотнями томов книг, и кроме этого книги были навалены повсюду: на столах, на полу, на креслах. Мебели в комнате почти не было.

 – Вы ведь не из швейцарской туристической компании, не так ли?

 – Да, я…

 – Вы американец.

 – Да.

 – И этот ваш визит не имеет никакого отношения к моим потерянным очкам, которые я и не терял.

 – Да… не имеет, сэр.

 – Насколько я понял, вас интересует НЛО. Это было потрясением для меня. Я всегда верил в их существование, но никогда не думал, что увижу собственными глазами.

 – Должно быть, это была ужасная картина.

 – Да.

 – Не могли бы вы рассказать мне что-нибудь об этом корабле?

 – Он был… словно живой и окружен каким-то мерцающим светом. Голубым, нет, скорее зеленым или серым. Я… я точно не уверен.

 Роберт припомнил рассказ Манделя: «Он менял цвет, выглядел голубым… потом зеленым».

 – Он разбился при ударе, и я смог увидеть внутри два тела. Маленькие… с большими глазами. На них были какие-то серебристые костюмы. – А вы можете рассказать мне что-нибудь о пассажирах?

 – Вы имеете в виду пассажиров автобуса?

 – Да.

 Профессор пожал плечами.

 – Я ничего о них не знаю, все были незнакомы. Я думал о лекции, которую мне предстояло читать на следующее утро, поэтому мало обращал внимания на пассажиров.

 Роберт выжидающе смотрел на него.

 – Ну, если это вам поможет, то я могу сказать, из каких они были стран. Я преподаю химию, но увлекаюсь фонетикой.

 – Может помочь все, что вы вспомните.

 – Там находились итальянский священник, венгр, американец с техасским акцентом, англичанин, русская девушка…

 – Русская?

 – Да, но она не из Москвы. Судя по ее акценту, я сказал бы, что она из Киева или что-то близкое к этому.

 Роберт продолжал ждать, но профессор молчал.

 – А вы не слышали, может быть, кто-то из них называл свое имя или упоминал о профессии?

 – Простите, но я же сказал вам, что был занят мыслями о лекции. Мне тяжело было сосредоточиться, техасец и священник сидели вместе, техасец болтал без остановки. Это так отвлекает, не уверен, что священник полностью понимал его.

 – А этот священник…

 – У него был римский акцент.

 – Не могли бы вы еще что-нибудь сообщить мне о них?

 Профессор пожал плечами.

 – Боюсь, что нет. – Он затянулся трубкой. – Очень жаль, что не могу помочь вам.

 В этот момент в голову Роберту пришла внезапная мысль.

 – Вы сказали, что вы химик?

 – Да.

 – Будьте любезны, взгляните вот на это, профессор. – Роберт достал из кармана кусок металла, который дал ему Ганс Бекерман. – Можете вы сказать мне, что это такое?

 Профессор Шмидт взял предмет в руки и тщательно осмотрел, выражение его лица изменилось.

 – Где… где вы это взяли?

 – Боюсь, что не смогу ответить вам. Вы знаете, что это такое?

 – Похоже, что это часть передающего устройства.

 – Вы уверены?

 Профессор повертел предмет в руках.

 – Очень редкий кристалл. Видите эти пазы? Похоже, что этот предмет соединяется с более крупным. Что же касается металла… Боже мой, никогда не видел ничего подобного! – Голос профессора дрожал от возбуждения. – Вы можете оставить мне это на несколько дней? Я проведу спектральный анализ. – Боюсь, что это невозможно, – сказал Роберт.

 – Но…

 – Извините. – Роберт забрал назад свой предмет. Расстроенный профессор попытался исправить положение.

 – Может быть, вы потом сможете принести его? Почему бы вам не оставить мне свою визитную карточку? Если я еще что-то вспомню, то позвоню вам.

 Роберт сунул руку в карман.

 – Вы знаете, похоже, что у меня нет с собой визитной карточки.

 – Да, я так и думал, – медленно произнес профессор Шмидт.

 – На проводе коммандер Беллами.

 Генерал Хиллиард снял трубку телефона.

 – Слушаю, коммандер.

 – Очередного свидетеля зовут Отто Шмидт, профессор. Проживает в Мюнхене, Платтенштрассе, 5.

 – Благодарю вас, коммандер. Немедленно предупрежу германские власти. Роберта так и подмывало сказать, что это последний свидетель, которого он сможет отыскать, но что-то удержало его. Он не любил признавать поражение. Однако нынешний след был совсем слабый. Техасец и священник. Священник был из Рима, а там миллион священников. «У меня есть выбор», – подумал Роберт. – «Я могу все бросить и вернуться в Вашингтон или могу отправиться в Рим и предпринять последнюю попытку…»

 

 Штаб-квартира Управления по защите конституции располагалась в центре Берлина на Ноймарктерштрассе. Это было большое невзрачное серое здание, неприметное среди окружающих домов. На втором этаже в конференц-зале начальник отдела инспектор Отто Йоахим изучал предназначенное ему послание. Дважды прочитав его, он потянулся к красному телефону, стоящему на его столе.

День шестой. Мюнхен, Германия

 Направляясь на следующее утро в свою химическую лабораторию, Отто Шмидт размышлял о разговоре, состоявшемся у него накануне вечером с американцем. Откуда мог взяться этот кусок металла? Ничего подобного он в жизни не видел. Американец тоже удивил его. «Он сказал, что интересуется пассажирами автобуса. Но почему? Потому что все они видели летающую тарелку? Может быть, их собираются предупредить, чтобы они не распространялись об увиденном? Тогда почему американец не предупредил его? Происходит что-то странное». Войдя в лабораторию, профессор снял пиджак, повесил его на вешалку и надел фартук, чтобы не испачкать одежду. Он подошел к столу, на котором работал уже несколько недель, проводя химический эксперимент. Профессор подумал о том, что, если эксперимент пройдет удачно, это может означать для него получение Нобелевской премии. Он поднял мензурку с дистиллированной водой и начал наливать ее в сосуд, заполненный желтой жидкостью. «Странно, не помню, чтобы она была такой ярко-желтой», – подумал профессор.

 Раздался громкий взрыв, разметавший всю лабораторию. Куски стекла и человеческой плоти разлетелись в разные стороны.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 УПРАВЛЕНИЕ ПО ЗАЩИТЕ КОНСТИТУЦИИ, 3АМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 4. ОТТО ШМИДТ – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

 

 Роберт пропустил сообщение в прессе о смерти профессора, он находился на борту самолета, летящего в Рим.

Глава 23

 На душе у Дастина Торнтона было неспокойно. Он обладал властью, а это затягивало, как наркотик. Он хотел большего. Его тесть Уиллард Стоун обещал ввести его в какой-то загадочный круг людей, но до сих пор так и не сдержал своего обещания.

 Чисто случайно Торнтон обнаружил, что каждую пятницу его тесть исчезает. Торнтон позвонил ему, чтобы договориться вместе позавтракать.

 – Сожалею, – ответила личная секретарша Уилларда Стоуна, – но мистера Стоуна сегодня не будет.

 – Ох, очень жаль. А как насчет следующей пятницы?

 – Прошу прощения, мистер Торнтон, но мистер Стоун и в следующую пятницу будет отсутствовать.

 Странно. Торнтон еще более удивился, когда позвонил через две недели и получил от секретарши аналогичный ответ. Куда же старик исчезает каждую пятницу? В гольф он не играл, да и других увлечений у него не было.

 Разумным объяснением могла бы быть женщина. Жена Уилларда была очень богатой, властной женщиной, почти такой же властной, как и ее муж. Она не потерпела бы любовную связь своего мужа. «Но если только это любовная связь», – подумал Торнтон, – «то я прихвачу его прямо в постели». Он понимал, что должен все выяснить.

 В распоряжении Дастина Торнтона было много различных средств, чтобы быстро выяснить причину исчезновения своего тестя, но Торнтон был не дурак. Он прекрасно понимал, что любой неосторожный шаг грозит ему крупными неприятностями. Уиллард Стоун не из тех, кто позволяет вмешиваться в свою личную жизнь. Торнтон решил лично заняться расследованием.

 В следующую пятницу в пять утра Дастин Торнтон сидел за рулем неприметного «форда», стоящего за полквартала от шикарного особняка Уилларда Стоуна. Была холодная, противная погода, и Торнтон снова и снова задавал себе вопрос, что он делает здесь. Возможно, что существовали какие-то вполне понятные причины, объясняющие странное поведение Стоуна. «Я напрасно трачу время», – думал Торнтон, но что-то удерживало его.

 В семь часов распахнулись ворота особняка и из них выехал автомобиль. Уиллард Стоун сам сидел за рулем, но на этот раз не своего обычного лимузина, а небольшого черного фургона, которым пользовалась прислуга. Торнтона охватило радостное чувство, он понял, что ухватился за что-то важное. Люди живут по заведенному распорядку, а Стоун нарушил этот распорядок. Похоже, что здесь была замешана женщина.

 Осторожно держась за фургоном, Торнтон проследовал за своим тестем по улицам Вашингтона и выехал на дорогу, ведущую в Арлингтон.

 «Я буду действовать очень деликатно», – подумал Торнтон. – «Я ведь не собираюсь давить на него, просто получу всю возможную информацию об этой любовнице, а затем поставлю его перед фактом. Скажу, что мое единственное желание – защитить его. Тогда он будет сговорчивее, потому что меньше всего заинтересован в публичном скандале».

 Дастин Торнтон настолько был захвачен собственными мыслями, что чуть не пропустил поворот, в который свернула машина его тестя. Это был богатый жилой квартал; черный фургон неожиданно скрылся в длинной, затененной деревьями аллее.

 Дастин остановил машину и принялся размышлять о том, как поступить дальше. Прямо сейчас застать Уилларда Стоуна с его любовницей? Или подождать, пока он уедет, и затем поговорить с женщиной? Или потихоньку собрать всю необходимую информацию, а уж потом поговорить с тестем? Он решил провести рекогносцировку.

 Припарковав машину в боковой улочке, Торнтон прошел в аллею, примыкавшую к задней части двухэтажного дома. Двор дома был огорожен деревянным забором, но это Торнтона не смутило. Открыв калитку, он вошел внутрь. Его взору предстал большой красивый двор с ухоженными лужайками и клумбами.

 Держась в тени деревьев, обрамлявших лужайки, он быстро прошел к задней двери дома и остановился, решая, что предпринять дальше. Ему нужны были доказательства, без них старик просто посмеется над ним. То, что сейчас происходит в доме, может стать ключом к его будущему. Он должен найти доказательства.

 Очень осторожно Торнтон потянул дверь. Она оказалась незапертой. Проскользнув внутрь дома, он оказался в большой старомодной кухне. Вокруг не было ни души. Подойдя к двери кухни, Торнтон осторожно приоткрыл ее. Он увидел большой гостиный зал, в дальнем конце виднелась закрытая дверь, которая могла вести в библиотеку. Двигаясь бесшумно, Дастин подошел к ней и прислушался. В доме не слышалось признаков жизни. Наверное, старик находится наверху, в спальне. Торнтон толкнул дверь и замер в изумлении. Вокруг большого стола в комнате сидели двенадцать человек.

 – Входи, Дастин, – сказал Уиллард Стоун. – Мы тебя ждем.

Глава 24

 Рим стал для Роберта тяжелым эмоциональным испытанием. Он был здесь во время медового месяца с Сюзан, и воспоминания давили на него тяжким грузом. В Риме жил Роберто – управляющий отелем «Хасслер», который был глуховат, но понимал по губам речь на пяти языках, Рим был для Роберта и садами Вилла Д'Эсте в Тиволи, и рестораном «Сивилла», и любимой Сюзан сотней фонтанов, созданных сыном Лукреции Борджиа. Это и лестница на площади Испании, и Ватикан, и Колизей, и Форум, и Моисей работы Микеланджело. Роберт помнил и трюфеля в ресторане «Тре Скалини», и смех Сюзан, и ее слова: «Роберт, пожалуйста, обещай мне, что мы всегда будем так счастливы».

 «Какого черта я тут делаю», – думал Роберт. – «Я ведь не имею никакого понятия, кто такой этот священник, да и в Риме ли он вообще. Пора кончать, вернуться домой и забыть обо всем».

 Однако упрямство, унаследованное им от далеких предков, не позволяло ему сделать этого. «Ладно, задержусь на один день», – решил Роберт, – «всего на один день».

 В аэропорту Леонардо да Винчи было полно народу, и каждый человек казался Роберту священником. Он разыскивал одного священника в городе, в котором… пятьдесят тысяч священников? Сто тысяч? Пока он ехал в такси в отель «Хасслер», заметил на улицах массу священников.

 «Это немыслимо», – подумал Роберт, – «я, наверное, сошел с ума».

 В вестибюле отеля «Хасслер» его встретил помощник управляющего.

 – Коммандер Беллами! Очень рад снова видеть вас.

 – Спасибо, Пьетро. У вас найдется для меня номер на одну ночь?

 – Для вас – безусловно. Всегда!

 Роберта проводили в номер, в котором он останавливался раньше.

 – Если вам что-нибудь потребуется, коммандер…

 «Мне нужно чудо», – подумал Роберт. Он растянулся на кровати, стараясь привести в порядок мысли.

 Почему священник из Рима поехал в Швейцарию? Существовало несколько возможностей. Он мог поехать на отдых или на церковный собор. Среди пассажиров автобуса он был единственным священником. И что это могло означать? Ничего. За исключением разве того, что он путешествовал не с группой своих коллег. Значит, он мог приехать в Швейцарию, чтобы навестить друзей и знакомых. Но, может, он путешествовал и с группой, а у нее в этот день была просто другая программа. Мысли Роберта крутились по замкнутому кругу.

 «Начнем все сначала. Как мог священник попасть в Швейцарию? Вполне возможно, что у него нет машины и кто-то мог подвезти его в своей машине. Но более вероятно, что он воспользовался самолетом, или поездом, или автобусом. Если он ехал отдыхать, то временем должен был дорожить, поэтому будем исходить из того, что он летел самолетом». Но эта линия ведет в никуда. В аэропортах не регистрируется профессия пассажиров, а кроме того, он мог указать другое имя. Но если он летел в составе группы…

 Ватикан – официальная резиденция папы римского – величественно возвышается на Ватиканском холме на западном берегу Тибра, на северо-западной окраине Рима. На громадной площади расположено творение Микеланджело – собор святого Петра. Эта площадь день и ночь заполнена любителями достопримечательностей всех вероисповеданий.

 Площадь окружена двумя полукруглыми колоннадами, строительство которых Бернини завершил в 1667 году. Колоннады состоят из 284 колонн белого мрамора, расположенных в четыре ряда и увенчанных балюстрадой, на которой стоят 140 статуй. Роберт бывал здесь раз десять, но каждый раз у него захватывало дыхание при виде этой красоты.

 Внутреннее убранство Ватикана еще более красиво: Сикстинская капелла, музей – все это неописуемо прекрасно.

 Но сегодня Роберт пришел сюда не для того, чтобы любоваться достопримечательностями.

 В крыле здания, отведенном под мирские службы, Роберт разыскал отдел по связям с общественностью. Молодой человек, сидевший за столом, был очень любезен.

 – Чем я могу помочь вам?

 Роберт махнул перед его носом удостоверением.

 – Я из журнала «Тайм». Делаю статью о священниках, посетивших церковный собор в Швейцарии в течение последних двух недель. Хотел бы получить некоторую информацию.

 Молодой человек посмотрел на него и нахмурился.

 – Некоторые наши священники посетили церковный собор, состоявшийся в Венеции в прошлом месяце. Но никто из них не был в последнее время в Швейцарии. Очень жаль, но боюсь, что не смогу помочь вам.

 – Но это действительно очень важно для меня, – откровенно признался Роберт. – Каким образом я мог бы получить такую информацию?

 – А какую ветвь церкви представляют разыскиваемые вами люди?

 – Простите?

 – В Римско-католической церкви существует множество орденов – францисканцев, бенедиктинцев, иезуитов, доминиканцев и другие. Я бы посоветовал вам обратиться в тот орден, к которому они принадлежат, и поинтересоваться там.

 "Черт побери, а что это значит «там»?

 – А других предложений у вас нет?

 – Боюсь, что нет.

 «И у меня тоже», – подумал Роберт. – «Я отыскал стог с сеном, но не могу найти в нем иголку».

 Выйдя из Ватикана, он побрел по улицам Рима, занятый своими мыслями, не обращая внимания на прохожих. На пьяцца дель Пополо он уселся за столик уличного кафе, заказал чинзано, но так и не притронулся к стакану. Священник мог еще до сих пор находиться в Швейцарии. К какому ордену он принадлежит? «Я не знаю, а то, что он из Рима, мне известно только со слов профессора».

 Из Рима был вечерний рейс на Вашингтон, и Роберт решил, что ему пора улетать домой.

 – Счет, пожалуйста.

 – Да, синьор.

 Роберт угрюмо оглядел площадь. Напротив кафе стояла очередь к автобусу, и в ней были два священника. Роберт наблюдал, как пассажиры покупали билеты и проходили в автобус, но, когда священники подошли к кондуктору, тот улыбнулся, и они заняли места, не заплатив за билеты.

 – Вот ваш счет, синьор, – сказал официант.

 Но Роберт не слушал его, мысли его крутились лихорадочно. Здесь, в самом сердце католической церкви, священники должны пользоваться определенными привилегиями. Вполне возможно…

 Представительство швейцарской авиакомпании «Свиссэр» располагалось на виа По, 10, в пяти минутах ходьбы от виа Венето. За стойкой Роберта встретил мужчина.

 – Могу я видеть управляющего?

 – Я и есть управляющий. Чем могу служить?

 Роберт предъявил ему удостоверение.

 – Майкл Хадсон, Интерпол.

 – Что вам угодно, мистер Хадсон?

 – Некоторые международные пассажирские компании жалуются по поводу незаконных скидок на билеты в Европе, и особенно в Риме. В соответствии с международным соглашением…

 – Простите, мистер Хадсон, но «Свиссэр» не предоставляет никаких скидок. Все платят полную стоимость.

 – Все?

 – За исключением служащих компании, конечно.

 – А разве вы не делаете скидки для священников?

 – Нет. На рейсах нашей авиалинии они полностью платят за билет. «На рейсах этой авиалинии».

 – Извините, что отнял у вас время, – сказал Роберт и ушел.

 Теперь его последней надеждой была компания «Алиталиа».

 – Незаконные скидки? – Управляющий удивленно посмотрел на Роберта. – Мы предоставляем скидки только нашим служащим.

 – А разве вы не делаете скидки для священников?

 Управляющий улыбнулся.

 – Ах, вот вы о чем. Но здесь все законно. У нас есть соглашение с католической церковью.

 Сердце Роберта учащенно забилось.

 – Значит, если священник летит, ну, скажем, в Швейцарию, он воспользуется услугами вашей авиакомпании?

 – Да, это будет стоить ему дешевле.

 – Вы бы очень помогли нам, если бы предоставили для нашего компьютерного банка данных информацию о том, сколько священников летали в Швейцарию в течение последних двух недель. Вы ведь ведете такие записи, да?

 – Да, конечно. Для налоговой службы.

 – Нам действительно необходима такая информация.

 – Значит, вы хотите знать, сколько священников летали в Швейцарию в течение последних двух недель?

 – Да, в Цюрих или Женеву.

 – Подождите минутку, мне надо проверить на компьютере.

 Через пять минут управляющий вернулся, неся в руках компьютерную распечатку.

 – За последние две недели рейсами нашей компании в Швейцарию летел только один священник. – Управляющий посмотрел на распечатку. – Он вылетел из Рима в Цюрих седьмого числа и должен был вернуться два дня назад. Роберт перевел дыхание.

 – Как его зовут?

 – Отец Ромеро Патрини.

 – У вас есть его адрес?

 Управляющий снова посмотрел на распечатку.

 – Он живет в Орвието, если вам надо более точно…

 Но Роберт уже ушел.

Глава 25

День седьмой. Орвието, Италия

 Он остановил машину на крутом повороте дороги, отсюда открывался прекрасный вид на город. Город представлял собой древний центр этрусской культуры, в нем находился знаменитый на весь мир кафедральный собор, шесть церквей, а еще здесь проживал священник, ставший свидетелем падения НЛО. Время не изменило город – все те же мощеные улочки, прекрасные старые дома, рынок под открытым небом, на который приезжали крестьяне продавать рыбу, овощи и цыплят.

 Роберт припарковал машину на площади Дуомо, пересек площадь и вошел в собор. Внутри никого не было, за исключением пожилого священника, который только что отошел от алтаря.

 – Простите, отец, – сказал Роберт, – я ищу священника из этого города, который на прошлой неделе был в Швейцарии. Может быть, вы… Священник отступил назад, лицо его приняло враждебное выражение.

 – Я не собираюсь обсуждать этот вопрос.

 Роберт удивленно посмотрел на него.

 – Не понимаю вас, я просто хотел найти…

 – В этой церкви его нет, он служит в церкви святого Ювеналия. – Священник поспешно прошел мимо Роберта.

 «Почему он настроен так враждебно?»

 Церковь святого Ювеналия находилась в квартале Вечио, в живописном районе со средневековыми башенками и церквами. В церковном саду работал молодой священник. Заметив приближающегося Роберта, он поднял голову.

 – Доброе утро, синьор.

 – Доброе утро. Я ищу одного из ваших священников, который на прошлой неделе был в Швейцарии. Он…

 – О да. Бедный отец Патрини. То, что произошло с ним, просто ужасно. – Не понимаю, о каких ужасах вы говорите?

 – Он видел колесницу дьявола. Это было выше его сил, и у бедного отца Патрини случился нервный срыв.

 – Очень жаль это слышать. А где он сейчас? Я хотел бы поговорить с ним.

 – Он в больнице, рядом с площадью Святого Патриция. Но я сомневаюсь, что доктора допускают к нему посетителей.

 Роберт стоял в растерянности. Вряд ли можно ожидать большой помощи от человека, перенесшего нервный стресс.

 – Я понял, большое спасибо, – сказал он.

 Больница размещалась в невзрачном одноэтажном здании на окраине города. Роберт припарковал машину и вошел в небольшой вестибюль. Там за столом сидела сестра.

 – Доброе утро, – поздоровался Роберт. – Я хотел бы увидеть отца Патрини.

 – Прошу прощения, но это невозможно. Он не может ни с кем разговаривать.

 Роберт решил быть настойчивым, он должен был ухватиться за след, который дал ему профессор Шмидт.

 – Понимаете, – мягко начал Роберт, – отец Патрини хотел увидеть меня, я приехал в Орвието по его просьбе.

 – Он просил вас приехать?

 – Да, он написал мне в Америку, и я прибыл сюда только ради встречи с ним.

 Сестра замялась.

 – Даже не знаю, что вам сказать. Он очень болен.

 – Уверен, что он обрадуется, увидев меня.

 – Доктора сейчас нет… – Наконец сестра решилась. – Ладно, можете зайти к нему в палату, синьор, но только на несколько минут.

 – Это все, что мне нужно, – сказал Роберт.

 – Тогда пройдите сюда, пожалуйста.

 Они прошли по короткому коридору, по обе стороны которого находились маленькие палаты. Сестра подвела Роберта к одной из них.

 – Всего несколько минут, синьор.

 – Спасибо.

 Роберт вошел. Человек, лежащий на кровати, выглядел бледной тенью. Роберт подошел к кровати и тихонько позвал его.

 – Отец…

 Священник повернулся и посмотрел на него. Роберт никогда не видел в глазах мужчины подобного страдания.

 – Отец, меня зовут…

 Священник схватил Роберта за руку.

 – Помогите мне, – пробормотал он. – Вы должны мне помочь. Я потерял веру, всю мою жизнь я служил Господу и Святому Духу, но теперь я знаю, что Бога нет. Есть только дьявол, и он пришел за нами…

 – Отец, если вы…

 – Я видел это собственными глазами, их было двое в этой колеснице дьявола, но их может быть больше! Придут другие! Подождите, и сами увидите. Мы все попадем в ад.

 – Отец… послушайте меня. То, что вы видели, это не дьявол. Это был космический корабль…

 Священник отпустил руку Роберта и внезапно вполне осмысленно посмотрел на него.

 – Кто вы? Что вам нужно?

 – Я друг и приехал сюда, чтобы расспросить вас о той туристической поездке по Швейцарии.

 – Да, этот автобус. Мне бы хотелось никогда не попадать в него. – Священник снова заволновался.

 Роберт не намеревался мучить беднягу, но у него не было другого выхода.

 – В автобусе рядом о вами сидел мужчина, техасец. Вы все время разговаривали с ним, помните?

 – Разговаривал… с техасцем… да, я помню.

 – Он не упоминал, где он живет в Техасе?

 – Да, я помню его, он из Америки.

 – Да, из Техаса. Он сказал вам, где живет?

 – Да, да, он говорил мне.

 – Где, отец? Где он живет?

 – В Техасе, он говорил мне о Техасе.

 – Верно, – ободряюще кивнул Роберт.

 – Я видел их собственными глазами. Лучше бы уж Господь ослепил меня…

 – Отец… а этот человек из Техаса, он говорил, где живет? Упоминал какое-нибудь название?

 – Техас, да, Пондероза.

 Роберт предпринял еще одну попытку.

 – Этот человек сидел рядом с вами, он…

 Священник снова начал бредить.

 – Они идут! Настает Армагеддон. Библия лжет! Землю захватит дьявол. – Священник перешел на крик. – Смотрите! Смотрите! Я вижу их!

 В палату вбежала сестра и с укоризной посмотрела на Роберта.

 – Вам надо уйти, синьор.

 – Мне нужна еще всего одна минута…

 – Нет, синьор, уходите.

 Роберт бросил последний взгляд на священника, тот метался в бреду. Роберт повернулся, чтобы уйти, делать ему здесь больше было нечего. Он надеялся, что священник сможет вывести его на техасца, но из этого ничего не вышло.

 Вернувшись к машине, Роберт направился в Рим. Теперь все это было кончено. Единственные сведения, если их можно было назвать сведениями, заключались в упоминании русской женщины, техасца и венгра. Но отыскать их не было никакой возможности. Если бы священник хоть немного еще побыл в здравом уме! Удача была так близка! Что там он говорил? "Пондероза. Старец, наверное, слишком много смотрел телевизор, и в бреду у него возникли ассоциации Техаса с когда-то популярным телешоу «Бонанза». Пондерозой называлось место, где жила вымышленная семья Картрайтов. Пондероза… Роберт снизил скорость и съехал на обочину, мысли его лихорадочно крутились в голове. Развернув машину, он направился назад в Орвието.

 Спустя полчаса Роберт уже разговаривал с барменом небольшого кафе на площади Республики.

 – У вас прекрасный город, – сказал Роберт, – очень тихий.

 – О да, синьор. Здесь очень спокойно. Вы бывали раньше в Италии?

 – Я провел часть медового месяца в Риме.

 «Ты воплотил в действительность мои мечты, Роберт. Я с детства мечтала побывать в Риме».

 – А-а, в Риме. Очень большой и шумный город.

 – Согласен с вами.

 – Мы живем здесь простой жизнью, но все счастливы.

 – Я заметил здесь на многих крышах телевизионные антенны, – как бы мимоходом заметил Роберт.

 – Да, конечно. Не отстаем от современной жизни.

 – Это заметно. Сколько каналов телевидения вы смотрите?

 – Только один.

 – А я думал, что вы смотрите американские телешоу.

 – Нет, нет. Это официальный правительственный канал. По нему показывают только итальянские передачи.

 «Вот оно!»

 – Благодарю вас.

 Роберт позвонил адмиралу Уиттакеру.

 – Кабинет адмирала Уиттакера, – раздался в трубке голос секретарши. Роберт попытался представить себе кабинет. Наверное, какая-нибудь дыра, такие кабинеты предоставляются правительственным служащим, в которых больше не нуждаются.

 – Это коммандер Беллами, могу я поговорить с адмиралом?

 – Минутку, коммандер.

 Роберту было интересно, поддерживает ли кто-нибудь связь с некогда могущественным адмиралом, который теперь занимается резервным флотом. Наверное, нет.

 – Рад слышать тебя, Роберт, – прозвучал в трубке голос адмирала. – Ты где?

 – Не могу сказать вам этого, сэр.

 Некоторое время адмирал молчал, потом заговорил снова.

 – Да, я понимаю. Требуется моя помощь?

 – Да, сэр. Я в затруднительном положении, потому что мне ни с кем нельзя вступать в контакт, но мне требуется посторонняя помощь. Не могли бы вы кое-что проверить для меня?

 – Я постараюсь. Что ты хочешь выяснить?

 – Мне надо знать, есть ли в Техасе какое-нибудь ранчо с названием Пондероза.

 – Это из телешоу «Бонанза»?

 – Да, сэр.

 – Хорошо, поищу. Как я свяжусь с тобой?

 – Думаю, будет лучше, если я сам позвоню вам, адмирал.

 – Ладно, дай мне час или два. Не волнуйся, все будет строго между нами.

 – Спасибо.

 По голосу адмирала Роберту показалось, что он даже как-то преобразился. Наконец-то к нему обратились с просьбой, даже если она и заключалась в поисках какого-то ранчо.

 Через два часа Роберт снова позвонил адмиралу Уиттакеру.

 – Я жду твоего звонка, – сказал адмирал, и в голосе его звучало удовлетворение. – Я раздобыл необходимую тебе информацию.

 – И что? – Роберт затаил дыхание.

 – В Техасе есть ранчо Пондероза, расположено в окрестностях Вако. Его владелец Дэн Уэйн.

 Роберт облегченно вздохнул.

 – Большое спасибо, адмирал. С меня по возвращении обед.

 – Буду ждать, Роберт.

 Следующий звонок был генералу Хиллиарду.

 – Я обнаружил еще одного свидетеля в Италии. Отец Патрини.

 – Священник?

 – Да, из Орвието. Он лежит в больнице, очень болен. Боюсь, что итальянские власти не смогут поговорить с ним.

 – Я прослежу за этим. Спасибо, коммандер.

 Спустя две минуты генерал Хиллиард уже звонил Янусу.

 – Есть новости от коммандера Беллами. Очередной свидетель – священник, отец Патрини из Орвието.

 – Позаботьтесь о нем.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА «СИФАР».

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 5. ОТЕЦ ПАТРИНИ – ОРВИЕТО.

 КОНЕЦ.

 

 Штаб-квартира итальянской службы безопасности «Сифар» располагалась на виа Пинета, на южной окраине Рима, в районе, окруженном фермерскими домиками. Единственное, что могло привлечь внимание прохожих к неприметным, похожим на фабричные зданиям, занимавшим два квартала, так это высокая стена, окружающая их, да еще колючая проволока поверх стены и сторожевые вышки. В этих казармах размещалась одна из самых секретных в мире служб безопасности, а вывески на зданиях гласили: «Посторонним вход воспрещен».

 В скромном кабинете на первом этаже главного здания полковник Франческо Сезар изучал только что полученную телеграмму. Полковнику было слегка за пятьдесят, это был мужчина с мускулистым телом и рябым бульдожьим лицом. Он в третий раз перечитал телеграмму.

 «Итак, операция „Конец света“ близится к благополучному завершению. Прекрасно. Хорошо, что мы тщательно подготовились», – подумал Сезар. Он еще раз прочитал телеграмму. 3начит, священник.

 После полуночи мимо стола ночных дежурных сестер в больнице Орвието прошла монахиня.

 – Наверно, она пошла к синьоре Филлипи, – сказала сестра Томазино. – Или к ней, или к старику Ригано, они оба при смерти, – ответила другая сестра.

 Монахиня молча завернула за угол, прошла по коридору и вошла прямо в палату священника. Он спокойно спал, сложив руки на груди, словно в молитве. Выглянувшая из-за облаков луна бросила луч на лицо священника. Монахиня достала из-под рясы небольшую коробочку, осторожно вынула из нее красивые стеклянные четки и вложила их в руки старого священника. Перебирая бусины четок, она отыскала нужную и быстро резанула ею по большому пальцу священника. На месте пореза появилась кровь. Тогда монахиня достала из своей коробки небольшой пузырек и с помощью пипетки капнула три капли содержимого пузырька в рану.

 Смертоносный яд подействовал через несколько минут. Монахиня вздохнула, перекрестила мертвого священника и тихонько удалилась.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. «СИФАР» 3АМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 5. ОТЕЦ ПАТРИНИ, ОРВИЕТО – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

Глава 26

 Фрэнк Джонсон был завербован потому, что служил в «зеленых беретах» во Вьетнаме и был известен среди сослуживцев своей кличкой Машина-убийца. Он любил убивать, был честолюбив и очень умен.

 – Он нам очень подходит, – сказал Янус. – Прощупайте его осторожно, мне бы не хотелось потерять такого человека.

 Первый разговор с Фрэнком Джонсоном провел армейский капитан.

 – Разве тебя не тревожит наше правительство? – спросил капитан. – Им руководит кучка слабодушных людей, разбазаривающих страну. Мы нуждаемся в ядерном оружии, а эти чертовы политиканы запрещают нам строить новые заводы. Из-за нефти мы зависим от проклятых арабов, так почему же правительство не позволяет разработку собственных морских скважин? Они, видите ли, больше заботятся о рыбе, чем о нас. Разве это разумно?

 – Я разделяю твою точку зрения, – сказал Фрэнк Джонсон.

 – Я знал, что ты согласишься со мной, потому что ты умный, – сказал капитан и посмотрел Джонсону прямо в лицо. – Если Конгресс не предпримет никаких мер по спасению нашей страны, то тогда это придется сделать некоторым из нас.

 Фрэнк удивленно посмотрел на него.

 – Некоторым из нас?

 – Да. «Для начала с него достаточно», – подумал капитан. – Ладно, мы с тобой позже поговорим об этом.

 Следующий разговор был уже более конкретным.

 – Существует группа патриотов, Фрэнк, заинтересованных в защите нашего мира. Это высокопоставленные лица, обладающие властью. Они создали комитет. Пришлось обойти некоторые законы, но, в конце концов, дело стоит того. Тебя это интересует?

 Фрэнк Джонсон усмехнулся.

 – Очень интересует.

 Это было только начало. Следующая встреча состоялась в Оттаве, в Канаде. Фрэнк Джонсон познакомился с некоторыми из членов комитета. Они представляли влиятельные круги двенадцати стран.

 – У нас надежная организация, – объяснял Джонсону один из членов комитета. – Все приказы четко передаются по цепочке, у нас есть отделы пропаганды, вербовки, связи, тактики… и отряд смертников. Почти все разведывательные службы мира связаны с нашим комитетом.

 – Вы имеете в виду – руководители…

 – Нет, не руководители. 3аместители, практики, которые понимают ситуацию и осознают, в какой опасности находятся наши страны.

 Собрания комитета проводились по всему миру – Швейцария, Марокко, Китай, – и Джонсон присутствовал на всех собраниях.

 За шесть месяцев до описываемых событий полковник Джонсон встретился с Янусом.

 – Вас очень хвалят, полковник.

 Джонсон усмехнулся.

 – Мне нравится моя работа.

 – Да, я слышал. Вы можете оказать нам хорошую помощь.

 – Сделаю все, что смогу.

 – Хорошо. На Ферме вы отвечаете за подготовку секретных агентов для различных спецслужб.

 – Совершенно верно.

 – И вам известны возможности всех агентов.

 – Безусловно.

 – Я хотел бы, чтобы вы вербовали тех агентов, которые, по вашему мнению, могли бы принести наибольшую пользу нашей организации. Нас интересуют только лучшие.

 – Это просто, – ответил полковник Джонсон. – Никаких проблем. – Он несколько замялся. – Но…

 – Да?

 – С этим заданием я могу справиться одной левой, а мне хотелось бы чего-нибудь более серьезного. – Полковник наклонился вперед. – Я слышал об операции «Конец света». Это как раз по мне, я хотел бы участвовать в ней, сэр.

 Некоторое время Янус внимательно разглядывал его, потом кивнул.

 – Очень хорошо, считайте себя участником операции.

 Джонсон улыбнулся.

 – Благодарю вас, сэр, вы не пожалеете о принятом решении.

 После этого разговора полковник Джонсон чувствовал себя счастливым человеком. У него появился шанс показать всем, чего он стоит.

Глава 27

День восьмой. Вако, Техас, США

 У Дэна Уэйна сегодня был плохой день, можно даже сказать, ужасный. Он только что вернулся из Вако с заседания суда, на котором его объявили банкротом. Жена Дэна, сбежавшая к своему любовнику, молодому врачу, начала дело о разводе, требуя половину всего имущества Дэна (как Дэн сказал адвокату, ей может достаться половина от ничего). Ему предстояло зарезать одного из своих лучших буйволов, и Дэн чувствовал, что и его самого ожидает печальная судьба. Теперь он уже ничего не мог поделать. Когда-то он был хорошим мужем и хорошим хозяином, а теперь сидел в своем кабинете и размышлял о мрачном будущем.

 Дэн Уэйн был гордым человеком, он прекрасно знал все шутки о техасцах, в которых они представлялись очень крикливыми и неимоверно хвастливыми людьми, но Дэн был уверен, что ему действительно есть чем похвастаться. Он родился в Вако, богатом земледельческом районе долины реки Бразос. Вако был современным городом, но до сих пор хранил приметы прошлого, когда главными в жизни города были крупный рогатый скот, хлопок, кукуруза, студенты и культура. Уэйн любил Вако всем сердцем и душой, и когда он в туристическом автобусе в Швейцарии познакомился с итальянским священником, то почти пять часов рассказывал тому о своем родном городе. Священник сказал ему, что хотел бы попрактиковаться в английском, но на самом деле всю дорогу говорил только один Дэн.

 – В Вако есть все, – убеждал он священника. – У нас великолепный климат, мы не позволяем ему быть слишком жарким или слишком холодным. У нас двадцать три школы и университет, четыре газеты, десять радиостанций и пять телевизионных каналов. Если вы любите рыбалку, отец, то никогда не забудете нашу реку Бразос, а еще здесь есть охотничье ранчо и крупный культурный центр. Я говорю вам, что Вако – один из самых уникальных городов в мире, вы обязательно должны посетить его.

 Маленький старый священник улыбался и согласно кивал, а Уэйну было интересно, насколько он в действительности понимает английский.

 Отец Дэна Уэйна оставил в наследство сыну тысячу акров земли, и Дэн увеличил поголовье скота с двух до десяти тысяч. А еще у него был призовой жеребец, стоящий кучу денег. Но теперь эти ублюдки пытаются все отобрать у него. Ведь это не его вина, что перестали покупать крупный рогатый скот и ему нечем было оплатить закладную на имущество. Банки закрыли перед ним свои двери, и единственным спасением для Дэна было найти кого-нибудь, кто купил бы ранчо, расплатился с кредиторами, оставив при этом и ему немного на жизнь.

 Уэйн прослышал о богатом швейцарце, который подыскивал себе ранчо в Техасе, и вылетел в Цюрих, чтобы встретиться с ним. Но его поездка оказалась бесполезной: швейцарец, оказывается, хотел приобрести ранчо с одним или двумя акрами земли и небольшим садом. Дерьмо!

 Вот каким образом Дэн Уэйн оказался в туристическом автобусе, когда произошли невероятные вещи. Ему приходилось читать о летающих тарелках, но Дэн никогда не верил в них. Вернувшись домой, он позвонил редактору местной газеты.

 – Джонни, клянусь Богом, я только что видел летающую тарелку, внутри которой были странные мертвые существа.

 – Да? А фотографии у тебя есть, Дэн?

 – Нет. Я сделал несколько снимков, но они не получились.

 – Ладно, не беспокойся, мы пришлем своего фотографа. Она у тебя на ранчо?

 – Нет, это было в Швейцарии.

 В разговоре наступила пауза.

 – Ох, Дэн. Вот если летающая тарелка сядет у тебя на ранчо, тогда и звони нам.

 – Подожди минутку! Мне пришлет фотографию один парень, который тоже видел эту штуку.

 Но Джонни уже повесил трубку.

 Уэйну даже хотелось, чтобы пришельцы вторглись на Землю, тогда они, может быть, поубивали бы его чертовых кредиторов. Услышав шум подъехавшего автомобиля, Дэн встал и подошел к окну. «Похож на человека с Восточного побережья, возможно, что очередной кредитор». В эти дни они зачастили сюда.

 Дэн распахнул входную дверь.

 – Здравствуйте.

 – Дэниел Уэйн?

 – Друзья называют меня Дэном. Что вам угодно?

 Дэн Уэйн оказался совсем не таким, каким его ожидал увидеть Роберт. Он предполагал встретить типичного техасского парня, а Дэн выглядел вполне аристократично, и манеры его были на высоте. Единственное, что выдавало в нем техасца, так это акцент.

 – Не могли бы вы уделить мне несколько минут?

 – Пожалуйста, это все, что у меня осталось. Кстати, вы не кредитор?

 – Кредитор? О нет.

 – Очень хорошо, входите.

 Они прошли в большую гостиную, обставленную комфортабельной мебелью в западном стиле.

 – У вас здесь очень уютно, – сказал Роберт.

 – Да, я ведь родился в этом доме. Могу я вам что-нибудь предложить? Может быть, выпьете чего-нибудь холодненького?

 – Нет, благодарю вас.

 – Садитесь, пожалуйста.

 Роберт сел на мягкий кожаный диван.

 – Зачем вы хотели меня видеть?

 – Вы ведь ездили на прошлой неделе в туристическом автобусе по Швейцарии?

 – Верно. Это моя бывшая жена устроила за мной слежку? Вы работаете на нее, да?

 – Нет, сэр.

 – А-а. – Внезапно Дэн все понял. – Вы интересуетесь НЛО. Самая ужасная штука, какие мне приходилось видеть, она все время меняла цвет, а внутри были мертвые пришельцы! – Он передернул плечами. – Даже во сне все время снится.

 – Мистер Уэйн, не могли бы вы рассказать мне о других пассажирах автобуса?

 – Сожалею, но тут я вам ничем не могу помочь. Я ведь ездил один.

 – Я знаю, но вы ведь разговаривали с другими пассажирами, не так ли? – Сказать по правде, у меня голова была занята совсем другим. Я не обращал внимания на других пассажиров.

 – Но, может быть, вы помните что-нибудь о них?

 Дэн задумался.

 – Там был итальянский священник, вот с ним я довольно много разговаривал. Он показался мне хорошим человеком, эта летающая тарелка буквально потрясла его. Он все время говорил о дьяволе.

 – А с кем-нибудь еще вы разговаривали?

 Дэн пожал плечами.

 – Не то что бы… Постойте, я немного поговорил с парнем, который владеет банком в Канаде. – Он облизнул губы. – Сказать по правде, у меня небольшие финансовые затруднения с ранчо, похоже, что мне придется его лишиться. Я ненавижу этих чертовых банкиров, они все просто кровопийцы. Я почему-то подумал, что этот парень не такой, и когда узнал, что он банкир, то поговорил с ним насчет ссуды. Но и он оказался ничуть не лучше остальных.

 – Вы говорите, он из Канады?

 – Да, Форт-Смит, Северо-Западные территории. Боюсь, что мне больше нечего сообщить вам.

 Роберт постарался скрыть свое возбуждение.

 – Благодарю вас, мистер Уэйн, вы очень помогли мне. – Роберт поднялся.

 – Действительно?

 – Да.

 – Может быть, останетесь на ужин?

 – Нет, спасибо, мне пора. Желаю удачи на ранчо.

 – Спасибо.

 Форт– Смит, Канада, Северо-Западные территории Роберт ждал, когда генерал Хиллиард подойдет к телефону.

 – Слушаю вас, коммандер.

 – Я разыскал еще одного свидетеля. Дэн Уэйн, владелец ранчо Пондероза в Вако, штат Техас.

 – Очень хорошо, представитель нашего отделения в Далласе поговорит с ним.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА ЦРУ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 6. ДЭНИЕЛ УЭЙН – ВАКО.

 КОНЕЦ.

 

 В Лэнгли, штат Виргиния, заместитель директора ЦРУ внимательно прочитал телеграмму и задумался. Уже шестой, дела идут неплохо. Коммандер Беллами отлично справляется с работой, очень мудро поступили, что выбрали именно его. Янус оказался прав. Да, Янус обладает большой властью, позволяющей ему осуществлять все свои замыслы… громадной властью. Директор еще раз прочитал телеграмму. «Надо сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай, это будет несложно». Он нажал кнопку звонка.

 Двое мужчин прибыли на ранчо в темно-синем фургоне. Остановив машину во дворе, они вылезли и внимательно огляделись. Дэну Уэйну даже подумалось, что это будущие владельцы ранчо. Он открыл дверь.

 – Дэн Уэйн?

 – Да, чем могу…

 Это были его последние слова. Один из мужчин шагнул ему за спину и нанес дубинкой сильный удар по черепу.

 Тот из мужчин, что был покрупнее, забросил бесчувственное тело Дэна на плечо и направился в конюшню. Там было восемь лошадей, но мужчина не обратил на них внимания и прошел к последнему стойлу, где находился прекрасный черный жеребец.

 – Вон он, – сказал мужчина и опустил тело Дэна на землю.

 Второй мужчина поднял с земли кнут, подошел к стойлу и стегнул жеребца. Жеребец заржал и попятился назад, но мужчина продолжал наносить ему сильные удары по носу. Жеребец взбесился, стал метаться по тесному стойлу, пытаясь разломать стенки. Он обнажил зубы, глаза налились кровью. – Пора, – сказал мужчина.

 Его спутник поднял тело Дэна и просунул его в стойло через приоткрытую дверцу. Несколько минут они наблюдали за кровавой сценой, потом, удовлетворенные, повернулись и ушли.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ЦРУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 6. ДЭНИЕЛ УЭЙН, ВАКО – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

Глава 28

День девятый. Форт-Смит, Канада. Северо-Западные территории

 Форт-Смит представлял собой процветающий городок с населением в две тысячи человек, главным образом фермеры, владельцы ранчо. Климат здесь был суровым, с длинными, холодными зимами, так что этот городок был живым доказательством теории Дарвина о выживании наиболее приспособленных. Уильям Манн как раз и был одним из самых приспособленных и выживших.

 Он родился в Мичигане, но в возрасте тридцати лет ему случилось побывать в Форт-Смите во время поездки на рыбалку, и тогда Уильям решил, что городское общество нуждается еще в одном хорошем банке. В городе был всего один банк, и Манну понадобилось менее двух лет, чтобы вытеснить своего конкурента. Уильям управлял своим банком так, как и следовало это делать. Его божеством была математика, но он видел в ней только цифры, приносящие доход. У него был любимый анекдот о человеке, который пришел к банкиру просить взаймы денег, чтобы сделать немедленную операцию и спасти жизнь своему сыну. Когда банкир узнал, что проситель ничего не может предоставить в залог, он указал ему на дверь.

 – Я уйду, – сказал проситель, – но скажу вам то, что давно собирался сказать. Я никогда не встречал такого бессердечного человека.

 – Подождите минутку, – ответил банкир, – у меня есть к вам предложение. Один глаз у меня искусственный, и если вы скажете мне какой, то я дам вам денег.

 – Левый, – моментально ответил проситель.

 Банкир очень удивился.

 – Этого никто не знает. Как вы угадали?

 – Это легко. В вашем левом глазу я на секунду заметил проблеск сочувствия, поэтому и решил, что он искусственный.

 Уильяму Манну очень нравился этот анекдот. Нельзя вести дела, руководствуясь сочувствием. И, пока другие банки в Канаде и Соединенных Штатах рушились, словно кегли, банк Уильяма Манна все более процветал. Философия Манна была простой: никаких ссуд для начинающих бизнес, никаких инвестиций в сомнительные предприятия, никаких ссуд соседям, чьи дети могут нуждаться в операции.

 Манн с глубоким уважением относился к банковской системе Швейцарии, а цюрихских банкиров считал самыми лучшими. Поэтому в один прекрасный день он решил отправиться в Швейцарию поговорить с некоторыми из банкиров, научиться у них чему-нибудь, чего он мог еще не знать и что помогло бы ему выжимать еще больше американских центов из канадских долларов. Встретили его в Швейцарии очень любезно, но он так и не почерпнул там для себя ничего нового. Его собственные методы были превосходными, о чем ему без колебания и сообщили швейцарские банкиры.

 В день отъезда Манн решил съездить в туристическую поездку в Альпы. Он нашел поездку скучной, и, хотя пейзажи были привлекательными, они были ничуть не лучше пейзажей в окрестностях Форт-Смита. Один из пассажиров, какой-то техасец, попытался уговорить его дать ему ссуду, чтобы спасти от банкротства свое ранчо, но он рассмеялся американцу в лицо. Единственное, что привлекло его внимание в этой поездке, так это падение так называемой летающей тарелки. Уильям, конечно, не поверил в реальность происходившего, он был уверен, что все это было подстроено швейцарскими властями с целью привлечения туристов. Ему приходилось бывать в Диснейленде, он видел там подобные штуки, которые казались настоящими, но на деле оказывались фальшивкой.

 Уильям Манн с радостью покинул Швейцарию и вернулся домой.

 Рабочий день банкира был расписан строго по минутам, и, когда секретарша сообщила, что его хочет видеть какой-то человек, первой мыслью Манна было не принимать его.

 – Что ему нужно? – спросил он.

 – Он говорит, что хочет взять у вас интервью. Он пишет статью о банкирах.

 Это в корне меняло дело, известность всегда была на пользу бизнесу. Уильям Манн поправил пиджак, пригладил волосы и сказал секретарше:

 – Просите.

 Посетитель был американцем, хорошо одет, и это должно было означать, что он работает в крупном журнале или газете.

 – Мистер Манн?

 – Да.

 – Роберт Беллами.

 – Секретарша сказала, что вы хотите написать обо мне статью.

 – Ну, не совсем о вас, но вы, естественно, будете в ней упомянуты. Моя газета…

 – Какую газету вы представляете?

 – «Уолл-стрит джорнэл».

 – Превосходно.

 – Наша газета считает, что большинство банкиров оторваны от событий в мире. Они редко путешествуют, не посещают другие страны. А у вас, мистер Манн, наоборот, репутация человека, который много путешествует.

 – Надеюсь, что да, – скромно согласился банкир. – Кстати, только на прошлой неделе я вернулся из поездки по Швейцарии.

 – Действительно? Вам понравилось там?

 – Да. Я встретился там с несколькими банкирами, и мы обсудили с ними вопросы мировой экономики.

 Роберт достал блокнот и сделал какие-то пометки.

 – А оставалось ли у вас время для отдыха?

 – Почти нет. О, я совершил небольшую туристическую поездку на автобусе. Я ведь раньше никогда не бывал в Альпах.

 Роберт снова что-то пометил в блокноте.

 – Туристическая поездка. Немножко не то, что нам надо, но… – Роберт подбодрил его улыбкой. – Вы, наверное, познакомились в автобусе с интересными людьми.

 – Интересными? – Манн подумал о техасце, который пытался выклянчить у него деньги. – Я бы не сказал.

 – Вот как?

 Манн посмотрел на него, репортер явно ожидал от него большего.

 – Там была русская девушка.

 Роберт что-то черкнул в блокноте.

 – Серьезно? Расскажите мне о ней.

 – Ну, мы разговорились, и я объяснил ей, насколько отсталой была Россия и какие ее ждали ужасы, если бы она продолжала идти старым путем.

 – Это, наверное, произвело на нее большое впечатление, – сказал Роберт.

 – Да, конечно. Вообще для русской она была довольно общительная девушка. Вы же знаете, эти русские обычно замкнутые.

 – Она называла свое имя?

 – Нет… хотя подождите, по-моему, Ольга.

 – А случайно не говорила, откуда она?

 – Да, она работает в центральной библиотеке в Киеве. Это была ее первая поездка за границу, и я считаю, что это благодаря перестройке и гласности. Если хотите знать мое мнение… – Он остановился, чтобы убедиться, что Роберт записывает его слова. – Горбачев вверг Россию в хаос, зато преподнес Бонну на блюдечке Восточную Германию. В политике Горбачев двигается очень быстро, а вот в экономике очень медленно.

 – Очень интересно, – пробормотал Роберт. Он провел с банкиром еще полчаса, слушая его рассуждения обо всем: от состояния Общего рынка до контроля за вооружениями. Однако никакой дополнительной информации о пассажирах автобуса получить не удалось.

 Вернувшись в гостиницу, Роберт позвонил в кабинет генерала Хиллиарда. – Подождите минутку, коммандер Беллами.

 Роберт услышал в трубке массу щелчков, и наконец его соединили с генералом.

 – Слушаю, коммандер.

 – Я обнаружил еще одного пассажира, генерал.

 – Как его зовут?

 – Уильям Манн, владелец банка в Форт-Смит в Канаде.

 – Благодарю вас. Немедленно свяжусь с канадскими властями, чтобы они поговорили с ним.

 – Кстати, он дал мне еще одну ниточку. Вечером я вылетаю в Россию, мне нужна туристическая виза.

 – Откуда вы звоните?

 – Из Форт-Смит.

 – Остановитесь в Стокгольме в отеле «Визигот», у портье будет конверт для вас.

 – Спасибо.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ КАНАДЫ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 7. УИЛЬЯМ МАНН – ФОРТ-СМИТ.

 КОНЕЦ.

 

 В одиннадцать вечера этого же дня в доме Уильяма Манна раздался звонок в дверь. Банкир никого не ждал и не любил неожиданных посетителей. Экономка уже ушла, а жена спала наверху в спальне. Недовольному банкиру пришлось самому открыть дверь. На пороге стояли двое мужчин в черных костюмах.

 – Уильям Манн?

 – Да.

 Один из мужчин достал удостоверение.

 – Мы из «Бэнк оф Кэнада». Разрешите войти?

 Манн нахмурился.

 – А в чем дело?

 – Если вы не возражаете, мы предпочли бы обсудить это в доме.

 – Хорошо. – Он провел мужчин в гостиную.

 – Вы недавно ездили в Швейцарию, не так ли?

 Вопрос озадачил его.

 – Что? Да, но какое отношение…

 – Пока вы отсутствовали, мы проверили ваши банковские книги, мистер Манн. Вам известно, что в вашем банке недостача в миллион долларов?

 Уильям Манн изумленно уставился на мужчин.

 – О чем вы говорите? Я лично каждую неделю проверяю эти книги, и никогда не было потеряно ни одного доллара!

 – Недостача в миллион долларов, мистер Манн. Мы считаем, что вы растратили эти деньги.

 Лицо банкира покрылось краской, когда он заговорил, то обнаружил, что заикается.

 – Как… как вы смеете! Убирайтесь отсюда, пока я не вызвал полицию. – Вряд ли это вам поможет. Нам просто требуется, чтобы вы раскаялись. Эти слова совершенно сбили его с толку.

 – Раскаялся? Но в чем? Вы сошли с ума!

 – Нет, сэр.

 «О Боже, это же просто грабители», – подумал банкир.

 – Послушайте, – сказал он, – берите все, что вам нужно. Обойдемся без насилия…

 – Сядьте, пожалуйста.

 Второй мужчина подошел к бару и, обнаружив, что он закрыт, разбил стеклянную дверцу. Достав большой стакан, он наполнил его виски и отнес Манну.

 – Выпейте, это поможет вам успокоиться.

 – Я… я никогда не пью после обеда. Мой доктор…

 Второй мужчина приставил пистолет к виску банкира.

 – Пейте, или я наполню этот стакан вашими мозгами.

 Манн понял, что он в руках маньяков. Взяв стакан дрожащей рукой, он сделал глоток.

 – Пейте еще.

 Манн сделал глоток побольше.

 – Что… что вы хотите? – Он повысил голос в надежде, что жена может услышать его и спустится вниз, но эта надежда была слишком призрачной. Он знал, как крепко она спит. Он понял, что мужчины точно были грабителями.

 – Берите что угодно, – сказал он, – я не буду мешать вам.

 – Допивайте виски.

 – В этом нет необходимости, я…

 Мужчина с силой ударил его в ухо, и Манн задохнулся от боли.

 – Допивайте.

 Он залпом допил виски, почувствовав, как оно обожгло внутренности. Голова закружилась.

 – Сейф наверху в спальне, – сказал Манн, чувствуя, что язык начинает заплетаться. – Я вам его открою. – Может быть, это разбудит жену и она вызовет полицию.

 – Мы не торопимся, – сказал мужчина с пистолетом. – У вас есть время, чтобы еще выпить.

 Второй мужчина вернулся к бару, снова наполнил стакан виски и протянул его Манну.

 – Держите.

 – Нет, – запротестовал Манн, – я не хочу. Мужчина насильно сунул ему в руку стакан. – Пейте.

 – Я действительно не…

 Кулак незнакомца снова опустился ему на ухо, и банкир чуть не потерял сознание от боли.

 – Пейте.

 «Ладно, если уж им так хочется. Чем быстрее закончится этот кошмар, тем лучше».

 Манн сделал большой глоток и почувствовал тошноту.

 – Если я еще выпью, то мне станет плохо.

 – Если вам станет плохо, то я убью вас, – спокойно сказал мужчина с пистолетом.

 Манн посмотрел на него, потом на его спутника, в глазах у него двоилось.

 – Что же вам нужно? – пробормотал он.

 – Мы же сказали вам, мистер Манн, нам нужно ваше раскаяние.

 Банкир пьяно кивнул головой.

 – Хорошо, я раскаиваюсь.

 Мужчина улыбнулся.

 – Вот видите, это все, что нам нужно. А теперь… – Он вложил в руку банкира лист бумаги. – Теперь напишите: «Мне очень жаль, простите меня». Уильям Манн поглядел на него туманным взглядом.

 – И это все?

 – Да, все. А потом мы уйдем.

 Банкир почувствовал внезапный прилив радости. «Так вот в чем дело, значит, они просто религиозные фанатики. Как только они уйдут, он сможет позвонить в полицию, и их арестуют. Тогда он посмотрит на этих ублюдков». – Пишите, мистер Манн.

 Ему было трудно сосредоточиться.

 – Что, вы сказали, мне надо написать?

 – Напишите просто: «Мне очень жаль, простите меня».

 – Хорошо. – Манн с трудом держал в руках ручку, собрав последние силы, он написал: «Мне очень жаль, простите меня».

 Мужчина забрал у него лист бумаги, осторожно держа за краешек.

 – Очень хорошо, мистер Манн. Вот видите, как это легко.

 Комната начала вращаться перед глазами Уильяма.

 – Да, спасибо, я раскаялся. Теперь вы уйдете?

 – Я заметил, что вы левша.

 – Что?

 – Вы левша?

 – Да.

 – В последнее время часто случаются преступления, мистер Манн. Мы оставим вам этот пистолет в целях безопасности.

 Мужчина вложил пистолет банкиру в левую руку.

 – Вы умеете пользоваться пистолетом?

 – Нет.

 – Это очень просто. Надо сделать вот так… – Мужчина поднес дуло пистолета к виску банкира и нажал на его палец, лежавший на спусковом крючке. Раздался приглушенный выстрел, и кровь закапала на пол.

 – Нам здесь больше делать нечего, – сказал один из мужчин. – Спокойной ночи, мистер Манн.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ КАНАДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 7. УИЛЬЯМ МАНН, ФОРТ-СМИТ – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

 

День десятый. Форт-Смит, Канада, Северо-Западные территории

 На следующее утро чиновники, проводившие ревизию в банке, сообщили о недостаче в миллион долларов. Полиция решила, что Манн покончил самоубийством.

 Пропавшие деньги так и не были никогда найдены.

Глава 29

День одиннадцатый. Брюссель, Бельгия – 3.00

 Генерал Шипли, начальник штаба войск НАТО, был разбужен ночью адъютантом.

 – Прошу прощения, что разбудил вас, генерал, но дело серьезное.

 Генерал сел на кровати, приходя в себя ото сна. Он лег поздно, потому что у него была встреча с группой сенаторов из Соединенных Штатов.

 – В чем дело, Билли?

 – Мне только что позвонили из нашего радиолокационного центра, сэр. Дело в том, что или все оборудование вышло из строя, или мы имеем дело с какими-то неизвестными визитерами.

 Генерал Шипли вылез из кровати.

 – Передайте им, что я буду через пять минут.

 Полутемный радиолокационный зал был полон рядовых и офицеров, собравшихся вокруг светящихся экранов в центре зала. При появлении генерала все повернулись в его сторону и замерли по стойке «смирно».

 – Вольно. – Генерал подошел к начальнику радиолокационного центра капитану Мюллеру.

 – Что происходит, Льюис?

 Капитан Мюллер почесал затылок.

 – Ничего не понимаю, сэр. Вы знаете какой-нибудь самолет, который мог бы двигаться со скоростью двадцать две тысячи миль в час, моментально останавливаться и давать задний ход?

 Генерал Шипли удивленно посмотрел на него.

 – О чем вы говорите?

 – Судя по данным наших радаров, именно такая картина и наблюдается последние полчаса. Сначала мы подумали, что это может испытываться какое-нибудь электронное средство, но потом связались с русскими, англичанами, французами, и они сказали, что на экранах их радаров происходит то же самое.

 – Значит, дело не в поломке оборудования, – медленно произнес генерал.

 – Нет, сэр. Не могут же все радары в мире одновременно выйти из строя.

 – Сколько таких целей на экране?

 – Свыше десяти. Они движутся так быстро, что за ними очень трудно следить, мы их захватываем, а они снова исчезают. Мы исключили атмосферные явления, метеориты, шаровые молнии, метеозонды и все известные виды летательных аппаратов. Я хотел поднять в воздух несколько самолетов, но эти объекты летают так высоко, что мы не сможем даже приблизиться к ним. Генерал подошел к одному из радаров.

 – В данный момент что-нибудь наблюдается?

 – Нет, сэр, они ушли. – Капитан несколько замялся. – Но, генерал, у меня ужасное предчувствие, что они вернутся.

Глава 30

Оттава, Канада – 5.00

 Когда Янус закончил читать доклад генерала Шипли, итальянец вскочил и возбужденно воскликнул:

 – Они готовятся к вторжению!

 – Они уже и так вторглись в нашу жизнь, – сказал француз.

 – Мы опоздали, это катастрофа, – заметил русский. – У нас нет выхода…

 – Джентльмены, мы сможем предотвратить эту катастрофу, – оборвал его Янус.

 – Каким образом? Вы ведь знаете их требования, – поинтересовался англичанин.

 – Об их требованиях не может быть и речи, – вмешался бразилец. – Это не их дело, а наше, как поступать с собственными деревьями. Так называемый тепличный эффект – это просто фикция, совершенно недоказуемая.

 – А что нам делать? – спросил немец. – Если они заставят нас очистить воздух над всеми нашими городами, то нам придется закрыть все заводы. У нас не останется промышленных предприятий.

 – А мы будем вынуждены прекратить производство автомобилей, – добавил японец. – Во что тогда превратится цивилизованный мир?

 – Мы все в одинаковом положении, – сказал русский. – Если, как они требуют, нам придется прекратить загрязнение окружающей среды, то это будет крах для мировой экономики. Надо выиграть время, необходимое для создания космического оружия, и тогда мы справимся с ними.

 – Мы все абсолютно согласны с вами, – решительно заявил Янус. – Главной задачей в настоящее время является успокоить людей и избежать распространения паники.

 – Как идут дела у коммандера Беллами? – поинтересовался канадец.

 – Очень хорошо, думаю, через день-два он закончит.

Глава 31

Киев, СССР

 Ольга Романенко, как и большинство женщин ее страны, была разочарована в перестройке. Вначале все обещаемые перемены, ставившие своей целью улучшение благосостояния людей, звучали очень привлекательно. Ветры свободы захлестнули улицы, воздух был полон надежды. Обещали, что в магазинах будет свежее мясо, овощи, модная одежда, настоящая кожаная обувь и много других хороших товаров. Но теперь, спустя шесть лет после начала перестройки, наступило горькое разочарование. Товары совсем пропали из магазинов, приобрести их можно было только на черном рынке, ощущалась нехватка всего, а цены росли. Главные улицы города до сих пор были в колдобинах. Организовывались демонстрации протеста, росла преступность. Перестройка и гласность теперь уже казались пустыми обещаниями политиканов.

 Ольга уже семь лет работала в библиотеке, расположенной в центре Киева на площади Ленинского комсомола. В свои тридцать два года она ни разу не выезжала за пределы СССР. Ольга была довольно привлекательной женщиной, правда, несколько полноватой, но в России это не считалось недостатком. У нее в прошлом было два жениха, с которыми она рассталась: Дмитрий уехал в Ленинград, а Иван в Москву. Ольга тоже хотела уехать в Москву и жить с Иваном, но без прописки это было невозможно. Приближался ее день рождения, и Ольга решила, что надо бы посмотреть мир, пока снова не опустился железный занавес. Она пошла к заведующей библиотекой, которая приходилась ей тетей.

 – Я хотела бы взять отпуск, – сказала Ольга.

 – Когда?

 – Со следующей недели.

 – Ладно, отдыхай.

 Все устроилось просто. До перестройки отпуск предполагал поездку на Черное море, или в Самарканд, или в Тбилиси, или в какое-нибудь другое место Советского Союза. Но теперь, если она, конечно, поторопится, для нее открыт весь мир. Ольга сняла с полки атлас и раскрыла его. Какой большой мир! Африка, Азия, Северная и Южная Америка… Но так далеко ехать она боялась, поэтому открыла страницу с картой Европы. «Швейцария», – подумала она, – «вот куда я поеду».

 Она бы ни за что не призналась никому, что главной причиной, по которой она выбрала Швейцарию было то, что однажды ей пришлось попробовать швейцарский шоколад и она не могла забыть его вкус. Ольга любила сладости, но конфеты в России, если даже их удавалось достать, были несладкими и невкусными.

 Но то, что она однажды попробовала швейцарский шоколад, стоило ей жизни.

 Полет на самолете Аэрофлота в Цюрих понравился Ольге, которая раньше никогда не летала. Когда самолет приземлился в международном аэропорту города, ей показалось, что даже воздух там был какой-то другой. «Может быть, он просто пахнет настоящей свободой?» – подумала Ольга. Ее финансовые возможности были крайне ограничены, поэтому она сняла номер в маленьком, недорогом отеле.

 Подойдя к стойке, она обратилась к клерку на ломаном английском.

 – Я первый раз в Швейцарии, не могли бы вы подсказать мне, что следует посмотреть?

 – Конечно, здесь много всего интересного. Может быть, вам стоит начать с туристической поездки по городу? Я это организую для вас.

 – Спасибо.

 Ольге очень понравилась Швейцария, а в Цюрихе она прямо-таки испытывала благоговейный трепет. Люди на улицах были прекрасно одеты и разъезжали в таких дорогих автомобилях. Ольге казалось, что все в Цюрихе миллионеры. А магазины! Она ходила по Банхофштрассе, на которой располагались главные магазины, и восхищалась витринами. В них были одежда, обувь, белье, ювелирные изделия, посуда, мебель, автомобили, книги, телевизоры, радиоприемники, игрушки и музыкальные инструменты. Казалось, что этим товарам, выставленным на продажу, нет конца. А потом Ольга зашла в знаменитый кондитерский магазин Спрюнгли. Какой здесь был шоколад! Четыре громадные витрины были заполнены самым различным шоколадом: громадные коробки ассорти, шоколадные кролики, шоколадные шары, орехи, бананы в шоколаде, шоколадные бусы с ликером внутри каждой бусины. От одного только взгляда на эти витрины можно было получить наслаждение. Ольге хотелось купить все, но когда она узнала цены, то денег ей хватило только на маленькую коробочку ассорти и большой леденец.

 На следующей неделе Ольга посетила цюрихский парк, музей Гроссмюнстер – церковь, построенную в одиннадцатом веке, и осмотрела еще десяток различных достопримечательностей. И вот наконец пора было уезжать.

 В отеле к ней обратился клерк.

 – У туристической компании «Саншайн Турз» есть прекрасный автобусный маршрут в Альпы. Я подумал, что перед отъездом вы могли бы съездить в горы.

 – Спасибо, – сказала Ольга. – Я так и сделаю.

 Выйдя из отеля, она первым делом снова зашла в Спрюнгли, а уж потом направилась в туристическое агентство, где приобрела билет в туристическую поездку. Поездка ей очень понравилась, такие роскошные пейзажи! А в середине поездки они видели взрыв, и Ольга подумала, что это, наверное, летающая тарелка, однако канадский банкир, сидевший рядом с ней, объяснил, что весь этот спектакль организован швейцарскими властями с целью привлечения туристов. Его слова не очень убедили Ольгу, и по возвращении в Киев она обо всем рассказала своей тете.

 – Конечно, это была летающая тарелка, – сказала тетя. – Они все время летают над Россией. Тебе надо продать свою историю в газету.

 Ольга так и собралась поступить, но боялась, что над ней будут смеяться. Коммунистической партии не очень нравилось, когда ее члены становились объектом внимания прессы, тем более в таком необычном случае. Как бы то ни было, Ольга считала этот отпуск одним из самых светлых моментов своей жизни. Ей было очень трудно снова втянуться в работу. Дорога в интуристовском автобусе по новой трассе от аэропорта до центра Киева заняла у Роберта час. Он впервые был в Киеве, и на него произвели впечатление тянувшиеся вдоль дороги новостройки. Автобус подъехал к гостинице «Днепр», и из него вылезли около двадцати пассажиров. Роберт посмотрел на часы – восемь вечера, библиотека, должно быть, уже закрыта. Ладно, его дело могло подождать до утра. Зарегистрировавшись у стойки, он выпил в баре и прошел в ресторан с побеленными стенами. На обед была икра, огурцы и помидоры, картофельный гарнир, украшенный тоненькими кусочками мяса. Сопровождался обед водкой и минеральной водой.

 Как и обещал генерал Хиллиард, в стокгольмском отеле Роберта ожидала туристическая виза в СССР. «У них неплохо налажено международное сотрудничество», – подумал Роберт. – "Только это не для меня, я работаю «голым».

 После обеда Роберт навел кое-какие справки у стойки и погулял по площади Ленинского комсомола. Киев произвел впечатление на Роберта. Этот один из самых древних городов был очень красив. Выглядел он вполне европейским городом и располагался на реке Днепр. Зеленые парки и обсаженные деревьями улицы, повсюду церкви, воистину выдающиеся памятники церковного зодчества. Храмы святых Владимира, Андрея и Софии (последний был заложен в 1037 году), Киево-Печерская Лавра. «Сюзан здесь очень понравилось бы», – подумал Роберт. – «Интересно, вернулась она из Бразилии?» Войдя в номер гостиницы, он первым делом позвонил ей, и, к его удивлению, его соединили почти немедленно.

 – Алло? – послышался ее грудной голос.

 – Привет, как там Бразилия?

 – Роберт! Я звонила тебе несколько раз, но никто не отвечал.

 – Меня не было дома.

 – О! – Сюзан была слишком понятливой, чтобы спрашивать, где он находится. – Ты хорошо себя чувствуешь?

 «Для евнуха я в прекрасной форме», – подумал Роберт.

 – Конечно, все в порядке. Как там денежный… как Монте?

 – У него все хорошо, Роберт, завтра мы отплываем в Гибралтар.

 "Конечно, на проклятой яхте этого денежного мешка. Как же она называется? Ах да, «Алкиона».

 – На яхте?

 – Да. Ты можешь звонить мне прямо на яхту. Помнишь номер?

 Он помнил номер: WS 337. «Что означали эти буквы? Прекрасная Сюзан?… Почему мы расстались?… Похититель жен?»

 – Роберт?

 – Да, я помню.

 – Ты позвонишь? Просто дай мне знать, что у тебя все в порядке.

 – Ладно, я скучаю без тебя, детка.

 Наступила длинная, болезненная пауза. Роберт ждал. А каких слов он ожидал от нее? «Спаси меня от этого симпатичного, похожего на Пола Ньюмена, мужчины, который заставляет меня разъезжать на его яхте и жить в маленьких дворцах в Монте-Карло, Марокко, Париже, Лондоне и Бог его знает, где еще». Как полный кретин, он все-таки надеялся, что она скажет именно эти слова.

 – Я тоже скучаю без тебя, Роберт. Береги себя. – Связь оборвалась, и он снова остался один.

День двенадцатый. Киев, СССР

 Рано утром на следующий день, буквально через десять минут после открытия библиотеки, Роберт вошел в большое, мрачное здание и подошел к девушке, сидящей за столом.

 – Доброе утро, – сказал Роберт.

 Девушка подняла голову и посмотрела на него.

 – Доброе утро, что вы хотите?

 – Я ищу женщину, которая, по-моему, работает здесь. Ольга…

 – Ольга? Да, да. – Она показала ему на другую комнату. – Она вон там. – Спасибо.

 Все оказалось довольно просто. Роберт вошел в другую комнату и прошел мимо группы студентов, сидевших за длинными столами. «К какому будущему они готовятся?» – подумал Роберт. Он вошел в небольшой читальный зал и увидел женщину, раскладывающую книги.

 – Простите, – сказал Роберт.

 Она повернулась.

 – Да?

 – Вы Ольга?

 – Да, я Ольга. А что вам от меня нужно?

 Роберт обезоруживающе улыбнулся.

 – Я пишу для газеты статьи о перестройке и ее влиянии на жизнь обычного русского человека. Многое ли изменила перестройка в вашей жизни? Женщина пожала плечами.

 – До Горбачева мы боялись раскрывать рты, сейчас же можем их раскрывать, но положить в них нечего.

 Роберт попытался подойти с другого бока.

 – Но ведь что-то наверняка изменилось к лучшему. Теперь вы, например, можете ездить за границу.

 – Вы, наверное, шутите. Какие могут быть поездки, когда у меня муж и шестеро детей?

 – Но вы ведь ездили в Швейцарию, и…

 – В Швейцарию? Да я никогда в своей жизни не была в Швейцарии.

 – Разве вы не ездили в Швейцарию? – тихо спросил Роберт.

 – Я же сказала вам. – Она кивнула в сторону темноволосой женщины, которая убирала книги со столов. – Вот ей посчастливилось побывать в Швейцарии.

 Роберт бросил быстрый взгляд в сторону второй женщины.

 – А как ее зовут?

 – Ольга, как и меня.

 Он облегченно вздохнул.

 – Спасибо.

 Спустя минуту он уже разговаривал со второй Ольгой.

 – Я пишу для газеты статьи о перестройке и ее влиянии на жизнь русских людей.

 Она настороженно посмотрела на него.

 – Да?

 – Как вас зовут?

 – Ольга, Ольга Романенко.

 – Скажите, Ольга, изменила ли перестройка вашу жизнь?

 Шесть лет назад Ольга Романенко побоялась бы разговаривать с иностранцем, но сейчас это разрешалось.

 – Не очень, – сказала она, – в основном все осталось по-старому.

 Незнакомец был настойчив.

 – Неужели совсем ничего не изменилось?

 Ольга покачала головой.

 – Нет. – Но тут же с пафосом добавила: – Теперь мы можем ездить за границу.

 Похоже, что журналиста заинтересовал ее ответ.

 – А вы ездили за границу?

 – О да, – с гордостью заявила Ольга. – Я только что вернулась из Швейцарии. Прекрасная страна.

 – Согласен с вами. А вы с кем-нибудь познакомились во время пребывания в Швейцарии?

 – Я встречалась со многими людьми, ездила на автобусе на экскурсию в Альпы. – Внезапно Ольга поняла, что ей не следовало этого говорить, потому что незнакомец может начать расспрашивать ее о космическом корабле, а ей не хотелось говорить с ним об этом. Это могло принести ей одни неприятности.

 – Вот как? А расскажите мне о людях из туристического автобуса.

 Ольга почувствовала облегчение.

 – Очень дружелюбные люди, одеты шикарно. Я даже познакомилась с мужчиной из вашей столицы, из Вашингтона.

 – Серьезно?

 – Да. Очень приятный мужчина, он дал мне свою визитную карточку.

 Сердце Роберта учащенно забилось.

 – Она у вас сохранилась?

 – Нет, я ее выбросила. – Ольга оглянулась по сторонам. – Такие вещи лучше не хранить.

 «Проклятье!»

 – Но я помню его имя, – добавила Ольга. – Паркер, так называются ваши американские авторучки. Кевин Паркер. Очень важный политик, подсказывает сенаторам, как им голосовать.

 Роберта ошеломили ее слова.

 – Это он вам сказал?

 – Да. Он устраивает им различные поездки, дарит подарки, а потом они голосуют за то, что выгодно его клиентам. Вот такая у вас демократия в Америке.

 Понятно, лоббист. Роберт поговорил с Ольгой еще минут пятнадцать, но не получил больше никакой информации о других пассажирах автобуса.

 Из номера гостиницы Роберт позвонил генералу Хиллиарду.

 – Я нашел русского свидетеля. Ее зовут Ольга Романенко, работает в центральной библиотеке в Киеве.

 – Я свяжусь с русскими властями, чтобы поговорили с ней.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА ГРУ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 8. ОЛЬГА РОМАНЕНКО – КИЕВ.

 КОНЕЦ.

 

 Этим же вечером Роберт на самолете ТУ-154 вылетел рейсом Аэрофлота в Париж. Через три часа двадцать пять минут он пересел на рейс «Эр Франс», следующий в Вашингтон.

 В два часа ночи Ольга Романенко услышала скрип тормозов машины, остановившейся перед ее домом. Стены в доме были такими тонкими, что в квартиру долетали все звуки с улицы. Поднявшись с кровати, она подошла к окну. Двое мужчин в штатском вылезали из черной правительственной «Чайки». Они направились к ее подъезду. При виде этих мужчин по телу у нее пробежал холодок. В течение многих лет исчезали многие из ее соседей, и она уже больше никогда не видела их. Некоторые из них были отправлены в сибирские лагеря. Ольга подумала, за кем на этот раз приехали эти люди, но мысли были прерваны стуком в дверь. «Что им нужно от меня?» – подумала она. – «Это, наверное, какая-то ошибка».

 Она открыла дверь, за которой стояли двое мужчин.

 – Товарищ Ольга Романенко?

 – Да.

 – Главное разведывательное управление.

 Могущественное и наводящее ужас ГРУ.

 Они оттолкнули ее в сторону и прошли в комнату.

 – Что… что вы хотите?

 – Хотим задать вам несколько вопросов. Я сержант Юрий Громков, а это сержант Владимир Земский.

 Внезапно страх охватил Ольгу.

 – Что… что случилось? Что я сделала?

 Земский ухватился за ее слова.

 – А-а, значит, вы понимаете, что виноваты!

 – Нет, конечно нет, – взволнованно произнесла Ольга. – Я не знаю, почему вы приехали ко мне.

 – Садитесь! – рявкнул Громков, и Ольга села.

 – Вы только что вернулись из поездки в Швейцарию, не так ли?

 – Д-да… да, – она начала заикаться, – но это… это было… я получила разрешение от…

 – Шпионаж является незаконной деятельностью, Ольга Романенко.

 – Шпионаж? – она ужаснулась. – Я не знаю, о чем вы говорите.

 Один из мужчин уставился на нее, и Ольга внезапно поняла, что на ней надета всего лишь тоненькая ночная рубашка.

 – Идемте, вы поедете с нами.

 – Но это какая-то ужасная ошибка. Я работаю в библиотеке, спросите там кого угодно…

 Мужчина рывком поднял ее на ноги.

 – Идемте.

 – Куда вы меня забираете?

 – В контору. Там с вами побеседуют.

 Они разрешили ей накинуть пальто поверх ночной рубашки, и, спускаясь по лестнице к машине, Ольга дрожала от холода и думала обо всех людях, которых увезли вот в таких машинах и которые больше не вернулись. Ужасный страх охватил ее.

 Громков сел за руль, а Ольгу посадили на заднее сиденье рядом с Земским. Она почему-то меньше боялась Земского, но ее потряс сам факт ареста и все то, что происходило с ней.

 – Прошу вас, поверьте, – искренне сказала Ольга, – я никогда не предам мою…

 – Заткнись! – рявкнул Громков.

 – Послушай, не будь таким грубым с ней, – сказал Владимир Земский. – Я, между прочим, верю ей.

 Ольга почувствовала, как в сердце затеплилась надежда.

 – Времена изменились, – продолжал Земский. – Товарищ Горбачев не желает, чтобы мы беспокоили невиновных людей. Те времена уже в прошлом.

 – А почему ты решил, что она невиновна? – спросил Громков. – Может, виновна, а может, и нет. В конторе это быстро выяснят.

 Ольга сидела и слушала разговор мужчин, а они говорили о ней, как будто ее вообще не было рядом.

 – Послушай, Юрий, – сказал Земский, – ты же знаешь, что в конторе она сознается во всем, независимо от того, виновна или нет. Мне это не нравится.

 – Очень жаль, но мы ничего не можем поделать.

 – Можем.

 – Что?

 – Послушай, почему бы нам просто не отпустить ее? Можем сказать, что не застали ее дома. Поводим всех за нос день, другой, а потом про нее забудут, потому что в конторе и так много людей, которых надо допрашивать. Ольга попыталась вставить слово, но в горле у нее пересохло. Ей очень хотелось, чтобы мужчина, сидящий рядом с ней, убедил своего спутника.

 – Почему мы должны рисковать своими головами ради нее? – проворчал Громков. – Что нам от этого? Как она отблагодарит нас за это?

 Земский повернулся к Ольге и вопросительно посмотрел на нее. У Ольги неожиданно прорезался голос.

 – У меня нет денег, – сказала она.

 – Кому нужны твои деньги? Денег у нас полно.

 – Но у нее есть кое-что другое, – сказал Громков.

 Прежде чем Ольга успела ответить, Земский обратился к Громкову.

 – Послушай, Юрий Иванович, ты не можешь требовать от нее этого.

 – Пусть сама выбирает. Или будет ласковой с нами, или мы отвезем ее в контору, где будут избивать неделю, а то и две. А потом, наверное, они найдут для нее подходящую психушку.

 Ольга слышала об этих психушках: неотапливаемые камеры полтора метра на три с деревянными нарами без спальных принадлежностей. «Быть ласковой с ними, что это значит?»

 – Пусть сама выбирает.

 Земский опять повернулся к Ольге.

 – Ну, что ты предпочитаешь?

 – Я… я не понимаю.

 – Ты же слышала, что сказал мой коллега. Если будешь ласковой с нами, мы тебя отпустим, а через некоторое время о тебе, наверное, и вообще забудут.

 – А что… что я должна сделать?

 Громков усмехнулся, глядя на нее в зеркало.

 – Просто удели нам несколько минут, – хихикнул он.

 Внезапно Ольга поняла, что им нужно от нее. Она покачала головой.

 – Нет, я не могу.

 – Как хочешь, – сказал Громков и увеличил скорость. – В конторе от души с тобой разберутся.

 – Подождите! – Она была в панике, не зная, что делать. Ольге приходилось слышать ужасные истории о том, что случалось с людьми, арестованными и превращенными в зеков. Она думала, что теперь с этим покончено, но оказалось, что нет. Перестройка оставалась просто мифом, ей не разрешат иметь адвоката или говорить с кем-нибудь. В прошлом некоторые ее знакомые были изнасилованы и убиты агентами ГРУ, и если сейчас ее отвезут в тюрьму, то будут держать там, избивая и насилуя. Если она уступит этим двоим, то это, по крайней мере, займет всего несколько минут, а потом они отпустят ее. Ольга решилась.

 – Хорошо, – тихо сказала она. – Может быть, вернемся в мою квартиру? – Я знаю местечко получше, – сказал Громков и развернул машину.

 – Мне очень жаль, но он старший, я не могу помешать ему, – прошептал Земский.

 Ольга промолчала.

 Они проехали мимо красного здания оперного театра имени Шевченко и направились в большой парк. В этот час парк был совершенно пуст. Громков направил машину под деревья, выключил фары и заглушил двигатель.

 – Выходим, – сказал он.

 Все трое вылезли из машины.

 Громков посмотрел на Ольгу.

 – Тебе повезло, легко отделаешься. Надеюсь, ты оценишь это.

 Ольга кивнула, не в силах вымолвить от страха ни слова.

 Громков подвел их к небольшой полянке.

 – Раздевайся, – сказал он Ольге.

 – Мне холодно, может…

 Громков влепил ей пощечину.

 – Делай, что тебе говорят, пока я не передумал.

 Ольга замялась, Громков занес руку для следующего удара, и она стала расстегивать пальто.

 – Снимай его.

 Ольга бросила пальто на землю.

 – Теперь ночную рубашку.

 Ольга медленно сняла через голову ночную рубашку и теперь, дрожа от холода, стояла обнаженная, освещаемая лунным светом.

 – Хорошее тело, – сказал Громков и ущипнул ее за соски.

 – Пожалуйста…

 – Еще один звук, и мы отвезем тебя в контору. – Он толкнул ее на землю.

 «Я не буду думать об этом, буду представлять себе, что я в туристическом автобусе в Швейцарии, я разглядываю прекрасные пейзажи». Громков стянул брюки, наклонился к Ольге и раздвинул ей ноги.

 «Я вижу Альпы, покрытые снегом, а вон проезжают санки, а в них мальчик и девочка».

 Она почувствовала, как он сунул руки ей под ягодицы и грубо овладел ею, причинив боль.

 «А по дороге проезжают прекрасные автомобили. Я никогда в жизни не видела столько машин, в Швейцарии у каждого есть машина».

 Громков насиловал ее, издавая дикие, животные звуки.

 «У меня будет маленький домик в горах. Как швейцарцы называют их? Шале. Я буду каждый день есть шоколад. Коробками».

 Громков отвалился в сторону, тяжело дыша. Поднявшись, он повернулся к Земскому.

 – Твоя очередь.

 «Я выйду замуж, у меня будут дети, и мы будем кататься зимой на лыжах в Альпах».

 Земский расстегнул молнию на брюках и взгромоздился на Ольгу.

 «Это будет такая чудесная жизнь. Я никогда не вернусь в Россию. Никогда, никогда. Никогда».

 Этот причинял ей еще большую боль. Он щипал ее за ягодицы, буквально вдавливал ее тело в холодную землю, боль уже стала почти невыносимой.

 «Мы будем жить на ферме, где будут царить мир и спокойствие, у нас будет сад с прекрасными цветами».

 Земский кончил, поднял голову и посмотрел на своего партнера.

 – Готов поспорить, что ей понравилось, – усмехнулся он.

 Он протянул руки к Ольгиной шее и сломал ее.

 На следующий день в местной газете была помещена заметка о библиотекарше, которую изнасиловали и задушили в парке. Власти предупреждают молодых женщин, как опасно ходить в одиночку ночью в парк.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 ЗАМЕСТИТЕЛЬ НАЧАЛЬНИКА ГРУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 8. ОЛЬГА РОМАНЕНКО, КИЕВ – УНИЧТОЖЕНА.

 КОНЕЦ.

Глава 32

 Уиллард Стоун и Монте Бэнкс были самыми настоящими врагами. Они оба были безжалостными хищниками, а джунгли, в которых они обитали, представляли собой каменные каньоны Уолл-стрит с их могущественными компаниями, оптовыми закупками и биржевыми сделками.

 Впервые их интересы столкнулись во время попытки приобретения крупной перерабатывающей компании. Уиллард Стоун первым подал заявку и был уверен, что никаких проблем не возникнет, потому что он был весьма могущественным человеком и обладал такой пугающей репутацией, что нашлось бы очень мало людей, решившихся бросить ему вызов. К великому удивлению, он узнал, что молодой, начинающий предприниматель по имени Монте Бэнкс предложил за компанию большую цену. Тогда Уилларду пришлось поднять свою цену, и не один раз. В конце концов Уиллард Стоун приобрел контроль над компанией, но за гораздо большую цену, чем предполагал заплатить.

 Спустя шесть месяцев на торги была выставлена крупная злектронная фирма, и Стоуну опять пришлось столкнуться с Монте Бэнксом. Цена все поднималась и поднималась, но на этот раз победил Бэнкс.

 Когда Уиллард Стоун услышал, что Бэнкс собирается выступить в качестве его конкурента при покупке компьютерной фирмы, он решил, что настало время познакомиться со своим противником. Они встретились на нейтральной территории, на острове Парадиз на Багамах, но до того Стоун успел тщательно изучить подноготную конкурента. Он выяснил, что Монте Бэнкс происходит из состоятельной семьи нефтепромышленников и удачно распоряжается своим наследством, вкладывая его в международные корпорации. Они встретились за завтраком, старый и мудрый Уиллард Стоун и молодой, неудержимый Монте Бэнкс.

 Беседу начал Уиллард Стоун.

 – Вы начинаете мне надоедать.

 – В ваших устах это звучит как большой комплимент, – усмехнулся Монте.

 – Чего вы хотите? – спросил Стоун.

 – Того же, чего и вы. Я хочу владеть миром.

 – Ладно, мир ведь достаточно большой, – задумчиво произнес Стоун.

 – И что это значит?

 – Что в нем хватит места для нас двоих.

 С этого дня они стали партнерами. Каждый занимался своим бизнесом, но, когда дело касалось новых проектов, будь то лесоматериалы, нефть или недвижимость, они вместе заключали сделки и не конкурировали друг с другом. Несколько раз антитрестовский отдел Министерства юстиции пытался остановить их сделки, но связи Уилларда Стоуна всегда выручали их. Монте Бэнкс владел химическими компаниями, ответственными за массовое загрязнение озер и рек, но всякий раз, когда против него выдвигались обвинения, они каким-то загадочным образом снимались.

 Их связь стала очень тесной.

 Операция «Конец света» затрагивала их интересы, поэтому они принимали в ней самое деятельное участие. Вот-вот у них должна была состояться сделка по покупке десяти миллионов акров богатой лесом земли в долине Амазонки. Это была самая выгодная в их жизни сделка.

 И они не могли допустить, чтобы кто-то стал на их пути.

Глава 33

День тринадцатый. Вашингтон, США

 Шло пленарное заседание Сената США, на трибуне стоял молодой сенатор от штата Юта.

 «…И то, что происходит с нашей экологией, это просто национальный позор. Пора этой громадной стране понять, что наш священный долг – сохранить все то, что оставили нам в наследство наши предки. Но это не только священный долг, но и большая честь для нас – защищать землю, воздух и моря от тех, кто бездумно и хищнически уничтожает их. Но так ли мы поступаем? Прилагаем ли мы для этого все усилия? Или мы позволяем духу алчности управлять нами?…»

 Кевин Паркер сидел на балконе для гостей, в течение пяти минут он уже трижды посмотрел на часы. Его интересовало, как долго может еще продолжаться эта речь. Он слушал ее только потому, что договорился позавтракать с выступающим сенатором, от которого ему требовалась одна услуга. Кевин Паркер обожал блуждать в коридорах власти, быть запанибрата с конгрессменами и сенаторами, оказывая им услуги и требуя взамен ответных.

 Он родился в малообеспеченной семье в Юджине, штат Орегон. Отец его был алкоголиком и владел небольшим лесным складом. Будучи неумелым бизнесменом, он совершенно развалил обещавший быть доходным бизнес. Молодой Паркер был вынужден в четырнадцать лет пойти работать, его мать сбежала с другим мужчиной, а он оказался на улице. Он мог легко превратиться в бродягу и закончить тем, чем закончил его отец, но мальчишку спасло то, что он был очень симпатичным. У него были волнистые белокурые волосы и тонкие, аристократические черты лица, доставшиеся ему, должно быть, в наследство от очень далеких предков. Некоторые богатые горожане жалели мальчика, помогали ему и давали работу. Самый состоятельный человек в городе Джеб Гудспелл особенно благоволил к Кевину, поэтому и предоставил ему работу с неполным рабочим днем в одной из своих компаний. Будучи холостяком, Гудспелл частенько приглашал молодого Паркера к себе домой на обед.

 – Ты можешь найти свое место в этой жизни, – говорил Гудспелл, – но это невозможно сделать, не имея друзей.

 – Я знаю, сэр, и очень ценю вашу дружбу. Работа у вас – настоящее спасение для меня.

 – Но я могу сделать для тебя и больше, – сказал Гудспелл. После обеда они сидели на диване в гостиной. Гудспелл обнял юношу. – Гораздо больше. – Он погладил Кевина по плечу. – У тебя отличное тело, ты знаешь об этом?

 – Благодарю вас, сэр.

 – Тебе бывает одиноко?

 Кевину все время было одиноко.

 – Да, сэр.

 – Так вот, больше ты не будешь чувствовать одиночества. – Он погладил юношу по руке. – Знаешь, я ведь тоже одинок. Тебе нужен кто-то близкий, кто заботился бы о тебе.

 – Да, сэр.

 – У тебя были девушки?

 – Ну, я встречался некоторое время со Сью Эллен.

 – Ты спал с ней?

 Кевин покраснел.

 – Нет, сэр.

 – Сколько тебе лет, Кевин?

 – Шестнадцать, сэр.

 – Прекрасный возраст, тот самый возраст, когда тебе пора начинать делать карьеру. – Гудспелл внимательно посмотрел на юношу. – Держу пари, что из тебя выйдет хороший политик.

 – Политик? Но я ничего не смыслю в этом, сэр.

 – Поэтому тебе надо учиться, и я собираюсь помочь тебе в этом.

 – Благодарю вас.

 – Благодарить можно по-разному, – сказал Гудспелл и положил руку на бедро Кевину. – По-разному. – Он посмотрел юноше прямо в глаза. – Ты понимаешь, что я имею в виду?

 – Да, Джеб.

 Так все и началось.

 После окончания школы Гудспелл отправил Кевина на учебу в Орегонский университет. Кевин изучал политические дисциплины, а Гудспелл следил за тем, чтобы его протеже завязывал как можно больше знакомств. Привлекательный молодой человек производил на всех хорошее впечатление. Обзаведясь связями, Паркер обнаружил, что может оказывать услуги важным людям и сводить их друг с другом. Вполне естественно, что Паркер занялся лоббистской деятельностью в Вашингтоне и весьма преуспел в своем деле. Гудспелл умер два года назад, но к этому времени Паркер уже унаследовал не только талант и богатый опыт своего покровителя, но и его тайные привязанности. Ему нравилось завлекать молодых мальчиков в отдаленные гостиницы, где его никто не смог бы узнать.

 Сенатор от штата Юта заканчивал свою речь.

 «…И я говорю вам, что мы должны принять этот законопроект, если мы хотим спасти нашу экологию. И по этому вопросу я предлагаю провести поименное голосование».

 Слава Богу, эта бесконечная сессия завершилась. Кевин Паркер подумал о предстоящем вечере и почувствовал, как восстает плоть. Вчера вечером в хорошо известном увеселительном баре «Дэнни» он встретил привлекательного юношу. К сожалению, юноша был с приятелем, но в течение вечера они несколько раз обменялись взглядами, а перед уходом Паркер написал записку и сунул ее в руку юноше. Записка была предельно простой: «Завтра вечером». Юноша прочитал записку, улыбнулся и кивнул.

 Кевин Паркер поспешно переодевался, он хотел успеть в бар к моменту прихода юноши. Юноша был очень привлекательным, и Паркеру не хотелось, чтобы кто-то еще перехватил его. В этот момент раздался звонок в дверь. «Черт побери», – подумал Кевин, открывая дверь.

 Там стоял незнакомый мужчина.

 – Кевин Паркер?

 – Да…

 – Моя фамилия Беллами, я хотел бы поговорить с вами несколько минут.

 – Вам следовало решить этот вопрос с моей секретаршей, – недовольно произнес Паркер. – Я не обсуждаю дела в нерабочее время.

 – Мой приход не связан с бизнесом, мистер Паркер. Он касается вашей недавней поездки в Швейцарию.

 – Моя поездка в Швейцарию? А в чем дело?

 – Нашу организацию интересуют люди, с которыми вы там, возможно, познакомились, – сказал Роберт, предъявляя фальшивое удостоверение сотрудника ЦРУ.

 Теперь Кевин более внимательно посмотрел на незнакомца. Что от него надо ЦРУ? Они так любопытны, черт бы их побрал.

 Однако незнакомец был настроен отнюдь не воинственно, он улыбнулся.

 – Входите, я вообще-то опаздываю на встречу, но вы же сказали, что это займет всего несколько минут?

 – Да, сэр. Вы ездили в туристическую поездку на автобусе в Цюрихе? «Так вот оно в чем дело, это из-за той летающей тарелки», – подумал Кевин.

 – Вы хотите знать об этой летающей тарелке, не так ли? Ладно, я расскажу вам об этом ужасном случае.

 – Любопытно было бы послушать, но, честно говоря, наше учреждение не верит в летающие тарелки. Я пришел сюда для того, чтобы вы рассказали мне о пассажирах автобуса.

 Паркера это здорово удивило.

 – Хорошо, но боюсь, что вряд ли смогу помочь вам. Я их никого не знаю.

 – Я понимаю, мистер Паркер, – спокойно сказал Роберт, – но, может быть, вы что-то вспомните о них?

 Паркер пожал плечами.

 – Да так, кое-что… помню, я перекинулся несколькими словами с англичанином, который фотографировал нас.

 «Лесли Модершед».

 – А кто там еще был?

 – О, я немного поговорил с русской девушкой. Довольно приятная, по-моему, она работает где-то в библиотеке.

 «Ольга Романенко».

 – Может, еще что-то вспомните, мистер Паркер?

 – Нет, пожалуй, все… А, были еще двое мужчин. Один – американец из Техаса.

 «Дэн Уэйн».

 – А другой?

 – Он из Венгрии, у него там свой балаган или цирк, ну что-то в этом роде. А, вспомнил! У него балаган.

 – Вы уверены в этом, мистер Паркер?

 – Да, конечно. Он рассказывал мне всякие истории о своем бизнесе. Его определенно потряс вид летающей тарелки. Я думаю, что если бы он смог, то с удовольствием стал бы демонстрировать ее в своем балагане. Должен признаться, что зрелище действительно потрясающее. Мне бы, конечно, надо было заявить об этом, но не хочу, чтобы меня ставили на одну доску с теми психами, которые утверждают, что видят летающие тарелки.

 – А он случайно не называл своего имени?

 – Называл, но это было какое-то труднопроизносимое имя, боюсь, что не вспомню его.

 – А что-нибудь еще вы о нем помните?

 – Только то, что он очень торопился вернуться в свой балаган. – Паркер посмотрел на часы. – Могу я вам еще чем-нибудь помочь? Я уже немного опаздываю.

 – Нет, благодарю вас, мистер Паркер. Вы мне очень помогли.

 – Очень рад. – Он одарил Роберта ослепительной улыбкой. – Заходите как-нибудь ко мне в офис, мы с вами приятно побеседуем.

 – Я так и сделаю.

 «Итак, дело близится к завершению», – подумал Роберт. – «Выполню работу и уволюсь, надо начинать новую жизнь».

 Роберт позвонил генералу Хиллиарду.

 – Дело подходит к концу, генерал. Я отыскал Кевина Паркера, лоббиста из Вашингтона. Теперь я собираюсь отыскать последнего пассажира.

 – Я очень доволен, – ответил генерал Хиллиард. – Вы проделали отличную работу, коммандер. Побыстрей возвращайтесь к нам.

 – Да, сэр.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА ЦРУ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 9. КЕВИН ПАРКЕР – ВАШИНГТОН.

 КОНЕЦ.

 

 Когда Кевин Паркер приехал в бар «Дэнни», он обнаружил, что народу там было еще больше, чем прошлым вечером. Пожилые мужчины были одеты в строгие костюмы, а молодежь в джинсы, куртки и сапоги. Среди присутствующих было несколько человек, одетых в черные кожаные костюмы, которые явно выпадали из общего ансамбля, и Паркер подумал, что никогда не стал бы иметь дело с такими неприятными типами. Это было опасно, а он всегда был осмотрительным. Симпатичный юноша еще не пришел, но Паркер и не ожидал его так рано. Он придет позже, молодой и красивый, когда все остальные уже будут выглядеть усталыми и пропахнут потом. Подойдя к бару, Паркер заказал выпивку и осмотрелся. Молодые мужчины старались максимально привлечь к себе внимание, тогда как старшие – покупатели – внимательно разглядывали их и делали свой выбор. В баре никогда не бывало драк, так как у большинства посетителей были вставные зубы и они не желали, чтобы им выбили их в случайной заварушке.

 Паркер заметил, что большинство покупателей уже выбрали себе партнеров, и теперь он прислушивался к знакомым разговорам между ними. Его всегда забавляло, что содержание подобных разговоров было неизменным, независимо от того, где они звучали: в танцевальных барах, в видеобарах или в подпольных клубах, менявших свое местонахождение каждую неделю. Разговоры велись на знакомом жаргоне.

 – Эта королева ничего из себя не представляет, только воображает о себе…

 – Не понимаю, зачем он пригласил меня, был ужасно расстроен, говорил что-то о чувственности…

 – Ты активный или пассивный?

 – Активный, я отдаю приказы девушке.

 – Очень хорошо, я люблю выполнять приказы…

 – Он ругал меня за безнравственность… стоял и критиковал меня… мою комплекцию, вес, поведение. Тогда я сказал ему: «Мэри, между нами все кончено». Но я очень переживаю, вот почему сегодня пришел сюда… стараюсь забыть его. Могу я еще выпить?

 Наконец в бар вошел тот молодой человек. Он огляделся, увидел Паркера и подошел к нему. Юноша был еще более привлекательным, чем это запомнилось Паркеру.

 – Добрый вечер.

 – Добрый вечер, извините, что опоздал.

 – Все в порядке, мне нетрудно было подождать.

 Молодой человек достал сигарету и подождал, пока Паркер даст ему прикурить.

 – Я думал о тебе, – сказал Паркер.

 – Серьезно?

 У юноши были потрясающие ресницы.

 – Да. Могу я угостить тебя?

 – Если это доставит тебе удовольствие.

 – А ты хотел бы, чтобы я остался доволен? – Паркер улыбнулся.

 Юноша посмотрел ему прямо в глаза и нежно произнес:

 – Конечно, хотел бы.

 – Прошлым вечером я видел тебя с мужчиной, он тебе не подходит.

 – А ты подходишь?

 – Я подойду. Почему бы нам не выяснить это? Ты не возражаешь против небольшой прогулки?

 – Хорошее предложение.

 Паркера охватило возбуждение.

 – Я знаю одно уютное местечко, где мы могли бы побыть вдвоем.

 – Отлично, я только допью.

 Когда они подошли к двери, она внезапно отворилась, и в бар вошли два крупных молодых человека. Они остановились перед юношей, загородив ему проход.

 – А, вот ты где, сукин сын. Гони должок, – сказал один из них.

 Юноша удивленно посмотрел на них.

 – Я не знаю, о чем вы говорите, никогда раньше не встречал вас…

 – Не надо вешать мне лапшу на уши. – Один из мужчин схватил юношу за плечо и выволок на улицу.

 Паркера охватила ярость, ему надо было бы вмешаться, но он не мог позволить себе быть замешанным в каком-нибудь скандале. Он так и остался стоять на месте.

 Второй мужчина сочувственно улыбнулся Паркеру.

 – Надо тщательней подбирать партнеров, с этим не надо связываться.

 Паркер внимательно посмотрел на говорившего. Симпатичный блондин, с привлекательными чертами лица. У Кевина появилось чувство, что вечер, может быть, еще не окончательно потерян.

 – Вы бы мне подошли, – сказал он.

 – Никогда не знаешь, что готовит тебе судьба, не так ли? – спросил мужчина, глядя Паркеру прямо в глаза.

 – Да, это точно. Меня зовут Том. А тебя?

 – Пол.

 – Может, позволишь угостить тебя, Пол?

 – Спасибо.

 – У тебя есть какие-нибудь планы на вечер?

 – Зависит от тебя.

 – Не возражаешь провести ночь со мной?

 – Звучит заманчиво.

 – Сколько это будет стоить?

 – Ты мне нравишься, так что для тебя – две сотни.

 – Меня это устраивает.

 – Еще бы, ты не пожалеешь.

 Через тридцать минут Пол привел Паркера к дому на Джефферсон-стрит. Они поднялись на третий этаж и очутились в маленькой комнатке. Паркер огляделся.

 – Не слишком здесь свободно, да? В отеле, наверное, было бы лучше.

 Пол ухмыльнулся.

 – Но здесь более интимно, а потом, все, что нам нужно, так это кровать.

 – Ты прав. Почему бы тебе не раздеться? Я хочу видеть то, что покупаю.

 – Конечно. – Пол начал раздеваться, у него было великолепное тело.

 Наблюдая за ним, Паркер ощутил знакомое возбуждение.

 – А теперь ты раздевайся, – прошептал Пол. – Быстрее, я хочу тебя.

 – Я тоже хочу тебя, Мэри. – Паркер начал снимать одежду.

 – Как ты любишь? – спросил Пол. – В рот или в зад?

 – Попробуем по-всякому, у нас впереди целая ночь.

 – Конечно. Я иду в ванную, – сказал Пол, – сейчас вернусь.

 Паркер лежал на кровати обнаженный, сдерживая возбуждение, в предвкушении предстоящего удовольствия. Он услышал, как его партнер вышел из ванной и подошел к кровати.

 Кевин протянул руки.

 – Иди ко мне, Пол.

 – Иду.

 И вдруг Паркер почувствовал страшную боль, как будто в грудь ему всадили нож. Открыв глаза, он хватал раскрытым ртом воздух.

 – Боже мой, что…

 Пол уже одевался.

 – О деньгах не беспокойся, – сказал он. – За все заплачено.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ЦРУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 9. КЕВИН ПАРКЕР, ВАШИНГТОН – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

 

 Роберт Беллами не смог прочитать газету с последними новостями, потому что находился в самолете, летящем в Венгрию, чтобы отыскать человека, владеющего балаганом.

Глава 34

День четырнадцатый. Будапешт, Венгрия

 Перелет из Парижа в Будапешт на самолете авиакомпании «Малев» занял два часа пять минут. Роберт очень мало знал о Венгрии, только то, что во время второй мировой войны она была союзницей держав оси «Берлин – Рим», а после войны превратилась в сателлита России. Из аэропорта Роберт на автобусе добрался до центра Будапешта, и его восхитило то, что он увидел. Здания в городе были старинные, классической архитектуры, например громадное здание парламента. Преобладали здания неоготического стиля, а на холме над городом возвышался Королевский дворец. Улицы Будапешта были заполнены автомобилями и торговцами.

 Автобус остановился перед отелем «Дуна Интерконтиненталь», Роберт вошел в вестибюль и обратился к портье.

 – Извините, вы говорите по-английски? – спросил Роберт.

 – Да. Чем могу быть полезен?

 – Несколько дней назад мой друг побывал в Будапеште, и он рассказывал мне, что посетил удивительный балаган. Я подумал, что, поскольку уж я здесь, мне тоже следует посмотреть его. Не могли бы вы подсказать мне, где можно его найти?

 Портье нахмурился.

 – Балаган? – Он достал лист бумаги и пробежал его глазами. – Вот, смотрите. В настоящее время в Будапеште дают оперу, несколько театральных постановок, балет, есть дневные и ночные экскурсии по городу, экскурсии по стране… Очень жаль, но балаган здесь не указан.

 – Вы уверены?

 Портье протянул бумагу Роберту.

 – Посмотрите сами. – Список был составлен на венгерском языке.

 Роберт вернул бумагу.

 – Понятно. А могу я с кем-нибудь еще поговорить об этом?

 – Может быть, вам смогут помочь в Министерстве культуры, – сказал портье.

 Через полчаса Роберт уже разговаривал с чиновником из Министерства культуры.

 – В Будапеште нет балаганов. Вы уверены, что ваш друг видел его в Венгрии?

 – Да.

 – Но не сказал где?

 – Нет.

 – Сожалею, но ничем помочь не могу. Если вас что-то еще интересует… – Нет, – ответил Роберт и поднялся, – благодарю вас. Но у меня будет к вам еще один вопрос. Если человек открывает цирк или балаган, должен ли он получить для этого разрешение?

 – Обязательно…

 – А где его получают?

 – В Управлении по выдаче лицензий.

 Здание Управления по выдаче лицензий располагалось в Буде, рядом со средневековой стеной. Роберту пришлось ждать полчаса, прежде чем его пригласили в кабинет к чиновнику.

 – К вашим услугам.

 Роберт улыбнулся.

 – Простите, что отрываю вас по такому пустяковому делу, но я приехал сюда с маленьким сыном, а он услышал что-то о балагане, выступающем где-то в Венгрии, и я пообещал ему сводить его туда. Вы же знаете, что бывает, когда эти дети вбивают себе что-то в голову.

 Чиновник удивленно посмотрел на Роберта.

 – И для этого вы пришли ко мне?

 – Сказать по правде, похоже, что никто не знает об этом балагане, а Венгрия такая большая и прекрасная страна… ну и мне сказали, что если кто-то и знает о том, что происходит в Венгрии, так это вы.

 Чиновник кивнул.

 – Да. Такие заведения разрешается открывать только при получении лицензии. – Он нажал кнопку звонка, в кабинет вошла секретарша, они обменялись несколькими фразами на венгерском, и через несколько минут секретарша вернулась с какими-то бумагами. Она передала их чиновнику, который просмотрел их и сказал Роберту: – За последние три месяца выдано две лицензии на открытие балаганов. Один из них открылся месяц назад.

 – А другой?

 – Другой до сих пор выступает в Сопроне. Это небольшой городок возле границы с Германией.

 – А у вас есть имя владельца?

 Чиновник снова посмотрел в свои бумаги.

 – Бушфекете. Ласло Бушфекете.

 У Ласло Бушфекете был один из самых счастливых дней в жизни. Очень немногие люди находят счастье в своем занятии, и Ласло как раз принадлежал к ограниченному кругу этих счастливчиков. Он был крупным мужчиной, носил наручные часы с бриллиантами, бриллиантовые кольца и массивный золотой браслет. Его отец владел небольшим балаганом, и после его смерти сын унаследовал дело. Вся жизнь его прошла в балагане, и другой он просто не знал.

 У Ласло были грандиозные мечты, он намеревался превратить свой маленький балаган в крупнейший и лучший в Европе, хотел стать таким же знаменитым, как и П.Т.Барнум. Однако в настоящий момент он мог демонстрировать публике только обычные зрелища: толстую женщину и татуированного мужчину, сиамских близнецов и тысячелетнюю мумию, «извлеченную из гробницы в древнем Египте». Еще у него были шпагоглотатель, пламяглотатель и очаровательная укротительница змей Марика. То есть у него был самый обычный передвижной балаган.

 Но теперь все должно было измениться, мечты Ласло были близки к воплощению.

 Он съездил в Швейцарию, чтобы посмотреть на выступление артиста, о котором слышал раньше. Номер его заключался в следующем: исполнителю надевали наручники, завязывали глаза, помещали его в небольшой ящик, который вкладывали в ящик больших размеров, и все это опускали в бассейн с водой. По телефону рассказ об этом звучал как фантастика, но, когда Ласло прилетел в Швейцарию, он обнаружил, что тут существуют некоторые технические проблемы. Исполнителю требовалось тридцать минут, чтобы благополучно выбраться из своего ящика, но ни одна аудитория в мире не стала бы ждать тридцать минут, глядя на бассейн с водой.

 Придя к выводу, что его поездка оказалась напрасной тратой времени, Ласло решил убить время до отлета самолета и поехал в туристическую поездку на автобусе. И оказалось, что эта поездка изменила его жизнь. Вместе с другими пассажирами автобуса он наблюдал взрыв, они поспешили к месту катастрофы, чтобы помочь оставшимся в живых, так как сначала подумали, что это потерпел аварию самолет. Но то, что они увидели, было невероятным. Без сомнения, это была летающая тарелка, а в ней находились два странных маленьких тела. Все пассажиры уставились на летающую тарелку, а Ласло обошел ее вокруг, неожиданно остановившись в изумлении. Примерно в десяти футах позади разбитого корабля на земле лежала оторванная рука с шестью пальцами, два крайних из которых были большими пальцами. Даже не думая о том, что он делает, Ласло вытащил носовой платок, завернул в него руку и сунул ее в свою сумку. Сердце его бешено колотилось, теперь он обладал настоящей рукой внеземного пришельца! «Теперь ты можешь забыть о толстых женщинах, татуированных мужчинах, шпагоглотателях и пламяглотателях», – думал он. – «Прошу сюда, леди и джентльмены, сейчас вы увидите то, что никто никогда не видел раньше. Вашему вниманию предстанет самый удивительный предмет во Вселенной. Это не животное, не овощ, не минерал. Так что же это? Это останки внеземногo пришельца… существа из космоса… Это не научная фантастика, леди и джентльмены, это вполне реальная вещь… за пятьсот форинтов вы сможете сфотографироваться вместе с…»

 Ласло надеялся, что фотограф, который снял их рядом с разбитым космическим кораблем, сдержит свое обещание и пришлет фотографии. Тогда он сможет выставить их во время следующего выступления.

 Он страстно желал поскорее вернуться в Венгрию и начать осуществление своих планов.

 По приезде домой Ласло развернул носовой платок и заметил, что рука усохла и сморщилась. Но когда он отмыл ее от грязи, рука, к его великому удивлению, восстановила свою первоначальную форму.

 Ласло спрятал ее в безопасное место и заказал стеклянный контейнер со специально встроенным увлажнителем. Он собирался объехать со своим балаганом всю Европу, весь мир. Будет устраивать выставки в музеях, частные показы для ученых, а может, и для глав государств. И все будут платить ему, впереди его ждет нескончаемый поток денег.

 Он никому не рассказывал о своей удаче, даже своей любимой Марике – маленькой танцовщице, работавшей с кобрами и болотными гадюками, самыми опасными змеями. Конечно, ядовитые железы у змей были удалены, но публика не должна была знать этого, и поэтому Ласло держал еще кобру, у которой не были удалены ядовитые железы. Он бесплатно демонстрировал публике, как ядовитая кобра убивает кроликов, поэтому неудивительно, что публика замирала от страха, наблюдая, как змеи обвивают полуобнаженное тело Марики. Два или три раза в неделю Марика проводила ночь у Ласло в палатке, она как раз была у него в прошлую ночь, и Ласло до сих пор чувствовал усталость от бурных любовных утех. Его мысли были прерваны визитом незнакомца.

 – Мистер Бушфекете?

 – Да, это я. Чем могу служить?

 – Вы недавно были в Швейцарии?

 Ласло моментально насторожился. «Неужели кто-то видел, как я взял руку?»

 – А в чем… в чем дело?

 – Вы ездили на туристическом автобусе в позапрошлое воскресенье?

 – Да, – осторожно ответил Ласло.

 Роберт облегченно вздохнул. Наконец-то все было кончено, он нашел последнего свидетеля, он взялся за невыполнимое задание и успешно выполнил его. Ведь он ничего не знал о свидетелях, ни кто они, ни откуда, но все-таки он нашел их. Роберт почувствовал, что с его плеч свалился огромный груз. Теперь он свободен, он вернется домой и начнет новую жизнь. – А почему вас интересует моя поездка, мистер?

 – Это теперь не так важно, – заверил его Роберт, и действительно так оно и было. – Я интересовался вашими попутчиками, мистер Бушфекете, но теперь я думаю, что у меня есть вся необходимая информация, и…

 – О, я могу вам рассказать о них, – сказал Ласло. – Там были итальянский священник из Орвието, немец, кажется, профессор химии из Мюнхена, русская девушка, которая работает библиотекарем в Киеве, владелец ранчо из Вако, штат Техас, канадский банкир из Форт-Смита и какой-то лоббист по имени Паркер из Вашингтона.

 «Боже мой», – подумал Роберт. – «Если бы я первым нашел его, то сэкономил бы уйму времени. Удивительный человек, запомнил всех пассажиров».

 – У вас прекрасная память, – сказал Роберт.

 – Да, – улыбнулся Бушфекете. – О, там ведь была еще одна женщина.

 – Русская.

 – Нет, другая женщина. Высокая, стройная, в чем-то белом.

 Роберт задумался. Никто из других свидетелей не упоминал о второй женщине.

 – Вы, наверное, ошибаетесь.

 – Нет, не ошибаюсь, – настаивал Бушфекете. – Там было две женщины.

 У Роберта все это как-то не укладывалось в голове.

 – Ее там не могло быть.

 Но Ласло продолжал настаивать на своем.

 – Когда фотограф снимал нас на фоне НЛО, она стояла прямо рядом со мной. Очень красивая. – Он помолчал. – Самое интересное, что я не помню, чтобы видел ее в автобусе. Наверное, она сидела где-то сзади. Помню, что выглядела она очень бледной, я даже немного встревожился за нее.

 Роберт нахмурился.

 – А когда вы вернулись в автобус, она поехала с вами?

 – Надо подумать. Нет, не помню, чтобы видел ее потом. Но, возможно, я просто был слишком возбужден увиденным и не обратил внимания.

 Что– то здесь не сходилось. «Разве могло оказаться одиннадцать свидетелей вместо десяти? Надо будет выяснить это», -подумал Роберт.

 – Благодарю вас, мистер Бушфекете.

 – Рад был помочь.

 – Желаю удачи.

 – Спасибо, – усмехнулся Ласло. Ему не нужна была удача, не нужна теперь, когда он обладал настоящей рукой пришельца из космоса.

 Вечером Роберт Беллами сделал последний звонок генералу Хиллиарду.

 – У меня есть его имя, его зовут Ласло Бушфекете, владелец балагана в Сопроне в Венгрии.

 – Это последний свидетель?

 Роберт замялся на секунду.

 – Да, сэр. – Он хотел было рассказать о восьмой пассажирке, но решил не делать этого, пока не проверит. Очень уж неправдоподобным казалось ему ее присутствие.

 – Благодарю вас, коммандер. Отличная работа.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ ВЕНГРИИ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 10. ЛАСЛО БУШФЕКЕТЕ – СОПРОН.

 КОНЕЦ.

 

 Они пришли ночью, когда балаган был закрыт, а спустя пятнадцать минут ушли так же тихо, как и пришли.

 Ласло Бушфекете снилось, что он стоит у входа в большой белый шатер и смотрит на громадную очередь, стоящую в кассу за билетами по пятьсот форинтов.

 «Проходите прямо сюда, друзья, посмотрите на настоящую часть тела пришельца из космоса. Это не рисунок, не фотография, а настоящая рука настоящего пришельца. Всего за пятьсот форинтов вы увидите незабываемое зрелище».

 А потом он лежал в кровати с Марикой, они оба были обнаженными, он чувствовал, как ее соски упираются в грудь. Марика ласкала его, он ощутил восставшую плоть, протянул руки к Марике, но руки схватили что-то зеленое и скользкое. Он проснулся, открыл глаза и закричал, и в этот момент кобра ужалила его.

 Его тело нашли на следующее утро, клетка с ядовитой коброй оказалась пустой.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ ВЕНГРИИ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ДИРЕКТОРА АНБ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 10. ЛАСЛО БУШФЕКЕТЕ, СОПРОН – УНИЧТОЖЕН.

 КОНЕЦ.

 

 Генерал Хиллиард снял трубку красного телефона.

 – Янус, я получил последнее сообщение от коммандера Беллами. Он нашел последнего свидетеля. Обо всех свидетелях мы позаботились.

 – Отлично, я проинформирую остальных. Хочу, чтобы вы занялись заключительной частью нашего плана.

 – Займусь немедленно.

 

 ТЕЛЕГРАММА «МОЛНИЯ»

 СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

 АНБ ЗАМЕСТИТЕЛЯМ ДИРЕКТОРОВ СЛУЖБ БЕЗОПАСНОСТИ ИТАЛИИ, ВЕЛИКОБРИТАНИИ, СССР, США, ШВЕЙЦАРИИ, КАНАДЫ, ГЕРМАНИИ.

 В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ.

 СОДЕРЖАНИЕ: ОПЕРАЦИЯ «КОНЕЦ СВЕТА».

 11. КОММАНДЕР РОБЕРТ БЕЛЛАМИ – УНИЧТОЖИТЬ.

 КОНЕЦ.

Вверх

Поделитесь ссылкой